Поцелуй жертвы - Матильда Старр

Сильные руки обвивают ее, губы тонут в упоительном поцелуе, а сердце переполняется счастьем, таким полным, что и желать больше нечего. Она прижимается к широкой груди, замирает на руках у лучшего мужчины в мире — в единственном месте, где ей хорошо и спокойно. На этот раз у него есть лицо — это лицо незнакомца из ресторана. И ей от этого светло и радостно.

— Мы ведь будем вместе? Всегда?

— Конечно… — она и не ожидала другого ответа. Она счастливо смеется и ищет его губы, но он тихо добавляет: — только одна небольшая формальность.

Он опускает ее на холодный камень.

— Мне нужно кое-что у тебя забрать… — разносит эхо, а в руках, которые только что ее ласкали, блестит острый клинок.

* * *

Лис проснулась в растрепанных чувствах. Ночное видение было таким ярким, что реальная жизнь: ее комната, ее кровать, книжка на тумбочке, платье на спинке стула — все это казалось ненастоящим, и очень хотелось заснуть обратно, хоть и пугал ее нож, появившийся в самом конце сновидения. Но возможности такой не было. Телефон разрывался страшным голосом.

Лис посмотрела на часы. Опять двадцать пять! Девяти нет, а противный гаджет трезвонит так, как будто сейчас не лето и каникулы, а самая что ни на есть учеба. Лис посмотрела на телефон: ну, конечно, Светик. Кто это еще может быть! И не спится же ей после вчерашнего. Лис сняла трубку:

— Где пожар?

— Так, Лисица, ставь чайник, я уже на подходе. У меня к тебе серьезный разговор. Это очень важно. В общем, кончай валяться и готовь подруге бутерброды.

«Лисица». Плохо дело. Так Светик называла ее только в минуты крайнего душевного волнения, и раз уж кодовое слово прозвучало, значить это могло только одно: она снова что-то задумала, что-то такое, что Лис наверняка не понравится. Впрочем, спорить не имело смысла: многолетний опыт их отношений подсказывал: лучше со всем соглашаться, будет быстрее и безболезненнее.

Вздохнув, Лис потянулась умываться и ставить чайник.

Светик влетела в квартиру ураганом.

— Я все поняла, — практически с порога заявила она.

Лис даже не стала спорить. Поняла — значит поняла.

— Это не просто так, что тебе девятнадцать лет, можно сказать, скоро пенсия, а ты себе все еще мужика не нашла. Да ладно мужика, хоть бы какое-нибудь приключение, ну ты понимаешь. Даже Артемка твой, красавец, бабы вон из-за него глотки друг другу грызут, и тот тебе не хорош.

— Свет, ну почему не хорош? Он приятный мальчик. Мы встречаемся, просто решили пока не торопиться…

Светик посмотрела на нее, как на душевнобольную:

— Вместе, наверное, решили. А когда голосовали, Артемка, наверное, выше всех руку «за» тянул.

Лис ничего не ответила. Арт, разумеется, был не очень «за». Но особенно и не настаивал, изъявил готовность ждать.

— Я уже думала, в Италии кто-нибудь тебя раскрутит. Они там парни горячие. Но вижу, байкера своего ты тоже опрокинула.

Кажется, придуманный Светиком байкер теперь навсегда поселится в мифах и легендах.

— Ладно, я согласна. Артемка — маменькин сынок, байкер — неинтеллигентный мужлан. Может, ты прямо принца ждешь! Но этот, вчерашний! Это же принц! И музицирует, как тебе нравится, и истории рассказывает, и выглядит… А на печатку на его ты внимание обратила? Не знаю, каким музыкантам столько платят. Вот уже кажется, бери и пользуйся, лучшего все равно не найдешь. Так нет, ровно в полночь наша Золушка свинтила с бала, и в отличие от умной коллеги даже туфлю не оставила.

Лис вздохнула, наливая горячий чай по чашкам.

— Зачем ты все это мне рассказываешь?

Благородный порыв обустроить ее личную жизнь накатывал на Светика раз в три месяца, но это был явно внеочередной.

— Венец безбрачия, — торжественно объявила подруга. — Прокляли тебя, Лисица. Я в интернете читала, если эту дрянь не снять, так до старости одна и будешь.

Час от часу не легче. Во всякие венцы и проклятия Лис не верила, но Светик питала ко всей этой чуши ничем не объяснимую нежность.

— У нас за городом живет колдун. Мне соседка рассказывала. Еще полгода назад к нему ходила воду брать. Болела она тогда очень, а после колдуна прямо на поправку дело пошло. Говорит, будто помолодела. Раньше слабость была от сглаза, а теперь прямо летает.

— Отлично, — сказала Лис. — Я очень за нее рада. Пусть летает и дальше. Я-то тут при чем?

— А при том, что вечером мы к нему идем. Ты и я. Он нам все эти порчи с наговорами быстро снимет.

— Нам? — переспросила Лис.

— Ну конечно. У меня с личной жизнью тоже, знаешь ли, не фонтан. Мужиков полно, а того самого так и не встретила. Вот пусть и расскажет мне колдун, где моя судьба шляется.

— Пусть расскажет, — согласилась Лис, — тебе. А я ни к каким колдунам не пойду.

— Так Лисица, это ты брось!