Продана криминальному авторитету - Лана Дэй

Сёстры, но друг друга терпеть не могут! Это видно сразу же. Татьяна завидует красоте Лизы, а Лиза постоянно подчёркивает свою красоту на фоне неказистой Татьяны.

— Алиса, тебя вызывают! — громко говорит горничная, залетая на кухню. — Хозяйка недовольна! Бегом! Пока нас всех из-за тебя не уволили!

Мне приходится снять перчатки, вымыть руки и явиться в просторный зал, предназначенный для просмотра кино.

В доме Саида Ахмедова есть целый домашний кинотеатр. Даже выходить никуда не надо, если захочешь насладиться новинками кинопроката. Здесь есть всё — уютные кресла, низкие столики, соответствующая атмосфера и очень мощная акустическая система для полноценного, объёмного звука.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сейчас две сестры сели на маленькие диванчики и капризно выбирают, какой фильм посмотреть. Спорят, как две визгливые курицы.

Лишь при моём появлении они смолкают и наперебой говорят мне, что принести.

Я стараюсь запомнить, но было бы неплохо записать.

— Есть заварные пирожные? — спрашивает Татьяна. — Если нет, пусть испекут!

— На моём месте? Я между прочим за естественную красоту, а ты всё на диетах сидишь, высохла, как вобла! Боишься, что за лишнюю калорию Ахмедов тебя хотеть не будет? — злобно посмеивается Татьяна. — Я вообще сомневаюсь, что ваш брак долго продержится! Может быть, договорённость между семьями сохранится, но настоящим ваш брак не будет! Не видать тебе горячих ночей с мужем…

— Почему?!

— Потому что тебе всё женское нутро вырезали! — жестоко говорит Татьяна. — Все женские гормоны именно там вырабатываются. На первое время тебя и смазка будет выручать, но потом влечение исчезнет. Ах, забыла… Тебе вообще НЕЛЬЗЯ! Феромоны, Лизонька! Ты бы знала, что это такое, если бы прокачивала свои мозги, а не задницу!

Лиза злобно сжимает кулаки, вскакивая. Но потом замечает меня. А я так и застыла, слушая злобную перебранку двух кумушек.

— Почему ты здесь до сих пор стоишь? — выкрикивает как хабалка базарная. — Пошла вон! Тебе дали распоряжение! Принеси немедленно!

— Кстати, кто это такая? — хмыкает Татьяна. — Та самая суррогатная мама? Вернее, не суррогатная, если она вынашивает ребёнка от Саида. Уверена, он её трахал! Может быть, до сих пор трахает… — посмеивается с такой ненавистью глядя в мою сторону.

Змеиное кубло!

— Он её НЕ трахает! — возражает Лиза. — Он меня хочет.

— Хочет, но не может! — фыркает Татьяна. — Может быть, я тебя подменю? — хихикает. — С феромонами у меня полный порядок, а восточные мужчины любят тех, у кого есть за что подержаться! — намекает на свой толстый зад и большие сиськи.

Лиза верещит в ответ что-то ещё. Но я уже пулей выметаюсь прочь из этого кинозала.

Слёзы собираются на глазах. Права была служанка — лучше сидеть и перечищать гору картошки — от неё пачкаются руки, а не душа.

Ведь эти две кумушки меня с ног до головы оплевали, смотря на меня, как на ничтожество.

***

На этом мои испытания не заканчиваются. Лиза заявляет, что сестра погостит некоторое время в доме Саида. То есть будет жить неделю или даже больше!

Я кисло улыбаюсь в ответ на эту новость. Валюсь с ног от усталости поздно вечером. Не слышу, дома ли Саид… Появился или нет этот бездушный монстр?!

Посреди ночи меня будит что-то. Дурной сон приснился. Про отца. Как будто мой несчастный папенька совсем спился и пошёл просить милостыню. Мне даже во сне за него стыдно стало, но во сне я от него отвернулась, и он помер от обморожения.

Дурной, плохой сон!

Я вскакиваю на кровати, обливаясь холодным потом. Мой отец продал меня. Поступил как с вещью! Но он дал мне жизнь. Возможно, он просто сломался, и я зря думаю о нём с такой злобой. Нужно будет попросить Саида разрешить видеозвонок. Вдруг мой сон — в руку?! Навряд ли папа обморозится в конце лета, но кто знает, где нас подстерегает опасность? Вдруг по пьяни забредёт куда-нибудь, в промышленную зону, где есть большие холодильники, окочурится и…

Как же страшно представлять смерть родного человека. Зуб на зуб не попадает! Мне приходится стаскивать с тела ночнушку. Она насквозь пропиталась потом и запахом страха.

Зайдя в ванную, кручу кран. Из душа вырывается ледяная вода, а горячая отказывается идти. Наверное, водонагреватель в моей ванной сломался.

Лечь спать?! Но мне хочется смыть с себя негатив ночного кошмара…

Расхрабрившись, я беру халат и осторожно выхожу в коридор. Уже очень поздно. Тишина… Нет никого.

Я крадусь как воришка в сторону гостевой ванной комнаты. Там наверняка всё в полном порядке. Поворачиваю за угол… На полу лежит прямоугольник света, падающий из-за приоткрытой двери ванной.

Тишина нарушается шорохом воды.

Кто-то находится в ванной комнате.

Я топчусь на месте с досадой. Придётся возвращаться. Но потом я слышу приглушённый голос Саида. Скозь шорох воды.

Он поёт в душе?!

Влекомая неведомой силой, я крадусь к двери, заглядываю. Саид моется, стоя в прозрачной душевой кабине. Она запотела, там мало что видно вообще! Но я и так знаю, что его руки сейчас скользят по волосатой груди, разнося пену и горячую воду. Я так и вижу, как радужные мыльные пузыри скользят вниз, по плоскому животу, тренированному прессу, со множеством соблазнительных кубиков… Ох, как стало жарко! Особенно в трусиках.

Я ненавижу Саида. Всей душой. Но хочу его… всем телом!

Однако больше всего меня поражает не вид Саида, а тень человека. Кто-то стоит, прикрывшись дверью и тоже наблюдает за Саидом. Не просто наблюдает, но… постанывает.

Я чётко слышу гортанные звуки пения Саида и фоном — тихие “о-о-о-ох…”.

Что же здесь творится?!

Я присматриваюсь. Повнимательнее. Мне ужасно неловко слышать чужие стоны. Но я понимаю по тени, что этот кто-то ублажает себя, подглядывая за мужчиной.

Наверное, какая-то служанка!

Но потом… потом я понимаю, что это не служанка, а сестра Лизы! Она быстрее двигает рукой между ног, прикусывает вторую ладонь и громко стонет, давясь этим звуком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я буквально выпрыгиваю обратно, в коридор. Прячусь за угол. Через секунду вижу, как Татьяна уходит прочь, тихо-тихо, но такая довольная, как будто Саид лично оттрахал её хорошенько.