Выиграю твою жизнь - Елена Рахманина

Дверь распахнулась ещё до того, как я нажал на звонок.

Со скупой, дежурной улыбкой домоправительницы меня встретила женщина лет пятидесяти. Судя по её взгляду, она видела в этих стенах достаточно, чтобы сообразить, какого калибра к ним пожаловал гость.

– Вас ждут, – сообщила она, пропуская вперёд и показывая дорогу на второй этаж.

На входе стоял лишь один охранник, обыскавший меня и забравший оружие из наплечной кобуры. Прочих видно не было, но я не сомневался, что за каждым моим шагом наблюдают по ту сторону камер видеонаблюдения, утыканных здесь на каждом углу.

При желании хозяин этого особняка может в любой момент пустить мне пулю в лоб и закопать тело на заднем дворе. Но так игра становится даже интереснее. Азартнее.

Особую пикантность ситуации придавало то, что в одной из комнат ожидает своей участи Маугли. Которую до смерти хотелось наказать. Объяснить, как вести себя не стоит. От предвкушения этой встречи кровь быстрее потекла по жилам.

Деликатно постучав, предупреждая о нашем появлении, домоправительница провела меня в кабинет. Вуйчик, уместив своё тщедушное, кажущееся слабым тело в углу кожаного кресла, встречал меня с гадливой улыбкой. Словно эта бешеная собака точно знала, что я явлюсь к нему.

Не позволяю злости на себя подняться на поверхность, но ума не могу приложить, как допустил в этот вечер такую слабость, как проявление эмоций. Как так вышло, что эта тварь прочитала на моём лице ярость, которую вызывала во мне Маугли? Непростительная ошибка.

– Какой неожиданный визит. Чем обязан? – интересуется, цедя с деловым видом янтарную жидкость из бокала.

По обе стороны от хозяина дома стоят его телохранители, зорко следящие за каждым моим движением.

– У тебя есть то, что я считаю своим, и я пришёл это забрать, – усаживаясь вольготно в кресло напротив него, отвечаю.

Изображая удивление, он поднимает брови вверх.

Я и сам не заметил, как легко и естественно эти слова слетели с губ.

Впрочем, не лукавлю. Она ведь моя работница. Моя. Какая разница кто.

– Что же ты тогда позволил мне её купить? – задаёт вопрос, на который знает ответ не хуже меня.

– Не твоё дело, – обрубаю, фиксируя его явное недовольство моими словами. Ему хотелось посмаковать эту тему. Но, очевидно, моё выражение лица всё же подсказало, что я не собираюсь рассказывать ему о том, какой непослушной бывает моя обслуга. Даже самая личная.

– Я заплатил за неё немалую сумму и хочу воспользоваться девчонкой. После этого можешь её забирать, – растягивает губы, являя миру свои слепяще-белые вставные зубы. Едва удерживаю порыв броситься в его сторону и переломить хребет. А затем с наслаждением наблюдать, как он подыхает, захлёбываясь собственной кровью.

Мне требуется время, чтобы начать контролировать себя. И я сам не понимаю, почему его слова вдруг оказывают такое воздействие на меня. Почему ради едва знакомой девчонки я готов убить. И не важно, что человек напротив более чем заслуживает мучительной смерти. Раньше меня это так сильно не волновало. Мы все грешны. Список моих грехов не меньше.

– Если с её головы упал хотя бы один волосок, то я убью тебя, – отвечаю со всей серьёзностью, вспоминая короткий барашек волос Маугли, отчего на губы ползёт улыбка.

Выражение моих глаз, интонации в голосе и противоречащая им почти мягкая улыбка заставляют Вуйчика напрячься.

– В моём доме, в окружении охраны и без оружия? Не смеши меня. Даже ты не всесилен, – Вуйчик, чувствуя себя в безопасности под защитой своих людей, расправил плечи, вытягивая руки на спинку дивана. Словно в таком положении он мог занимать больше места. Ощущать себя весомее. Важнее. Так же как в комнатах со слабыми девушками.

– Ты был нечистоплотен и оставлял после себя следы. А я слышал, ты очень активно лезешь в сенаторы, будет печально, если из-за моей девочки всё это пойдёт прахом.

Сожалею, что он прав и я не могу свернуть ему прямо сейчас шею. Но долго ему уже всё равно не жить.

С телефона отправляю фотографию заявления одной из его жертв, которое она в любой момент подаст в полицию. С медицинским освидетельствованием побоев.

– Ерунда. Я заплачу ей, и она тут же забудет этот неловкий инцидент, – улыбается он напряжённо.

– Ты же понимаешь, что это лишь капля в море. Ты болен и не можешь себя контролировать. Может быть, в заведении с мягкими стенами тебе будет комфортнее? Я могу это организовать, – разглядываю его, мысленно примеряя к нему робу, рукава которой завязываются на спине.

Вуйчик злится. Едва не пуская пар из ушей. Что-то заставляет его потерять уверенность. Засомневаться. Предположить, что мои угрозы не просто слова. А его будущая реальность.