Опекун - Слава Доронина

— Флоренс, — я с благодарностью посмотрел в лицо девушки, всё ещё не веря собственному счастью, — но… вы же подруги? — недоумевал я.

— Нет, Марк, — горько ответила Флоренс. — Оливия давно уже потеряла себя и заигралась в нехорошие игры, выбрав плохой путь. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то страдал от её козней. Ты ведь хороший человек, Марк… — она тепло улыбнулась.

— Фпоренс… — растерянно проговорил я. — Я так тебе благодарен, ты не представляешь себе! Ты, правда, не будешь об этом жалеть? Ведь, Оливия не простит тебе такого предательства.

— Её давно уже было пора поставить на место. Она это заслужила. По-моему, жить связанным по рукам и ногам с человеком, который тебе противен — нет ничего ужаснее! — её передернуло от отвращения.

После долгого разговора с Оливией и предоставления ей моей невиновности она как-то странно тихо отреагировала и ушла, ничего не сказав, разрешая мне тем самым поставить точку в этих изначально абсурдных отношениях.

Flashback end

Сказать, что я был рад снова увидеть Флоренс — это не сказать ничего. Я пригласил девушку в кафе, чтобы поболтать и узнать о её делах. Сам того, не заметив, расспрашивая про её жизнь, я выдал ей свои проблемы, рассказал про Кейтлин и про то, что с нами случилось. Флоренс внимательно слушала меня, а я, по мере того как выплескивал из себя все пережитые негативные эмоции, чувствовал себя легче и свободнее.

— Флоренс, тебе нужно расширять специализацию, — девушка вопросительно вскинула бровь, — из тебя бы вышел замечательный психоаналитик, — пошутил я.

— Ах, ты об этом, — она усмехнулась. — Возможно, когда-нибудь потом.

Мы выпили еще по чашечке кофе и, оставив контактные телефоны, расстались. к сожалению, рабочие дела никто не отменял. Мы договорились о скорой встрече и о том, что я скину по электронной почте все имеющиеся документы, которые нарыла по Генри служба безопасности, а Флоренс, в свою очередь, займется этим делом.

Ну, или, по крайней мере, прольёт свет на то, кто такой этот Генри, откуда приехал, чем жил и интересовался до того, как устроился работать в фирму отца Кейтлин.

Второй раз Флоренс приходила на помощь, ничего не прося взамен, исходя только из чистых и профессиональных побуждений. Невозможно было передать словами всю благодарность и признание этому человеку. Эту девушку поистине можно было считать моим личным ангелом-хранителем.

Как ни странно, но так скверно начавшийся день закончился вполне подобающим образом; встреча с Флоренс вселяла уверенность, что девушка обязательно докопается до истины, чего бы ей этого ни стоило. Никогда ещё не видел человека, который так рьяно и беззаветно любил свою работу, словно адвокатура была смыслом всей её жизни. Мой боевой дух воспарил, и я, побросав документы в папку, отложил важные встречи до завтрашнего дня и отправился домой, где Кейт уже наверняка заждалась меня…

Кейтлин

Марк был рядом, все недоразумения остались позади, и я больше не боялась, что он снова мог исчезнуть из моей жизни, тем самым вдребезги разбив моё сердце.

Страх и плохие воспоминания о Генри остались где-то на задворках души. И только смерть родителей лежала на сердце тяжким грузом и отзывалась болью при любом малейшем воспоминании…

Рано утром Маршал отвёз меня в университет. День обещал быть напряжённым, потому что об учёбе нисколько не хотелось думать, все мысли были только о Марке… и, наверное, только благодаря воображению и мечтам, день прошёл быстро. Выйдя из душного здания, я бросилась к машине Маршала, мечтая оказаться в прохладном салоне. Позвонив Уильяму, и убедившись, что с ним всё в порядке и он хорошо себя чувствует, с души упал тяжелый камень. Я переживала за друга, мне не хотелось, чтобы его жизни что-то угрожало по моей вине. После нескольких часов, проведённых в стенах университета, хотелось размять затёкшие мышцы и хотя бы просто прогуляться.

— Маршал, можно мы прогуляемся? — попросила я мужчину, пребывая в прекрасном настроении.

— Конечно, — просиял он.

— Ты чего как начищенный чайник блестишь? — похоже, не у одной меня было хорошее настроение.

— Что, так заметно?

— Я ещё на выходе из университета заметила! — соврала я, улыбаясь.

— Пошли уже, — он захлопнул дверцу машины, и мы направились в ближайший парк, не спеша идя по узкой аллее.

— Так что за повод для радости? — аккуратно поинтересовалась я.

— У нас не принято обсуждать личную жизнь, — коротко пояснил он.

— Я не твой работодатель, — уточнила я. — Так что даже не смей меня приравнять к этому статусу! — пригрозила я.

— Хорошо-хорошо! — согласился он, понимая, что спор со мной может затянуться. — Я помирился с женой, — широко улыбнулся он, говоря эти слова. Удивлённо посмотрев на мужчину, я поймала себя на мысли, что совершенно ничего не знала об этом человеке… Мне казалось, что мужчина одинок, потому что все двадцать четыре часа в сутки он находился возле Марка.

— Не думала, что у тебя есть семья, — честно призналась я ему.

— Почему? — искренне удивился он.

— Ты так много времени проводишь на работе, порой даже возникает ощущение, что ты и вовсе не живёшь…

— Работа — это часть моей жизни, — заметил он. — Раньше я служил в армии, но после того, как получил травму, долго восстанавливался и, выздоровев, захотел чего-нибудь более спокойного. Тогда я обратился к знакомым, и те порекомендовали меня Бреттам. У них на службе я уже почти десять лет!

— Ого, — удивилась, я, подсчитывая в уме приблизительный возраст мужчины. На вид ему было далеко за сорок.

— Да, жил в Лондоне, но потом перебрался сюда вместе с Марком, которому отец отписал часть своего бизнеса в Сиэтле.

Сколько информации! Мы никогда не разговаривали с Марком о работе, я считала эту тему неуместной; для того, чтобы поддерживать беседу о его работе нужно было хоть мало-мальски иметь о ней представление, а выглядеть глупенькой дурочкой в его глазах не особенно-то хотелось.

— А почему ты поссорился с женой? — спросила я. Мне на самом деле хотелось больше узнать о человеке, который заботился о моей безопасности.

— Это долгая история, — попытался он увильнуть от ответа.

— А мы никуда и не торопимся, — улыбнулась я.

— Мы уже как пять лет в официальном разводе. Она осталась в Лондоне, отказываясь уезжать вслед за мной, а я не мог отказаться от любимой работы. Ни один из нас не захотел уступить друг другу, начались ссоры, недопонимания…

— Ох, как жаль, — посочувствовала я ему.

— Недавно я узнал, что она переехала в Сиэтл. Случайно встретил её на улице. Мы разговорились и договорились о свидании. В общем, мы решили попробовать начать всё сначала.

— Я так рада за тебя! — я была искренне рада за мужчину. Мы купили мороженого и присели на одну из лавочек. Маршал, до сегодняшнего дня казавшийся мне замкнутыми и сдержанным человеком, рассказывал о своей жизни и, оказывается, умел шутить. После совместной прогулки я только сильнее прониклась доверием к этому человеку.