Грей. Продолжение - Катерина Коротеева

— Но потом я понял, что тебе, вероятно, в этот момент очень некомфортно, ты не привыкла к этому.

— Да, — согласилась она.

— Итак, можно ввести некоторую… самостоятельность. Если я это сделаю, ты должна пообещать мне одну вещь.

На самом деле я мечтаю о том, чтобы отшлепать ее фантастически сексуальный зад.

— Что угодно.

— При необходимости ты воспользуешься стоп-словом. При таком условии я сейчас займусь с тобой любовью, хорошо?

— Да. — Она учащенно дышала. Она хотела ощутить мою ладонь на своей попке. Я очень надеялся, что мы сделаем это по обоюдному согласию.

Да плевать. Я не могу сопротивляться, когда она меня умоляет ее отшлепать.

А что тебе еще нужно, Грей?

Сейчас, я должен быть очень осторожным. Если вдруг она передумает, я должен буду вовремя остановиться. Не хочу, чтобы она снова убежала от меня. Я нервно сглотнул, потом взял ее за руку и повел к кровати. Откинув одеяло, я сел и положил рядом с собой подушку. Она стояла передо мной. Я страстно дернул ее за руку, и она упала ко мне на колени. Я слегка сдвинул ее, и теперь она лежала на кровати, грудью на подушке, повернув лицо в сторону. Я убрал со спины ее волосы и погладил ее по щеке.

— Положи руки за спину.

Она выполнила мой приказ, а я взял галстук и связал ее запястья. Ей нравится, когда я ее связываю.

Хорошая девочка.

— Анастейша, ты в самом деле хочешь этого? — я должен убедиться в том, что я все правильно понял.

— Да, — прошептала она.

— Почему? — нежно спросил я, лаская ладонью ее ягодицы.

Я хотел ее понять. Она простонала от моего прикосновения. О да, Ана сильно возбуждена из-за серебряных шариков. Думаю, что этот опыт будет удивительным для нее, но я должен сейчас себя контролировать, мне нельзя отключаться, я должен видеть ее реакцию, и если я пойму, что начал причинять ей боль, вместо удовольствия, я должен вовремя остановиться. Но, мне кажется, что она справится, потому что впервые этого хотела, как всегда, хотела меня.

— Я должна придумать причину?

— Нет, малышка, не нужно, — сказал я. — Просто я пытаюсь тебя понять.

Я окинул взглядом ее ноги. Она не сняла шпильки, от которых ее ножки казались еще длиннее и сексуальнее, а еще чулки… м-м-м, как же меня все это заводит. Левой рукой я взял ее за талию, чтобы удержать ее на месте, а правой ладонью я нанес ей первый жесткий шлепок по ягодицам. Из нее вырвался громкий стон, но это от эротического наслаждения. Боже, это фантастическое ощущение. Я ударил снова, четко туда же. Новый стон. Ей это нравилось, так же как и мне, она сейчас наслаждалась этим. Как же нам чертовски хорошо вместе.

— Два, — пробормотал я. — Будет двенадцать.

Я уверен, что она справится с этим. Сейчас ей это нужно, и я с удовольствием готов удовлетворить ее потребность. Между шлепками я нежно ласкал ее попку. Она лежала на моих коленях, связанная, такая беспомощная, вся в моей власти — причем по собственной воле. Я в восторге! Я ударил ее снова, чуть правее, и еще раз, с другой стороны, потом остановился и медленно спустил с нее трусики. Ее кожа прогрелась и порозовела от моих прикосновений. Я продолжил свое наказание, считая до двенадцати. Она отдавалась ритму моих ударов, впитывая каждое мое прикосновение, наслаждаясь ими. Это доказывало, что мы сможем найти компромисс между нашими желаниями.

— Двенадцать, — пробормотал я низким, хриплым голосом.

Я не мог сдержать своего возбуждения. Я ласкал ее попку, забрался пальцами глубже между ног, медленно вставил два пальца внутрь нее и водил ими по кругу, по кругу, по кругу, вызывая моментальный и очень интенсивный оргазм. Она кончила, сжимаясь в конвульсиях вокруг моих пальцев.

— Вот и хорошо, малышка, — одобрительно промурлыкал я.

Не вынимая из неё пальцев, я развязал свободной рукой ее запястья. Она лежала, обессиленная, и тяжело дышала.

— Мы с тобой еще не закончили, Анастейша, — сообщил я и, все еще не вынимая пальцев, поставил ее коленями на пол. Теперь она уперлась в кровать. Я встал на колени позади нее и расстегнул ширинку. Вынул пальцы, и раскатал по всей длине презерватив.

— Раздвинь ноги, — прорычал я, и она мгновенно выполнила мой приказ. Я погладил ее ягодицы и вошел в нее. Я хотел забыться в ней. Я так хотел ее весь этот вечер. Резкими толчками я вошел в нее еще глубже. Она стонала в моих руках, и это то, что нам было нужно. Она такая влажная, крепко обволакивала меня по всей длине. По ощущениям это сравнимо с долгим, сладким, особым поцелуем от нее.

— Все будет быстро, детка, — предупредил я, держась за ее бедра, начал резкие движения.

— Ай! — крикнула она, но это потому, что она хотела большего от меня. Она ответила мне, начиная двигать своими бедрами, чтобы запустить меня еще глубже. Это просто безумие! Если она сейчас не остановится, я кончу быстрее, чем хотел.

— Ана, не надо, — я пытался ее остановить, но она не хотела останавливаться. Она была слишком возбуждена после серебряных шариков и моего наказания. Такое ощущение, что я выпустил джина из волшебной лампы. Она не могла сейчас контролировать свое сильное желание, так что я сдался и интенсивно кончил. Мой оргазм заставил ее снова кончить. Я наклонился и поцеловал ее в плечо. Обхватил ее руками, положил голову на ее спину. Стоя на коленях возле кровати вы простояли некоторое время, пытаясь отдышаться.

Я наслаждался безмятежным покоем.

Я пошевелился и поцеловал ее в спину, потом вышел из нее.

— По-моему, вы должны мне танец, мисс Стил.

— М-м-м, — ответила она сонно.

Я присел на корточки и посадил ее к себе на колени.

— Это недолго. Пошли, — я поцеловал ее в макушку, заставляя встать.

Ворча, она села на кровать, подобрала с пола трусики и натянула их. Лениво поплелась за платьем к стулу. Я завязал галстук и привел в порядок себя и кровать. Натягивая платье, она с интересом рассматривала снимки на доске. Эти фотографии были сделаны, когда я был трудным подростком, еще до моего знакомства с Эленой. Она научила меня всему, что я знал, сделав мою жизнь более спокойной, за что я буду ей благодарен всю оставшуюся жизнь. Поэтому она до сих пор чувствовала свою ответственность за меня. Хотя она уже давно не моя домина, и я очень надеюсь, что до нее дошло, что я сам разберусь с нашими с Аной отношениями. Не хочу, чтобы она своей чрезмерной заботой все испортила.

— Кто это? — спросила Ана, показывая на маленькое черно-белое фото в углу доски.

Дерьмо. Это фото — единственное, что у меня осталось в память о той шлюхе, которую считал своей матерью. Я не мог выбросить эту фотографию, хотя и не взял с собой, когда переехал в «Эскалу».

— Так, не важно, — пробормотал я, надевая пиджак и поправляя бабочку. Я не хотел портить наш вечер, разговаривая об этом фото. — Застегнуть тебя?