Моя вопреки - Алекса Адлер

Устала я что-то. И спать снова хочется. Успокоительное плюс гормоны, вот и слипаются глаза теперь.

Сквозь опущенные ресницы я наблюдаю, как Сэтору разворачивает перед собой голографический экран, явно собираясь работать. Как длинные пальцы быстро набирают какие-то команды, листают сообщения… Как сосредоточенно хмурится поразительно привлекательный мужчина, мрачно сжимая чётко очерченные губы. И ловлю себя на непозволительной мысли, что он бы мне понравился, если бы я встретила его раньше своих Повелителей.

Хотя… нет, не понравился бы. Это он сейчас со мной такой учтивый и обаятельный. Потому что я сэ-авин его вечных соперников, супруга императоров. Запретная и желанная экзотика. И интерес для него представляю только по этой причине. А будь я сама по себе, этот высокомерный красавчик наверняка относился бы ко мне, как к низшему созданию и даже внимания не обратил бы. Вот и мне не стоит даже думать о нём в таком ключе.

Полёт мною почти не запоминается. По большей части потому, что я непостижимым образом умудряюсь в какой-то момент уснуть в пассажирском кресле. Даже неудобная для сна поза и присутствие Сэтору меня не смущают.

А просыпаюсь внезапно, когда сквозь сон ощущаю, что кто-то нежно гладит меня по лицу. Горячие шероховатые пальцы скользят по одной щеке, нежно касаются губ, рисуют огненную дорожку дальше…

− Мой Повелитель, − мурлычу сонно, всё ещё пребывая во власти сладкого сновидения, где мои мужья были рядом. Где обещали, что больше никогда меня не покинут. Поворачиваюсь вслед за незатейливой лаской. − Я так скучала.

Мужские пальцы замирают, чтобы в ту же секунду исчезнуть. И я резко распахиваю глаза. Чтобы встретиться взглядом с нависшим надо мной жрецом.

− Ри-одо Сэтору? — выдыхаю хрипло, отодвигаясь и не пряча настороженности.

− Не стоит пугаться, моя императрица, − его губ касается кривая усмешка. — Я всего лишь хотел вас разбудить. Шаттл идёт на посадку.

И он выпрямляется, отступая. Садится обратно в своё кресло, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

− Я так понимаю, вам снились Повелители. Сон был обычный? — интересуется ровно.

Нахмурившись, пытаюсь восстановить в памяти, что конкретно я видела. Но получается только вспомнить неясные, расплывчатые образы моих мужей и на краткий миг вернуть то щемящее чувство, что до сих пор трепещет тоской в груди.

Это было совсем не так, как при видениях.

− Да, обычный, − шепчу тихо. Как бы мне хотелось, чтобы было иначе. — Но даже такому я рада, После взрыва они ни разу мне не снились, как я ни надеялась на это. Как ни старалась.

Вздохнув, сажусь прямо. Веду головой из стороны в сторону, разминая занемевшую шею. Надо будет попросить Жину сделать массаж. Она умеет потрясающе быстро, легко и приятно снимать усталое напряжение, сковывающее плечи и затылок.

− Вы же понимаете, что можете видеть только то, что вам позволяет Абсолют? — склоняет голову набок жрец. — Если что-то ускользает от вашего взгляда, значит, так нужно.

Снова он намекает, что Абсолюту зачем-то нужно отсутствие моих мужей в империи. Снова ввергает мою душу в пучину сомнений.

Зачем? Что пытается доказать этим?

− Тогда… как я смогу ему служить, если он отобрал у меня тех, кого я люблю? — вскидываю полный горечи взгляд на хмурого мужчину. — Я не выбирала быть его Оком. Он меня такой сделал. Значит, я зачем-то ему нужна. Зачем же причинять мне страдания? Чего он хочет этим от меня добиться? Страха? Ненависти? Чего?

− Чтобы понять его замысел, нужно видеть все грани событий, − выразительно поднимает бровь Сэтору. − А это невозможно, если сосредотачиваться только на том, на что смотреть приятнее всего. Если видеть в случившемся только причину для страданий, то никогда не получится рассмотреть, как могут развиваться события впоследствии и что все приобретут в результате. Что лично вам это даст.

То есть… я должна высматривать, чем мне и всем остальным выгодно исчезновение супругов? От внезапно вспыхнувшего внутри негодования кровь бросается в лицо, руки сжимаются в кулаки, и я уже открываю рот, чтобы дипломатично объяснить этому слишком умному жрецу, куда он может девать свой «мудрый» совет.

Но Сэтору так же внезапно подаётся ближе, в упор смотря мне в глаза. Буквально прожигает взглядом, в котором пляшут языки пламени.

− И прежде чем вы, моя императрица, снова дадите волю гневу, скажу, что под «всеми», я императоров тоже имею в виду. Возможно, они тоже получат от этой ситуации что-то очень важное и значимое для них. Всегда есть альтернативный ракурс восприятия. И пока вы это не примете, ничего больше увидеть не сможете. Подумайте об этом. И мы продолжим обсуждать деяния и мотивы Абсолюта на нашем сегодняшнем уроке. Если одо Ми-ичан подтвердит, что это будет для вас безопасно.

Рот приходится захлопнуть. Осадить меня у него получилось просто замечательно. И даже заставить чувствовать толику стыда за свою несдержанность.

Сама не знаю, почему в общении с ним я не могу держать эмоции под контролем. Почему то и дело срываюсь, демонстрируя те чувства и стороны характера, которые никогда бы не позволила себе продемонстрировать при мужьях. С ними я могла быть слабой, ранимой, нежной, любопытной, радостной и восторженной, ещё много какой… но никогда полной гнева и злости. Может потому и бросалась с таким пылом в пикировки с Чотжаром, сбрасывая негатив, без которого, к сожалению, никак. Чтобы для своих сэ-аран быть настолько идеальной, насколько могу.

Наверное, в этом всё дело. Сейчас… мне не нужно быть идеальной. Не для кого. Мне нужно выжить и спасти тех, кого люблю. Вот и вырывается наружу то, что было глубоко спрятано.

Но лезть на рожон, ссорясь с Сэтору, тоже никак нельзя. Глупо это. Опрометчиво. Недопустимо. Мне нужно добиться от него помощи без… оказания интимных услуг. А не настроить против себя, то и дело срываясь и психуя. Гормоны и жуткий стресс будут мне слабым оправданием.

− Извините, ри-одо. Моя излишне эмоциональная реакция была неуместной, − произношу максимально ровным тоном.

И как раз вовремя. По стенам салона пробегает голубоватая рябь, когда шаттл преодолевает защитное поле императорского дворца.

Мы прилетели. Впереди долгожданный урок и нежеланный ужин. И назревший разговор о делах государственных со своим доверенным советником. В общем, нужно привыкать к мысли, что одного красноволосого жреца я буду теперь видеть о-о-очень, о-о-очень, о-о-очень часто.