Непокорная для Бешеного - Диана Билык

Варя замерла.

И не двигалась, будто я не ее муж, а убийца. Наверное, так и есть. Я своими руками разорву жестокую нить, что нас связала. Убью нашу любовь, ведь ей не суждено расцвести…

Все эти месяцы — нереальность. Этого нет и быть не должно.

— Всего лишь я, — зашелестел мой голос. — Ты чего дрожишь?

Доигрывать пьесу придется до конца, а значит, Варя должна верить мне.

— Неожиданно, — виновато улыбнулась она и подалась ко мне. — Но это приятный сюрприз. Думала, ты придёшь позже.

Услышав ее, я зажмурился. Как же сладко. До мурашек. Хотелось вывести этот миг в бесконечность, чтобы завтра не наступило, чтобы я не посмел открыть машину и вытянуть документы. Чтобы все, Чех, Лютый, Ангелина, исчезли, словно мы с женой провалились в параллельную вселенную и зажили счастливой большой семьей. Я, Варвара, двое малышей и Настюшка…

— Голодная? — пропустив сквозь пальцы густые волосы жены, склонился к виску. Втянул носом воздух. Вкусно. До дрожи.

— Не очень, — ответила она, и груди коснулось тёплое дыхание.

Но тут раздался тихий, но характерный звук “бурк”, и Варя отстранилась. Тихо рассмеявшись, погладила выступающий животик.

— Кто-то со мной не согласен. А ты ел? Марьяна перед уходом что-то приготовила, нужно только разогреть.

Сглотнув горечь, я молча мотнул головой и потянул жену в кухню. Усадив ее за стол, включил чайник и отвернулся к умывальнику, чтобы вымыть руки.

Пузырьки падали в воду, растворяясь в ней, а я тер-тер-тер кожу и не мог избавиться от ощущения грязи.

Хватит. Перед смертью не надышишься.

— Как день прошел? — перехватив полотенце, повернулся к Варе. Бросив влажную ткань на стол, открыл холодильник — снова спрятал лицо, теперь уже за дверцей.

Горели щеки, стягивая шрамы, губы подрагивали и в груди тарахтело, словно там механизм сломался — раньше обманывать Береговую было проще. Сейчас я кромсал сам себя.

— Сложно, — вздохнула Варя и, положив руки на стол, устало откинулась на спинку стула. — Из больницы звонили, анализы пришли. Доктор попросил приехать, чтобы обсудить поддерживающую терапию. Затем я поехала к Тёме. Врачу сказала, что завезу бумаги, а сама…

Она виновато улыбнулась и погладила живот.

— Я очень соскучилась по сыну. Так захотелось увидеть его, обнять, услышать голос. А ещё очень боюсь, что Тёма решит — его бросили. Отец совсем не навещает, и я все реже приезжаю, потому что устаю…

Она прикусила нижнюю губу и посмотрела в сторону. Голос прозвучал едва слышно:

— И я позвонила Диме…

Меня внутренне передернуло. Дверца холодильника хлестко захлопнулась.

Жена виновато опустила голову, но упрямо продолжала:

— Он сказал, что не может приехать, потому что на встрече с Алексеем Береговым. Больше ничего. Меня тревожит это, Влад. Вдруг Дима занял у него деньги?

Я машинально выложил на доску балык и вытащил нож из стола, царапнул по деревяной поверхности.

Варя посмотрела на меня исподлобья и осторожно предложила:

— Хочу выяснить, что происходит. Может, нам навестить его? Вдвоём. Ты же хотел познакомиться с моим братом?

Я резанул палец. Глубоко, кажется, достал до косточки, только ничего не почувствовал.

Пришло время расплаты, Лютый.