Мой тренер - Елена Безрукова

— Ну вот, мам, — сказал он ей. Он не стеснялся разговаривать с мамой при мне. Я как будто своя. Жаль, нам так мало удалось побыть втроём. — Уезжаем с твоей Соней. Ты так её любила. Теперь я понимаю, за что. Не переживай за нас, все будет хорошо. Мы обязательно будем приезжать к тебе в гости. Ничего не изменится. Только место встречи иное… Я не дам зарасти травой твоему пристанищу. Не скучай. Снись мне, пожалуйста.

От этой сцены и трогательных слов сына к любимой матери в горле встал ком и защипало в носу. Слезы полились сами собой. Камиль встал и повернулся ко мне. Ничего не говоря, подошёл и крепко обнял, утерев мои слезы.

— С моей мамой попрощались. Теперь поехали к твоим?

Кивнула в ответ. Хотя на самом деле очень переживаю о том, как пройдёт этот разговор. Камиль настоял на том, что мы обязаны сказать папе и маме о том, что я еду с ним, и он будет моим тренером в Москве. Не знаю, какая будет реакция у отца, но невоспитанным хамом он себя никогда не показывал при мне. Орать на Камиля он точно не станет. И, возможно, Камиль найдёт какие-то слова, чтобы родители поняли меня. Насчёт отношений я попросила его ничего не говорить им. Слишком много потрясений для них в один день, да и я сама пока ещё не знаю, что происходит между нами. Ведь Камиль мне так и не сказал, какую я роль играю в его жизни. Я просто рада возможности быть рядом, видеть серые глаза и умирать от ласк, нежности и страсти в его руках ночами и днями. Я могу лишь молиться, чтобы этот миг никогда не заканчивался, а время остановилось на месте, держа стрелки на одном и том же месте годами, оставляя меня в счастливой неге навсегда.

* * *

Дверь открыл папа и тут же застыл, открыв рот. Я просила его остаться дома сегодня, сказав, что у нас будет важный семейный ужин. Отец отнёсся серьёзно к моей просьбе, и взял выходной.

— Здравствуйте, — поздоровался первым Камиль.

— Привет, пап, — смущённо улыбнулась я ему.

— Здравствуйте, — растерянно отозвался родитель и нахмурился.

Отступил от двери, приглашая нас войти. Он следил за каждым нашим движением, заставляя себя не начать выяснять отношения прямо с порога.

— И что это значит? — спросил отец, выждав ровно минуту. — Мы же договаривались, Соня!

— Пап, — посмотрела на него с мольбой в глазах. — Давай спокойно поговорим. И для начала выслушаем, что хочет сказать тебе мой тренер.

— Садитесь, — практически приказал нам мой отец.

— А, приехала уже Сонечка, — вышла мама из кухни, нимая фартук. — Ой. Здравствуйте, Камиль.

— Добрый день. Это вам, — он протянул улыбающейся маме, которая, конечно же, давно в курсе наших отношений, цветы.

— Спасибо, — приняла она букет. — Очень красивые. Поставлю в вазу, а вы пока присаживайтесь за стол.

Камиль отодвинул стул, чтобы помочь мне сесть, и папа отметил этот жест, коршуном глядя на него. Но тебе придётся смириться, папочка, с тем, что твоя дочь любит теперь ещё одного мужчину, а не тебя одного.

Мама накрыла стол, и за разговорами ни о чем мы принялись трапезничать. Камиль быстро нашёл общий язык с мамой, и в столовой царила бы довольно непринуждённая атмосфера, если бы папа не смотрел на Камиля так, словно сейчас вместе мяса наколет на вилку и нож тренера.

Когда папа открыл бутылку с красным вином, он, наконец, решил «взять быка за рога».

— Так о чем разговор? Только не говорите, Наиль Камилевич, что увезете нашу дочь в свой Зажо… Откуда вы там приехали к нам.

Так, вот теперь пора и покраснеть. Папа в своем стиле, да ещё и оказался куда более прозорливый и догадливый, чем я думала. Я его не дооценивала! Мама с тревогой переводила взгляд с одного мужчины на другого. Камиль же совершено не напрягся, сидел абсолютно расслаблено. Он знает, что я в любом случае уеду с ним.

— Камиль Наилевич я. Из Москвы я приехал, — ответил тренер. — Вкусное вино, между прочим.

— Я в курсе, я сам его выбирал, — сухо отозвался отец. — Не уходите от темы. Вы хотите увезти нашу дочь в Москву?

— Хочу.

— А кто вам позволит?

— Это выбор Сони. Она получила прекрасное предложение от известного шоу-балета «Sansara». Если вы не в курсе, это шоу с мировым именем. Соня станет звездой. И если вы хотите для неё счастья и добра, то не станете мешать. Вы ведь хотите видеть свою дочь счастливой?

Папа растерялся от вопроса в лоб. Он нервно сжал бокал в руке и ответил:

— Конечно, я мечтаю, чтобы моя дочь была счастлива.

— Тогда вы знаете как поступить — отпустить её с Богом. А я помогу. Я ещё здесь заметил её талант. Я хочу в неё вложиться и продвигать, сделать из неё Приму. Не мешайте мне, Кирилл Павлович. Тогда у нас все получится. Не каждому выпадает такой шанс.

— Приму? — сощурил серые глаза папа. — А взамен что?

— А что взамен?

— Не стройте из себя дурака!

— Не похож?

— Нет!

— Ну тогда взамен — талант Сони, её выдержка, работоспособность, твёрдый характер и упорство. Всё. Ну и процент со спектаклей, конечно, пока она не «выкупит» себя у меня, как у продюсера.

— Договор можно почитать? — сложил папа руки на груди. — Он вообще в природе существует?

— Можно.

Камиль подготовился основательно. Он достал из папки, которую оставил в холле, небольшую стопку листов с текстом. Папа забрал протянутый договор, ещё раз просканировал взглядом Камиля, а потом принялся читать.

— Откуда у вас такие средства? — спросил папа, отложив в сторону документ.

— У меня свой бизнес, и победы на олимпиаде тоже приносили хороший доход. Поверьте, я знаю, что делаю.

— Почему вы уверены, что Соню примут в этот балет? И что она как проект «выгорит»?

— Примут. Это мои проблемы. На крайний случай, найду ей другое место. Привязки к определённому месту в договоре нет, как вы заметили.

— Ну да, — папа пожевал губы, уже иначе гдядя на Камиля. Видимо, договор убедил его, что мы нацелены на серьёзную работу. — И Соня будет получать зарплату?

— Конечно, — кивнул тренер. — Процент указан тоже. Я же не в рабство её забираю, а на работу.

— Где она будет жить?

— Снимем ей квартиру, зарплата её стоимость перекроет в несколько раз.

— И когда ехать?

— Завтра. Все документы уже готовы к перелету. Билеты куплены.

Отец почесал макушку и встал на ноги. Принялся расхаживать по столовой и гостиной, размышляя. Какое-то время он вздыхал и думал, а потом вернулся к столу, где Камиль и мама уже уехали в Москву и видели меня Примой на сцене. Папа устало рухнул на стул, а потом обратился к Камилю.

— Отпуск два раза в год, не меньше двух недель, чтобы София могла навестить родителей.