Право на Спящую Красавицу - Энн Райс

Он лишь мельком взглянул на Красавицу, когда та приблизилась. И хотя было видно, что лорд отметил про себя ее привлекательность, он тем не менее продолжил слушать Принца, который строгим тоном поучал кузена.

— Ты купаешь его в любви, как я купаю в любви Красавицу… вот она, кстати, перед тобой. Сдерживай порывы чувств. Бери пример с меня: даже сейчас, порицая тебя, я чувствую то же, что и ты.

— Да, но сослать в деревню… — пробормотал юный лорд.

— Ссылка необходима для его же блага!

— Ах, бессердечный Принц, — прошептала леди Джулиана и подтолкнула Красавицу вперед, к ногам юного лорда. — Бедный Тристан пробудет в деревне до конца лета.

Принц взял Красавицу за подбородок и наклонился поцеловать ее, чем вызвал у нее прилив нежности. Однако пленнице было так интересно подслушать разговор господ, что она не решилась отвлечь господина.

— Должен спросить тебя… — начал лорд Стефан. — Ты бы сослал в деревню Красавицу, если бы решил, что она этого заслуживает?

— Разумеется, — немного неуверенно ответил Принц. — Сослал бы, не думая.

— Нет, не сослали бы! — возразила леди Джулиана.

— Красавица не заслужила ссылки, так что нечего и говорить, — отмахнулся Принц. — Речь пока о Тристане. Он выдержал столько уроков и наказаний, и до сих пор его душа — потемки для нас. Тристан обязан пережить ужасы деревни, как пережил тяготы кухни принц Алекси. Он-то научился смирению!

Лорд Стефан, и без того удрученный, вздрогнул при словах «ужасы» и «смирение», поднялся со скамьи и пригласил Принца пройтись.

— Рабов отошлют завтра. Погода устоялась, лето теплое, и селяне готовятся к торжищам. Тристана я отправил на тюремный двор.

— Красавица, за мной, — сказал Принц, поднимаясь. — Тебе полезно будет взглянуть на провинившихся. Многое поймешь.

Красавице стало очень любопытно, и она резво последовала за Принцем, хотя его холодный и строгий тон ее встревожил. Девушка старалась держаться ближе к леди Джулиане, когда они шли по тропинке прочь из сада, мимо кухни и конюшен. Наконец впереди показался обычный огороженный, немощеный двор, где дожидалась своего часа большая телега.

По двору прохаживались солдаты и слуги. Рядом с нарядной троицей Красавица вновь ощутила собственную наготу, следы от порки и порезы откликнулись болью. С ужасом Красавица заметила небольшой загон, огороженный кривыми жердями, внутри которого ютились голые принцы и принцессы. Руки их были привязаны к шеям; провинившиеся ходили по узкому кругу, утомленные, видимо, бесконечным стоянием на четвереньках.

Время от времени солдат просовывал руку сквозь прутья и лупил кого попало тяжелым кожаным ремнем. Если доставалось принцессе, та с визгом отбегала под защиту товарок. Если доставалось принцу, тот с громким стоном обиженно смотрел на мучителя.

Красавица пришла в ярость. Как смеет мужлан столь грубо обращаться с нежными ногами и попками?! Убегать от ремня смысла не было: с другой стороны рабов поджидал еще один скучающий коварный паренек, лупивший пленников более прицельно.

Увидев Принца, солдаты поклонились и встали по стойке «смирно».

Рабы, завидев приближение знати, принялись стонать пуще прежнего и выть сквозь кляпы, умоляя Принца, лорда и леди обратить внимание на их мучения.

Красотой провинившиеся ничуть не уступали прочим рабам; упав на колени, они корчились и извивались, плакали и ныли. Тут и там Красавица мельком замечала персикового цвета лоно под пушком курчавых волосков; видела, как трясутся груди рыдающих принцесс. У многих принцев восстали члены, а один пленник так и вовсе припал губами к земле, стоило Принцу, лорду Стефану и леди Джулиане приблизиться к загону.

Принц взирал на них холодными злыми глазами, но лорда Стефана зрелище потрясло. Взгляд его оставался прикован к одному принцу, что стоял горделиво, не склонившись и даже не думая вымаливать прощение. Голубоглазый и словно высеченный из камня бог, он был не менее прекрасен, чем юный лорд. Из-за кляпа рот принца перекосило, однако лицо его излучало спокойствие. Впрочем, за маской спокойствия читалась сильная тревога.

Наконец пленный принц решил проявить каплю смирения и опустил глаза. Красавица же полным восторга взглядом скользила по его точеным мускулам и набухшему члену.

Лорд Стефан не выдержал и отвернулся.

— Будь мужчиной, — холодно произнес Принц. — Тристан заслужил ссылку.

Властным жестом он велел воющим принцам и принцессам замолчать.

Стража наблюдала за представлением, ухмыляясь и скрестив руки на груди. Красавица не смела взглянуть на солдат — вдруг те примутся ее унижать.

Принц велел ей подползти ближе, встать на коленях и слушать его указания.

— Взгляни на этих несчастных, — сказал он, не скрывая презрения. — Они отправляются в Деревню Королевы, самую большую и самую богатую в стране. Там живут семьи всех наших дворцовых слуг. Их мастера снабжают нас тканями, простой мебелью, вином, провизией, молоком и маслом. Выращивают скот, а заодно растят будущих селян для окрестных деревень.

Он даже не смотрел на принцев и принцесс, которые поняли, что вымаливать пощаду стонами и плачем бесполезно, однако продолжали стоять, опустив головы.

— Это, наверное, самая прекрасная деревня в королевстве, — продолжал Принц. — Ею управляет строгий лорд-мэр, в ней много харчевен, любимых нашими солдатами. Местные люди наделены особенным правом, которого лишены жители остальных селений: раз в год, в начале лета, мы устраиваем для них торжище. Любой, кому хватает золота, может купить себе ссыльного раба.

Одно упоминание о торжище заставило принцев и принцесс вновь умолять господина о прощении. Тот молча щелкнул пальцами, и стража при помощи ремней и длинных лопаточек принялась лупить рабов в загоне. Вой сделался громче и жалостливей; будущие ссыльные старались развернуться к мучителям передом, скрыть от ударов многострадальные зады.

Не шевелился один только светловолосый принц Тристан. Он стоял как вкопанный, пока другие толкались вокруг него, и смотрел на лорда Стефана. Потом вдруг перевел взгляд на Красавицу.

Сердце у нее замерло, голова чуть закружилась. Красавица смотрела в эти непроницаемые синие глаза и думала: «Вот я и узнала про ссылку».

— Порочный ритуал, — вступила в разговор леди Джулиана, надеясь, наверное, заставить юного государя одуматься. — Торжище начнется, как только мы доставим в деревню провинившихся. Не сомневайтесь, посмотреть на них придут даже распоследние попрошайки и бездельники. Да что там, окончание торжища праздновать будет вся деревня. Те, кто купят несчастных рабов, станут не просто унижать их и учить смирению, они отправят принцев и принцесс трудиться как низкорожденных. Деревенские — люди далекие от утонченных забав, они даже самых красивых принцев и принцесс держат не только ради удовольствия.

Красавица припомнила рассказ Алекси о том, как его выставляли на потеху толпе в деревнях. Ее лоно затрепетало, а сердце сжалось от ужаса.