Девственница на замену - Конни Дженс

Не отрывая безмолвного взгляда от нервничавшего мужчины, я специально и крайне демонстративно приподняла бедра опускаясь на подрагивающий и горячий член.

— Сучка, — одними губами прошептал мой раздраженный муж, а сидящий рядом с ним Владлен слегка дернул крыльями носа.

Раскачиваясь бедрами на совершенном теле эльфа, я вернулась к своему занятию, подтягивая великолепные тела Хала и Олдена обратно.

— Пожалей отца, малышка, — прошептал Хал, погладив меня по волосам и слегка сильнее протолкнув член в мое горло. — Он старый человек.

— Сам ты старый! — взревел имперачество, подскакивая со своего места, и тут же замолкая, увидев мой зов.

Он мчался на меня тараном и надо признать, я малость струсила, решив, что слишком передержала императора, и теперь он меня крякнет за это. Но оглушительно горячий поцелуй обжог губы, а кулак сжавший волосы опьянял.

— Мозги тебе трахом стрясу, — пообещал он. — Пожалей меня, букашка сладкая!

Последнее прозвучало так надрывно, что у меня сердце сжалось. Может он реально уже старенький и ему волноваться нельзя? А тут я со своим приколами, жалко же, еще сердце не выдержит…

Но жалела я его напрасно!

Развернув меня обратно лицом к Таурлендиилу, имперачество мягко, но настойчиво толкнулся однозначно возбужденной плотью чуть выше того места, которое занимал эльф.

— Впусти! Впусти, козявка, — кровожадно зашептал он, прижавшись к моему уху губами и обжигая горячим дыханием. — Любимая моя козявка, я так соскучился…

Смена тона как на американских горках возбуждала и разжигала желание. Небольшое дискомфортное давление и мужчина сладко застонал, заполнив меня своим внушительным членом, раздвигая узкие стенки попки до сладкой боли.

Первые толчки дались мне не легко, даже трудно. Привыкнуть к распирающему ощущению казалось невыносимым ровно первую минуту, но разливающийся по телу огонь утверждал обратное. Двигаться мне больше не позволяли, и эльф с императором сами пришли к нужному синхронному ритму, заставляя меня только бессвязно мычать, лаская ртом еще двух мужей.

В какую-то секунду сладкой агонии я ненароком взглянула на неспешащего присоединиться Владлена, который продолжал смотреть на меня так, что все самое грязное, горячие и поглощающее начинало пожирать тело и разум.

Одними губами без единого звука он прошептал «Сейчас», и я буквально рассыпалась на мелкие кусочки, проваливаясь под беспощадные волны оргазма. Словно цепная реакция, вокруг начали слышаться хриплые рыки, откровенные стоны и сладкое шипение.

Без колебаний проглотив все, что Хал запрокинув голову выплеснул мне на язык, я повернулась к Олдену, слегла сжав основание члена и с удовлетворением чувствуя вязкое семя на языке.

Имперачество тяжело дышал мне в макушку, а Таурлендиил лежал, закрыв глаза и переводя дыхание. Только Голденваль продолжал сидеть на своем месте и на его губах проявлялась таинственно удовлетворенная улыбка.

— Я люблю тебя, мелочь в скором будущем пузатая, — прошептал император, целуя мои волосы и глубоко вдыхая их запах.

— Малышка, — Олден помог мне подняться на ноги, как только Адоэль отвалился в сторону, но тут же появился Владлен, ловко умыкнувший меня из мужских рук.

— Дальше я сам ею займусь.

— Сладкая? — спросил Хал, но заметив мое согласие кивнул, позволяя алхимику утащить меня за небольшую дверь с правой стороны стеклянного купола.

— Ты как, солнечная моя?

— Устала, — прошептала припухшими губами. — Владлен, я…

— Ты не позвала меня потому, что я не захотел. Извини, Вита, но я все еще не горю желанием делить тебя с побратимами одновременно. Когда я с тобой, я хочу быть только с тобой.

Не став спорить с алхимиком, я позволила ему поднять меня на руки и прижать к своей горячей груди. Он все еще был в своем свадебном плаще, но когда я услышала плеск воды, одежда исчезла, позволяя ощупывать горячую кожу любимого.

Шагнув во вместительный каменный чан вместе со мной на руках, Владлен медленно, разрешая привыкнуть к температуре опустился в воду, расслабленно приваливаясь на бортик.

— Владлен, — муркнув кошкой, потерлась носом о вкусно пахнущую мужчиной шею. Усмехнувшись, алхимик погладил меня по волосам, намеренно их намочив, и потянулся к губам, заставляя замереть в предчувствии поцелуя.

— Ты любишь меня, девочка?

— Люблю. А ты меня?

— Больше жизни, Вита. Знаешь, все не так уж и страшно, как я мог предположить. Глядя на вас всех вместе, не поверишь, я не испытал и капли ревности.

— Тогда почему…

— Я хочу, чтобы ты шептала только мое имя, когда я беру тебя, — в доказательство его слов, уже готовый член уперся в еще чувствительные складочки. — Хочу, чтобы смотрела только на меня.

Не ответив, я только приподняла бедра, что по грудь в воде оказалось легче легкого и со стоном, сливающимся в симфонию с голосом Владлена опустилась вниз, пропуская в себя сладкую плоть.

Глядя в темные глаза мага, я проваливалась в бездну его магии, шепча, крича, воя его имя, в медленной схватке двух голых тел. Поцелуем захватывая его горячие губы, рычала, словно сошла с ума и терлась стоящими сосками о мужскую грудь.

— Вита, — прошептал он так надрывно, что нельзя было не понять – облегчение близко.

И в следующую секунду чужие пальцы на бедре болезненно сжались, темные совершенные глаза мучительно-сладко закатились и сцепив зубы он громко зашипел, заполняя меня своим удовольствием.

— Ты совершенство, — прошептал мужчина, упершись влажным лбом в мой. — Я люблю тебя, девочка. И кстати, давно хотел спросить – хочешь узнать пол?

— Что? — немного подтупливая в расслабленной неге переспросила я.

— Пол ребенка. Хочешь узнать?

— Конечно! — радостно взвизгнув, я проскользила ладонью по влажной мужской груди и носом зачерпнула воды, едва не наглотавшись.

— Осторожнее! У нас с тобой будет девочка, — мечтательно прошептал он, погладив мой еще не выросший, но уже слегка округлившийся живот подушечками пальцев.

— У нас с тобой? — переспросила я, не сумев сдержать удивление.

— Я устал врать, Вита, — взгляд алхимика помрачнел. — Этот ребенок от меня. Можешь бить меня если хочешь, но мне надоело запутываться в собственной лжи.

— О чем ты? — прошептала я, совершенно не догоняя.

— Это не Хал тебя исцелил, а я. Помнишь, я говорил тебе про то, что ты практически младенец в нашем мире?

— Угу.

— Я не мог этим не воспользоваться. Подвязал ниточки, сплел энергию и залатал брешь твоего здоровья. А потом…

— Потом мы переспали. Но почему ты не сказал?!

— Ты была счастлива, решив, что это ребенок Хала. Я не был против чтобы вы оба так думали, ровно до сегодняшнего дня. Я не хочу делать вид, что я тут не причем. Смотреть как ты носишь под сердцем нашу девочку, слышать твой смех… Это все равно бы вскрылось в день родов, поверь, похожей на Хала она точно не будет. Прости меня.