Её тайна - Слава Доронина

Наташа

До отеля мы едем в тягостном молчании. От былого настроя провести вечер с Асадовым не остаётся и следа. Умом я всё понимаю, а сердцем принять не могу. Динар жаждет мести. Впрочем, как и Макс. И ни один из них от задуманного не отступится. Но как быть мне? Без конца трястись от нервов и ждать, когда с ними что-то произойдёт?

— Что? Даже не поцелуешь? — спрашивает Динар, когда я тянусь к ручке двери.

Выскакиваю на улицу, но не успеваю пройти и двух шагов, как оказываюсь в кольце сильных рук.

— Да, похоже я поторопился с правдой. Предполагал, что отреагируешь эмоционально, но не до такой же степени. Наташ? Надеюсь, обойдёмся без лишней драмы?

— Ты ведь всё рассчитал, да? Твоё молчание, потом оргазм на заднем сиденье… Умело жмёшь на нужные точки. Сбиваешь с толку, но у меня своя голова есть на плечах — я могу сопоставлять факты. И не собираюсь занимать ничьё места. Прошлое будет стоять между нами, пока ты не совершишь акты возмездия? Вот только знаешь… Удовлетворения ты можешь в итоге не получить, или результат окажется не таким, как ты ожидал. Я не имею права что-либо требовать от тебя. Ни ты, ни Макс, по сути, ничего мне не должны. Но вы оба эгоисты. Мне не нравится из-за вас страдать. Хочешь, прямо на днях улечу? Так тебе будет спокойнее? Не хочу умереть от разрыва сердца, когда с одним из вас случится что-то плохое. Вы оба ходите по краю…

— За тебя сейчас говорят эмоции.

— Эмоции? Да, мне страшно, Динар. Вы же с Максом оба безбашенные!

— Это глупо — бояться того, чего ты не знаешь. У меня все эти годы была цель. Я почти её достиг, а ты предлагаешь мне вот так взять и отказаться от планов? Нет, Наташа. Я хочу посадить того, кто убил близкого мне человека. А сама бы ты смогла отказаться? Ну вот поставь себя на моё место и ответь честно.

— Я не на твоём месте, но, глядя на твой настрой, очень скоро могу оказаться в похожей ситуации.

— Ну что ты меня хоронишь раньше времени?

— Потому что Измайлов прямо сказал: свидетелей уберут. А ты не просто свидетель — ты улей собираешься разворошить!

— Ты сгущаешь краски, Наташа. Да, риск есть, но не смертельный. И тебя никто не бросает. Ты, кстати, была у врача?

— С какой целью интересуешься?

Да, за меня сейчас говорят эмоции. Я правильно сделала, что попросила Динара привезти меня в отель. Мне нужно остыть.

— Ну что, мне самому Львовой звонить? — Он приподнимает бровь.

— Тебе нужна помощь другого специалиста. Гинеколог не поможет. Это я тебе точно говорю.

— Всё. Иди. Мы поговорим позднее, когда ты успокоишься и поймёшь, что жизнь устроена куда сложнее. Иногда приходится переступать через свои чувства.

Руки так и чешутся дать ему пощёчину, а губы зудят, потому что хочу, чтобы он поцеловал меня. Во мне сейчас борются противоречия. И подсознательно я уже сделала выбор, но сегодня нам лучше побыть порознь. Разворачиваюсь, собираясь уйти, но Динар обнимает меня за талию и привлекает к себе, накрывает мои губы своими. Я сопротивляюсь, но больше для видимости. И в итоге сдаюсь.

— Я услышал тебя, Наташа. Обещать ничего не могу. Слишком много факторов извне, на которые я не могу влиять, но в одном ты можешь быть уверена: в обиду я тебя никому не дам и Макса из передряг вытащу. — Он берёт мою руку и прикладывает к своей груди. — Давить я на тебя не буду, как и скрывать правду: для меня будет спокойнее, если ты останешься с Максом.