Лапочка для Демона - Татьяна Анина

«Это прикольно», думаю я, сонно разглядывая напряженное и злое личико Лапочки. Она, как рыжая маленькая лисичка, носик сморщила, напрягла брови и глаза вытаращила.

Очень прикольно. Наверно, ей кажется, что грозно и нереально серьезно выглядит сейчас. Но. Это нифига не так.

— Игорь!

Ого! Официальное обращение! А где же «Игореша, мой любимый»?

Что-то, значит, прямо такое приключилось… Напряг какой-то, причем, именно с моей стороны, раз Лапа так раздухарилась.

— Ммм? сонно отвечаю, немного притворяясь, конечно, Но так легче ждать развития событий.

Ну и прикольней, конечно же.

— Игорь! Что ты сделал с Андреем? И с Розой?

О как!

Вот так и знал, что подружка эта, любительница жесткой ебли раком, нафиг тут не нужна!

Назвездела Лапе моей того, что ей знать не требуется!

Я тихо-спокойно все сделал, без пыли и шума. На кой ворошить?

Андрюша, после двух месяцев больнички, заедет на зону розовым слоником. Информация о том, кто он такой и насколько ему там должно быть весело, уже отправлена. Люди ждут.

Роза эта, мать ее Рериховна (вот вопрос, как она с таким охренительным именем-отчеством умудрилась вообще в бомонд русский пролезть? Ей только свахой работать, ассоциации характерные сразу. Хотя, может фамилия помогла? Сидорова. Сочетание огнище) тоже получила путевку в жизнь. Дополнительную. Ну не все ж ей на молодых талантах выезжать?

Моя Лапа была не первой и, что характерно, не последней, кого эта сучка нагрела. Я только нашел доказательства и отправил их всем заинтересованным людям. В основном, ее конкурентам, конечно же. Как самым заинтересованным. А дальше. Это дерьмо уже без моей помощи лилось.

Розе Рериховне путь теперь заказан не только в модную индустрию, Но и даже в любые околомодные круги, потому что тусня одна, и единожды облажавшегося лишь толкнут в спину с удовольствием.

Плюс ко всему, все, что у нее есть, теперь будет арестовано, потому что пострадавшие стороны подали заявление в суд на возмещение ущерба и прочую фигню. Очень, ну вот очень серьезные суммы. Я туда уже не лез, так, посмотрел только.

Так что Роза если и будет в ближайшее время работать, то не в Москве. Москва, как известно, любит победителей.

Ну и не в модной индустрии. Может, где на периферии уборщицей устроится.

Как мамаша этого черта, что Лапу мою унижал.

Кто-то скажет, что слишком жестко за одну ошибку.

Честно говоря, глубоко пофиг, что кто скажет. У меня свои законы и правила. Мою девочку обидели. Над ней издевались, пользуясь тем, что она сдачи дать не может. Слишком добрая и наивная.

Это видно любому, с первого взгляда.

Обижать доверившегося тебе человека, человека, про которого точно знаешь, что никогда ничего плохого не сделает, потому что тупо не способен на подлость, признак нелюдя.

А с нелюдьми и поступать надо так, как они того заслуживают.

И потому Лапа моя, маленькая агрессивная лисичка, может что угодно сейчас говорить и даже стыдить меня, Но ситуацию. Это не поменяет. И мнение мое не поменяет.

Она не может себя защитить.

Я могу.

— Не знаю, о чем ты, Лап, хриплю я сонно, потираю лицо ладонью, и моя злючка тут же заводится еще сильнее.

— Знаешь! Ты знаешь! Я тебя просила? Я тебе разрешала?

Так, а. Это перебор.

Пока она разоряется и фырчит, легко перемещаюсь по дивану и дергаю ее на себя за руку.

— Ай! Лапа теряет равновесие, падает мне на грудь и тут же воинственно упирается ладошками в плечи, пусти! Я не позволю! Я не просила! Зачем ты так?

— А затем, глупая ты лисичка, я не обращаю внимания на ее смешное сопротивление, перехватываю одной рукой поперек спины, прижимая сильнее, а второй придерживаю за затылок, чтоб не могла отвернуться и отпрянуть, что я никому не позволю тебя обижать. Ты моя. Я свое защищаю. И берегу.