Графиня Чёрного замка - Лия Джонсон

В дверном проеме стоял незнакомый крупный мужчина. Честно говоря, крупный — это мягко сказано.

Он был шире Рагнара и выше Сайгона, отчего массивные плечи едва помещались в проходе. Из-за потрепанной безразмерной бежевой кофты мужчина казался ещё и необъятным. Подвернутые рукава не скрывали впечатляющих мышц сильных рук, а в свете потрескивающего напротив камина были заметны все мозоли на его крупных грязных ладонях.

Нервно прикидывая его рост и вес, подняла взгляд выше и выдохнула. Суровое хмурое лицо было покрыто густой тёмной бородой, что не была длинной, но из-за объема выглядела довольно… запущено. Из-под кустистых бровей взирали синие внимательные глаза, что беспокойно, но ненавязчиво рассматривали каждый кусочек моей фигуры.

Неотесанный, грубый и дикий.

Если он решит ко мне прикоснуться, у меня не будет ни малейшего шанса.

Но паниковать раньше времени у меня желания не было, да и тело всё ещё ломило от непрекращающейся лихорадки, потому я благоразумно отодвинула все мысли на задний план и вежливо улыбнулась.

— Привет.

От хрипа, что вырвался из моего горла, я поморщилась.

Незнакомец поторопился схватить крупную деревянную кружку со стола в левом углу и поднес её мне. На удивление, он держался отстранено и достойно, удерживая даже дистанцию.

Я благодарно кивнула и потянулась к кружке, после чего жадно отхлебнула несколько раз и поставила на тумбу.

— Где я? — снова осматриваясь, вопросительно посмотрела на ксавийца.

Сейчас, когда он почти нависал над узкой кроваткой, где лежала моя неудачливая тушка, мне приходилось почти выламывать шею, чтобы заглянуть в его глубокие синие глаза. Одновременно такие необычные и земные…

До этого я встречала лишь опасные холодные взгляды, в которых магия и иномирское происхождение их обладателя сквозили в каждом движении зрачка. Но эти глаза… Давно никто не смотрел на меня так спокойно и осмысленно. Без напряжения, без опаски, без тошнотворной покорности и без навязчивого обожания.

— В моём доме, — пожал плечами мужчина и, поколебавшись, добавил: — Самый отдаленный край Кариды.

Я вздрогнула, когда он внезапно завел руку за спину и с глухим грохотом протащил мягкое, обитое неизвестной шкурой, кресло по деревянному полу, после чего придвинул его к кровати и уселся на самый край.

Теперь дистанции не было совершенно. Крупные, измазанные едой ладони сомкнулись в замок, когда он оперся руками о колени и склонился вперед.

Синие глаза впились в меня с мягким любопытством. Он казался заинтересованным, но не в том факте, что я женщина, а в том, что я за женщина. Поразительное явление для Ксавии.

Может, он евнух? Ну, того… без друга? А бывают ли у них геи?..

Не то, что бы я вдруг стала нарциссом, но, в связи со здешним уставом, такие вещи, как отсутствие внимания к моему телу, стали меня серьёзно впечатлять.

Чтобы не чувствовать себя экспонатом в музее, я натянула одеяло повыше и приподнялась на локтях.

— Что женщина забыла в Кариде? — медленно проговорил незнакомец, пораженно вглядываясь в мои глаза.

От его пронзительного взгляда я вдруг почувствовала себя голой. Съежившись, покосилась на окно и буркнула:

— На курорт приехала. — Ксавиец ожидаемо непонимающе нахмурился. — На лыжах кататься приехала… Я иномирянка, потому не спрашивай. Мне нравится снег, и я хотела развлечься, а потом… — Округлив глаза, я подскочила. — Мои мужья… Сайгон и Рагнар! Они были там! Они в порядке?

— С ними всё хорошо, миледи, не о чём беспокоиться.

Его невозмутимость и спокойствие отчего-то серьёзно меня напрягали. Он выглядел так, словно уже всё знал и говорил лишь для того, чтобы узнать именно мои впечатления.

Он точно их видел, а значит, что и они знают, где я. Так куда подевались-то? Почему не заберут домой?

Одно хорошо — этот бородач точно мне не навредит, если сами мужья позволили ему заботиться обо мне.

— Где они? Почему не идут за мной? — озадаченно нахмурилась.

Незнакомец двусмысленно покосился на окно, мгновение колеблясь, прежде чем ответить. И это заминка вызвала внутри меня тревожное подозрение.

— Лавина нанесла небольшой ущерб домам воинов. Им нужно разобраться с последствиями. Не волнуйтесь, Каролина, здесь вам ничего не грозит, — ровно проговорил он, отводя взгляд.

Раздражаясь, я сощурила глаза и приподнялась, приближаясь к нему лицом. От неожиданности моих действий густые тёмные брови взлетели вверх, а тёмно-розовые очерченные губы приоткрылись. Это был первый раз, когда ксавиец выглядел сбитым с толку, и то, что мне наконец удалось сбить с него эту невозмутимость, вызвало странное удовольствие.

— Ты явно недоговариваешь, и я очень хочу знать, что.

На мою скрытую угрозу и недвусмысленное требование он поджал губы.

— Ваши мужья всегда хорошо справлялись со своими обязанностями и справятся и сейчас. Не сомневайтесь.

Вот же упрямец… И откуда только взялся такой смелый?

— Почему ты меня не слушаешься? Я ведь женщина, — прямо спросила, искренне любопытствуя.

— Да, но не моя, — просто ответил мужчина и пожал массивными плечами.

Очевидно, ни мои слова, ни желания, ни капризы его абсолютно не волновали. На самом деле, он выглядел не совсем спокойным и невозмутимым, а скорее… безразличным. Будто ему просто наплевать.

— Кто ты?

— Таслан.

Я изогнула бровь, уставившись на него с бóльшим напором.

Ксавиец вздохнул и тихо буркнул, опуская глаза на сцепленные в замок руки:

— Даркийский.

Хмурясь, я перебирала в голове события на балу и наставления Сафиры. «…Это герцог Валийский. Свободных из них осталось всего несколько и, уверена, ненадолго. Выше герцогов в нашей империи никого нет, не считая императрицы, конечно же…»

Валийский, Даркийский…

Ахнув, я в шоке округлила глаза.

— Ты герцог!

Вот теперь он напрягся. Не просто напрягся, а будто окаменел, застывая ледяным изваянием. Объемные мышцы на сильных руках и массивных плечах за бугрились, невольно приковывая взгляд.

— Когда-то был, — скрипуче повторил мужчина, медленно кивая.

— Но… что ты делаешь в Кариде? Ты должен жить где-нибудь в столице, или… я не знаю даже… — растерянно пробормотала, снова осматривая этот милый, но заметно старый деревянный домик. — И как это — был?

— Да, у меня есть замок в Лавии, но я отрекся и от него, и от своего титула, — нехотя пояснил, тяжело вздыхая.

— Но зачем? — моим бровям уже больше не было куда подниматься от удивления.

— Чтобы женщины не звали меня в семью.