Чужая жена - Мила Реброва

Мы произнесли это одновременно.

— Звучит идеально, — прошептала Ангелок, улыбаясь одними глазами, как умела делать только она.

— И как мы только его пропустили, — накрывая ее руку над головой сына, согласился я.

***

— О чем задумались, господин Мансур? — Выплывая из ванной в одной из своих шелковых сорочек и вытирая мокрые волосы, спросила жена.

Я тяжело сглотнул от вновь ощущаемого желания и подавил его. Представил ее стоящей голой под струями воды…

— О том, что я самый счастливый человек на свете, — всеми силами пытаясь успокоиться, я провел руками по влажным волосам. Что со мной не так? Как можно быть таким эгоистом?

— Ты не выглядишь счастливым, — отбрасывая полотенце и приближаясь к кровати, хитро прищурилась Шехназ. Она опустилась коленом на кровать, и мне открылся соблазнительный вид на ее налившуюся после родов грудь. Черт! Стараясь не смотреть и не фантазировать о том, с каким удовольствием распластал бы ее под собой, я сосредоточился на лице жены.

Я не понял ее настроения и настороженно ожидал дальнейших слов. После родов она стала еще более чувствительной, могла удариться в слезы из-за любой мелочи, шокируя меня и заставляя волноваться. В такие моменты я просто не знал, что и делать, чувствовуя себя беспомощным. Каждая ее слезинка глубоко ранила мою душу…

— Хочу кое-что сделать, — прошептала она, смущенно закусив нижнюю губку и смотря на меня своими ангельскими глазками. Без макияжа она выглядела так свежо и молодо, что я невольно почувствовал себя почти стариком.

— Но ты должен пообещать мне, что выполнишь одно мое условие и будешь молчать. — Она подползла ко мне поближе выглядя очень взволнованной.

— Ты меня пугаешь, Ангелок, — сказал я, попытавшись отбросить все пошлые мыслишки в сторону.

— Напуганной сейчас должна быть я, — она издала нервный смешок. — Очень надеюсь, что дети не проснутся в самый неподходящий момент. — Шехназ потянулась и открыла ящик прикроватной тумбочки, доставая из него полоску черной ткани. — Я завяжу тебе глаза, и с этого момента ты будешь делать только то, что я скажу. И молчать, — тут же добавила она, заметив, что я уже готов засыпать ее вопросами. — Пожалуйста, Мансур! Иначе я засмущаюсь и ничего не смогу сделать! — Взмолилась она, шокируя меня своими действиями.

Я не успел ничего ответить, как Шехназ накрыла мои глаза повязкой и, сделав узел на затылке, погрузила меня в темноту.

— Молчи, — повторила она, накрыв мои губы пальчиком и глубоко вздохнув. — Пожалуйста.

Нежный рот накрыл мои губы, вызывая дрожь предвкушения, и все протесты тут же были отброшены. Поцелуй настолько захватил меня, что я даже не сразу отреагировал, когда она, прервавшись, толкнула меня на подушки и забралась на мои бедра. Теперь мои сомнения исчезли, я догадался о ее задумке, и моя кровь забурлила от желания.

Я чувствовал ее близость, но не мог ничего видеть, и это лишь добавляло пикантности. Наклонившись, она еще раз быстро поцеловала меня и тут же с тихим вздохом отстранилась, не дав мне ответить на поцелуй. Провела своими нежными ручками по моими обнаженным плечам, спускаясь к напряженным мышцам груди и пресса. Хорошо, что на мне было только повязанное после душа полотенце… которое она неожиданно сорвала с моих бедер!

Черт! Неужели она все-таки собирается сделать то, о чем я думаю?

Вздрогнув, я застонал, почувствовав ее язычок, дразняще порхнувший вокруг моего пупка. Она довольно хмыкнула, смело, но мягко взяв мой напряженный ствол в руки. Я с трудом сдержал желание сорвать с глаз повязку, желая увидеть ее ласкающей мой член.

Между тем ее пальчики продолжали порхать по моей плоти, а рот перешел на мое бедро, целуя и покусывая его. Откинувшись на подушки, я постарался расслабиться, чтобы ненароком не сбить ее настрой, ведь стоило ей смутиться — и о продолжении можно было бы забыть. А этого я бы не пережил.

Я знал, что она не делала этого раньше. И уже одно это осознание сводило с ума. Собственник внутри меня выл в экстазе от того, что она решилась на это сама, без просьб и намеков с моей стороны. Я знал, чего ей стоило решиться на подобное. Шехназ стеснялась даже дотронуться до моего члена, не говоря уже о том, чтобы взять его в рот…

Ее напряженные соски скользнули по моим бедрам, когда она опустилась ниже, шумно вздыхая и опаляя мою каменную эрекцию своим теплым дыханием. Я думал, что кончу только от этого. Одна мысль о том, что ее лицо находится так близко к моему паху, была способна довести меня до безумия! Только эта женщина могла сделать со мной подобное…

Я невольно вспомнил недавний разговор с деловым партнером, жена которого родила почти в то же время, что и Шехназ.

— Хорошо, что есть женщины, с которыми можно удовлетворить свои нужды. Иначе бы с ума сошел от недотраха. Жены же после родов вообще никакие! Мало того, что не вызывают никакого желания, так еще и ходят словно зомбированные, думая только о памперсах и грудном вскармливании. — Скривился он, делая глоток кофе. — У моей женщины отличная подруга. Давай познакомлю? Отлично проведем вечер!

Я только покачал головой, сказав, что не нуждаюсь в подобных развлечениях. И подумал, что лучше еще целый год проживу без секса, чем буду тратить свое время на безликих шлюх, пока дома ждет мой уставший Ангелок. Дело ведь не желании потрахаться, а в желании к любимой женщине. Возможно ли вообще получить такие эмоции и удовольствие от другой, совершенно безразличной тебе женщины? Ангелка нельзя заменить…

— Ох! — Робкий язычок скользнул вокруг головки, заставляя вырваться из моей груди утробный стон. Все посторонние мысли исчезли…

Подавив желание притянуть ее голову к паху, я смял в руках простыни, продолжая хрипеть от переполняющего меня удовольствия. Наконец Ангелок продвинулась дальше, забирая меня все глубже в свой невероятный ротик. Долгожданное тепло окружило член, ее язык все более смело проходился по всей длине ствола. Мне еще никогда не было так хорошо от минета. Я готов был взорваться от удовольствия в ту же секунду, когда ее губы сомкнулись вокруг меня, начав сосать.

— Черт! — Не сдержавшись, воскликнул я. — Не останавливайся! — Взмолился, почувствовав ее заминку, и все-таки зарылся пальцами в ее мокрые волосы, направляя ее движения и тихо постанывая от удовольствия.

Направляемая моей рукой, она застонала, послав мощную волну сквозь мой изнывающий член, начиная двигаться вдоль него плотно сомкнутыми губами…

Желание сорвать к чертям эту повязку сводило с ума, не давая мне кончить. Мне хотелось видеть то, что я столько раз себе представлял. Сосущие звуки вперемешку с гортанными стонами, издаваемые Ангелком, сводили с ума!

Будто почувствовав, что я почти решился стянуть повязку, она отстранилась, словно предупреждая меня о последствиях. Боясь сделать что-то не так, я вновь откинулся назад, выпуская ее из своей хватки. К счастью, губы, дарящие наслаждение, тут же вернулись, обрабатывая мой напряженный ствол с двойным усердием.