Я научу тебя плохому - Ольга Ялитовская

Но не успела я даже одеться, как в дверь моего номера постучали. И я, замерев с феном в руках, гипнотизировала дверь.

Кто это мог быть? Обслуживание номера я не заказывала…

— Кучерявая! — ему нужно было произнести только одно слово, чтобы взбесить меня до ужаса и заставить выдохнуть.

Эта семейка меня когда-то доведет.

То Свистулька, то Кучерявая.

Открыв дверь, я уже было хотела на него накричать, как уловила запах своих любимых круассанов, а в руке у парня увидела стаканчики с… чаем. Неожиданно.

Мой желудок был на столько ему благодарен в тот момент, что я просто не имела права злиться на Ллойда в принципе. Я даже слегка покраснела от смущения.

— А я вижу, что я вовремя, — улыбнувшись, Картер мне подмигнул, но даже не сдвинулся с места. Как будто чего-то ждал, а я застыла в непонимании.

— Значит это все не для меня? — подняв вопросительно брови, я все-таки не выдержала и спросила. Я мысленно съела уже все круассаны. Так что вариант с бегством уже бы не сработал. Я бы дралась за этот вкусно пахнущий пакетик до последнего.

— Зайти можно? — лениво улыбнувшись, Картер посмотрел мне прямо в глаза.

Значит он не заходил, потому что ждал моего приглашения? Он сейчас серьезно? Вроде так поступали вампиры в каком-то попсовом сериале. Поэтому у меня возник только один вопрос: что они сделали с парнем? С моим парнем…

Сделав шаг назад, я впустила парня в номер. Это таким образом он мне показывал, что уважал мое мнение и личное пространство?

Укусив самый желанный и вкусный круассан, я не смогла сдержаться и застонала от удовольствия, после чего у парня опасно загорелись глаза.

— Мы так и не поговорили…

Вдруг начал Ллойд и посмотрел на меня уже серьезным взглядом.

— Если ты о том, чтобы переехать жить к тебе… Я могу серьезно об этом подумать, если эти круассаны постоянно магическим образом будут появляться на завтрак в твоей квартире.

— Нет… я о другом, хотя твой ответ я запомнил.

— О чем?

— О том, из-за чего мы на год расстались. О том как каждый из нас провел это время. Кто что пережил…

Потупив взгляд в стол, я понимала, что Картер был прав, нам нужно было это обсудить. Но как только я начинала вспоминать все то, что произошло, мне моментально становилось плохо. Горло сжималось, а дыхание становилось тяжелым. Меня бросало в пот.

— Картер… я….

— Я хочу начать первым. Из-за меня все это началось. Точнее из-да того, что я решил поиграть. Да, я поспорил на тебя. Но это было сделано в тот момент, когда мы встретились в баре… Когда ты умудрилась взвинтить меня до бешенства. Я вспомнил то, что ты сделала и, плюс ко всему, я еще и пьяный был. Я не оправдываюсь, просто говорю, как было. Мне хотелось в тот момент тебя проучить. Поставить на место. Отомстить. Но потом… что-то пошло не так… Я начал узнавать тебя ближе. И то, что я попал по самые яйца, я тоже понял не сразу.

В голове уже и мыслей о споре не было, но вот сказать об этом Марселю не хватало какой-то дурацкой решительности. Не хотел, чтобы надо мной ржали. Не хотел признавать того, что влюбился так, что капец просто. Не то, чтобы кому-то, я сам себе признаться боялся.

Но потом… потом все пошло не так. Я сказал Марселю, что спор отменяется. Разорвал все, но было поздно. Та стерва, его девка, успела тебе обо всем рассказать… а после… после начался ад.

Оказалось, что я не знал даже твоего настоящего имени. И все то, что я о тебе знал оказалось неправдой.

Я верил до последнего, что ты жива… пока Джейкоб не отвез меня на кладбище. Вот тогда начался настоящий ад. Мое личное пекло.

Именно тогда до меня дошло, что тебя больше нет. И тогда я полностью долбанулся. Все дошло до того, что я видел тебя везде. И мне пришлось пойти к мозгоправу. Помогало не особо, но я понял одну вещь: нельзя было говорить, что я тебя вижу, потому что мне сказали, что в дурку отправят.

Я слушала его слова с замиранием. Перебить боялась, на столько важно мне казалось уловить каждую сказанную фразу.

— Когда я снова поехал на твою могилу и не обнаружил ее там, я уже и сам поверил, что мне пора к шизикам. Наверное… если бы ты тогда не появилась на той вечеринке. Если бы я не почувствовал твой запах… Если бы ты тогда не дала мне надежду… я бы уже был в дурке. Я приближался к ней с каждым днем.

— Прости, — я больше не могла сдерживать слезы, — это я попросила Джейкоба отвезти тебя на кладбище. Это было моим условием для того, чтобы согласиться поехать в клинику на лечение.

Тогда… Тогда я жила лишь ненавистью к тебе. Если бы ты узнал, что я находилась в больнице и на сколько было плачевно мое состояние, то из чувства жалости мог прийти и начать извиняться. А я этого не хотела. Видеть тебя не хотела, потому что это было больно. Большее чем раны ощущать как на мелкие осколки разлетелось твое сердце. Было гораздо проще сделать так, чтобы у тебя и желания не возникало искать со мной встреч.

Мне… мне казалось, что тебе настолько все-равно на то, что со мной произошло, что ты продолжаешь вести обычный образ жизни. Что ты и дальше развлекаешься и получив за спор ту девушку и машину, наслаждаешься жизнью.

Меня убивали эти мысли. Убивали и одновременно давали хоть какой-то повод что-то делать.

У меня была затяжная депрессии. Джейкоб вытаскивал меня как мог. Он был мне настоящим другом в это время. За что я всегда буду ему благодарна…

— Я просто понять не могу…

Картер вдруг посмотрел на меня таким взглядом, что дышать стало еще сложнее.

— Почему ты даже не попыталась узнать, что и как думал я. Ты ведь не просила брата узнать, как протекала моя жизнь. Неужели ты была настолько уверена, что я последняя сволочь?

— После того что услышала и узнала тогда? Да, я к этому склонялась. Я впервые по-настоящему влюбилась и вот так узнала, что тебе было плевать на мои чувства. Что ты хотел лишь одного. Тогда я была уверена, что ты — зло. И когда у тебя постоянные операции, боль, непринятия нового себя. Когда тебе кажется, что жизнь разрушена… Сложно думать о ком-то еще. Если тебе плевать даже на саму себя.