Не рассказывай - Ольга Вечная

- Туалетная вода. Не твоя. Запах мне не нравится.

- Из-за одеколона? А, у Рената душ принимал, тягали мебель. Мы уже опаздываем.

- Пожалуйста, - просит она.

- Ладно, - киваю и начинаю быстро раздеваться.

Качаю головой пораженно и прохожу в ванную. Как что придумает! Странная, но моя. Признаю, накосячил, а у нее день рождения завтра. Чуть планы не сорвались.

В поезде она ко мне прижимается. Кладет голову на грудь.

Напротив нас сидит серьезный мужчина. Смотрит в телефон. Я пишу Ксюше сообщение:

«Мир?»

Мы переплетаем пальцы. Последние месяцы были просто отличными. За это время глобального ничего не случилось, мы были сосредоточены больше на работе, зиме, каких-то бытовых проблемах. Но практически не ссорились.

Весь следующий день она улыбается. С самого утра, когда в шесть наш поезд замедляет ход, приближаясь к станции. И когда цветы ей дарю в отеле. Договорился, чтобы в номер принесли. И когда завтракаем вдвоем в ресторане. Бесконечно долго гуляем по городу. Ей звонят без остановки, поздравляют. Ксюше неловко. Смешная такая, стесняется внимания. Даже краснеет.

У нее достаточно много приятельниц и знакомых. Не чужих людей. Наверное, в слово «друзья» мы вкладываем особый смысл. Но помимо друзей нас окружают десятки людей. Когда все они тебя помнят и хотят сказать приятные слова в твой день — это говорит о многом. Она этого не понимает почему-то, удивляется.

Не понимает, как хороша во всех смыслах.

К семи часам мы приезжаем на стадион. Проходим охрану. Всё как обычно. Ксюша предвкушает веселье, немного растеряна, будто не верит, что это происходит. Я вида не подаю, но жду ее реакцию. Отдаю билеты охране, нам надевают браслеты.

Ксюша нервничает, как перед важной встречей. Я весь день умиляюсь на нее глядя. Порывается пройти в сторону трибуны, но я задерживаю ее за руку и направляю к другому входу. Тогда она, наконец, смотрит на свой браслет. Потом на меня.

- Да ладно! - шепчет. - Не может быть! Ты шутишь? Денис, это какой-то прикол? Перестань так делать, мне двадцать восемь, я уже не в том возрасте...

На браслете надпись «снейк-пит». Это значит, что мы будем в особой зоне у самой сцены, а потом пройдем за кулисы и пообщаемся с музыкантами.

Я улыбаюсь и киваю.

Ксюша говорит:

- Нет.

Я говорю:

- Да.

Ксюша говорит:

- Ты на мог.

Я не удерживаюсь и громко смеюсь, тогда она прыгает на месте, визжит и кидается мне на шею. Подхватываю на руки и прижимаю к себе. Крепко-крепко. Наши губы встречаются.

- С днем рождения, - говорю я.

- Я шоке, просто в шоке, - причитает она. - Не верю. Просто не могу в это поверить! Я на эту группу всю юность молилась, их музыка рядом со мной была, в моем сердце... Иногда мне казалось, что только они меня и понимают! Раз поют о моей боли, моих мечтах!

Обнимаю шокированную и полностью дезориентированную девушку за плечи и веду, наконец, в нужную сторону.

Группа играет классно. Не считаю себя их фанатом, но пару песен даже я знаю. Энергетика и атмосфера отличная. Ксюша танцует, я слежу, чтобы ее никто не толкнул. Она поет — громко, надрывно, изо всех сил. Кричит и даже плачет от эмоций, когда прижимается ко мне во время медленного танца. Всё время улыбается. Столько восторга в ее глазах я ни разу не видел. Такого, знаете, детского, безумного. Сюрприз удается на все сто процентов.

Она ошеломлена и скована, когда после концерта нас проводят за кулисы. Ее английский, конечно, в разы лучше моего, даже сравнивать смешно. Ксюша - уверенная в себе бизнес-леди, но кажется, сейчас она может только смотреть и улыбаться. Будто мы в прошлое провалились и ей тринадцать лет. Она смотрит на вокалиста и моргает, повторяя «вау». Поэтому за выступление мировых звезд благодарю именно я. Мы вместе бухаем, фотографируемся, смеемся, получаем свои сувениры. На улицу вываливаемся уже поздней ночью.

Ксюша охрипла. Говорит тихо-тихо, как рыбка губами шлепает. У меня уже скулы болят над ней смеяться.

- Блть, как ты меня радуешь сегодня. Неописуемо, - сообщаю ей.

А потом мы целуемся, пока мерзнем в ожидании такси. Обнимаемся в машине, пока стоим в очереди в мак-авто. Я грязно лапаю ее в лифте. Она все позволяет, заслужил. И, наконец, я трахаю ее в комнате.

Мы раздеваемся как попало — поспешно, нервно. Едва дверь хлопает, отгораживая нас от мира и холодной сибирской весны. Мы кидаемся друг на друга и стонем. Я беру ее сразу на сухую еще, но ей нравится. Так нравится, что в момент заводится. Мы любим друг друга отчаянно и страстно.

- Как хорошо, что ты есть на свете! Боже, Денис, как хорошо, что ты родился! - шепчет она после того, как мы заканчиваем. Хрипловато. С усилием.

Это ж надо так проораться на концерте! Мне снова смешно становится.

- Что тебе насыпали в пиво? - хохочу, откинувшись на подушках.

- Нет, правда. Меня такой ужас берет от мысли, что тебя могло просто не быть на свете. И я бы одна выживала. Пыталась.

- Мне нужно ответить как-то в этом же роде? - подкалываю ее. - Ужас меня не берет, Ксюша, мне такие мысли в голову не приходят. Всё так, как должно быть. Я увидел тебя и понял сразу, что всё вот так и будет.

Цаца закидывает на меня ножку. Довольная, оттраханная, счастливая.

- Я никогда не забуду этот день, - шепчет она. - никогда-никогда!

- Спи уже, именинница. Завтра вставать рано.

Следующим утром я выхожу из душа где-то в районе начала седьмого. Ксюша сидит на кровати с ноутбуком.

- Где позавтракаем перед дорогой? - спрашиваю. - В том же месте, что и в прошлый... - обрываю себя, увидев выражение ее лица. - Чего случилось, малышка? Кто тебя обидел, пока я мылся аж пять минут? - прищуриваюсь. Перемена в ее настроении разительна. Кажется, в комнате даже темнее стало.

- Ты спятил? - говорит она сипловато, но довольно громко. От злости у козы моей даже голос прорезался.

- Блть, если опять какие-то фото выложили, клянусь, я эту суку придушу. Я ни разу вообще не позировал!

- Денис, я загуглила, сколько стоят билеты в «снейк-пит». Ты вообще в своем уме? Можно было кредит за машину погасить! - она вскакивает с места и всплескивает руками.