Проданная - Лика Семенова

Порой мне казалось, что Варий умел читать мысли. Еще с детства.

Когда мне доложили о том, что причалил его корвет, я насторожился. Дядя крайне редко появлялся здесь. Все время ссылался на недомогания, мигрени, больные ноги, старость. На все то, на что можно и удобно ссылаться старику. Сидел в своем дворце, но умудрялся все про всех знать. Он даже отказывался от официальных визитов, но порой с удовольствием и резвостью навещал кого-нибудь из старых друзей. Когда хотел. И никогда иначе.

Я сам вышел на парковку в тот момент, когда Варий выходил из корвета, опираясь на трость. Весь в белом и сиурском жемчуге, снежные волосы тщательно уложены. Он будто светился и величием не уступал Императору. Улыбнулся, увидев меня. В голубых глазах плясали азартные искры. Казалось, у него было очень хорошее настроение, и это не предвещало беды. Я обнял его, но никак не мог избавиться от засевшего внутри напряжения:

— Ты мог предупредить.

Старик лишь фыркнул:

— Излишняя предусмотрительность убивает радость сюрприза.

Что ж… не поспоришь. Но я не любил сюрпризы. Пожалуй, больше всего на свете. И он это знал.

Больше всего на свете, кроме наложниц с внушительной грудью, Варий любил сады и жареные капанги. Он сам попросил накрыть в беседке. Мы сидели в резной тени, слушали шум листвы и плеск фонтанов. А он с жадностью глазел по сторонам, будто впервые; пил кофе и, кажется, никуда не торопился. Я понимал, что дядя явился не просто так. Но Варий — это Варий. Он никогда не скажет большего, чем хочет сказать. Как его ни пытай.

Он допил кофе, с наслаждением втянул воздух и откинулся на спинку мягкого кресла, но голубые глаза резанули холодом:

— Мой человек перестал выходить на связь.

Я сразу понял, о чем речь. Вместе с Невием в свите Урса Оллердаллена отправился человек Вария. Я не знал его, не знал его должности, но это не имело никакого значения. Если ему доверял Варий — значит, он заслуживал его доверия.

— Как долго?

— Три недели.

Я положил в рот капангу, раздавил зубами, чувствуя кислый сок:

— И ты решил сказать только сейчас?

Старик повел бровями:

— Теперь я уверился, что это не случайность.

Я вздохнул:

— Болен, наказан, переведен, умер, в конце концов…

Варий едва заметно кивнул:

— Все может быть… Но это молчание вызывает у меня беспокойство. Ты не говорил с сыном?

Я усмехнулся:

— Он демонстративно считает себя обиженным.

Варий лишь кивал:

— У меня никак не получается выйти на связь с Урсом. Норбонн принимает только устаревший сигнал. Я отписал ему. Но пока нет ответа. Будем надеяться на лучшее, но у меня скверное предчувствие… Имей в виду.

Я лишь кивнул. Предчувствия Вария — отдельная история. Но очень часто они оказывались верными. Три недели… примерно столько времени занимает перелет тяжелого флагмана с Норбонна в Сердце Империи. Месяц. Легкое судно преодолеет это расстояние в два раза быстрее… Я очень надеялся на технические неполадки. Как сказал мой сын, Норбонн — задница вселенной. Змеиное Кольцо и вовсе превращало эту планету в настоящую дыру. Но… у меня тоже бывали предчувствия.

Варий покручивал в пальцах жемчужную серьгу:

— Я расстроил тебя?

Было бесполезно скрываться — он видел меня насквозь:

— Увы. Мне не нравятся твои новости.

Старик повел бровями, потянулся за второй чашкой кофе, кольнул лукавым взглядом:

— Тогда поговорим о твоих.

Я кивнул, соглашаясь:

— Его величество принял решение освободить меня от должности посланника и повысить до статуса действительного военного советника. Я получил последнее назначение на Лигур-Аас.