С Тобой, Без Тебя - Mut-Em-Enet

Спустя две недели…

Вопрос со свадьбой был решен. Нам нужно было только закрыть текущие дела, и тогда мы будем готовы к переезду.

— Только прошу тебя, — давай не закатывать грандиозных празднеств, — просила я Алекса перед отъездом. Что-то маленькое, камерное. Только для самых близких и никаких журналистов.

— Понял тебя…

— Для нас же уже все решено! Нам ни к чему кому-то и что-то доказывать, и это не первая наша свадьба.

— Ну что ты меня уговариваешь, Маша, я все понял! Все твои ЦУ выслушал. Свадьба может и не первая. Но надеюсь уже последняя.

Сначала грандиозную новость я сообщила родителям, и после Вилке. Мам, взялась за голову:

— Опять!..

— Не опять, а снова.

— Доця, да что ж вы кругами ходите по 10 лет, вообще не следовало разводиться. И не пришлось бы постоянно жениться

— Мы уже это поняли, есть как есть.

— Ты уже не дважды в одну воду входишь, а трижды. Я такого не видела.

— Мам, ну нужно же было когда-то разрубить этот гордиев узел и все выяснить.

— Ты только ж не волнуйся, побереги сердце.

— Постараюсь.

Вилка прореагировала более экзальтированно:

— Ой, какая ты Машка счастливая…

— Да уж, только больно долго я к этому счастью шла.

— И то верно, но представь, каким оно будет, если ты его столько ждешь. И когда едешь обратно?

— Так в аккурат после старого Нового года планирую.

— Так скоро?

— И ты едешь со мной, даже не думай сейчас мне талдычить про работу.

На работе с меньшим энтузиазмом восприняли новость о моём скором переезде: некоторые даже всплакнули, когда я на собрании объявила, что скоро уезжают.

— Ну что ж Вы так, Мария Ивановна, причитала Ларочка, — придёт вместо Вас мымра какая-то и будет тут помыкать.

— Лар, это жизнь, ты думаешь мне вот так просто все в одну секунду поменять? Нет, мне все также страшно, как в первый раз! Но на этот, я думаю, что все получится и все будет хорошо.

Лиза тоже переживала: все-таки тут у нее останутся подружки и привычная жизнь:

— Мам, ну и как я пойду в эту американскую школу, там у них порядки другие?

— Нормально пойдешь, а потом и в колледж. А чего ты боишься? Язык ты знаешь хорошо, ты красавица у меня, найдешь новых друзей и со здешними девочками сможешь общаться по видеосвязи.

— А танцы? Как же мой партнер Максим, я не знаю, даже, как я Екатерине Александровне скажу.

— Я сама ей скажу, ну Лиз! Не мы с тобой первые — не мы последние. Знаешь, чего я боюсь? Бросать тут одних дедушку с бабушкой, Вилку с новым Жориком, работу, которая мне жизнь спасла. Но мы же с тобой женщины, а женщине под силу пережить все с минимальными потерями. Правда ж? — и щелканула Лизку по носу, не больно.

На другом конце света у Алекса были свои приготовления, он еженощно мне звонил и отчитывался как перед строгим боссом.

— Ну Марусь, Вал и Джесс на себя взяли флористику, а то я ни черта в этом не соображаю. Ужин заказал, со священником договорился. Вначале в мэрию пойдем. В общем все готово и ждем только невесту и ее дочку.

— Ты так говоришь, сейчас, вроде Лиза только моя дочь.

— Невесту и нашу дочку! Так лучше?

— Однозначно, дорогой!

— И не вздумай там бежать от меня?

— Ты снова за старое. Да куда ж я от тебя убегу уже?

— К своим этим… Ухажерам.

— Тю, придумал, я тут с кольцом щеголяю, чуть ли в глаза его всем тычу, а он все про своих ухажеров заладил…

— Не моих, а твоих.

— Ой, не дразни меня, вот приеду и укушу,

— Жду не дождусь уже, когда ж ты меня кусать начнешь. Специально пойду сдам анализы, чтоб там все чисто было, и ты не отравилась.

— Кстати, — я придвинулась к экрану ближе, — насчет анализов. Нам бы двоим было бы неплохо сдать. Возраст и всякое такое.

— Не понял тебя, зачем?

— Ну на случай, если захотим завести еще одного ребенка…

— Да ты коварная и продуманная женщина, не согласен я на ребенка.

У меня аж челюсть отвисла. Как он не согласен?

— Я согласен на двоих не меньше.

Хух, выдыхай Маша!

— Ну одного я рожу. А второго сам будешь рожать…

— Ну и договорились! Еще завтра моя мама прилетает, ты бы видела ее лицо, когда я ей сообщил, что мы женимся! я думал она с ума сойдет. Завопила так, что чуть не оглох.

— Надеюсь — это был одобрительный возглас или она рассердилась?

— Та кто ее знает…

— Ой, доведем мы своих близких…

— А кроме шуток, Маша, я так соскучился, что сил нет. Проснусь ночью, даже ногу положить не на кого…

— Ах ты ж зараза, я тут настроилась слушать признания в любви, а ему ногу просто положить не на кого…

— Люблю тебя, Машка, такие признания хочешь?

— А еще…

— Люблю безумно и давно…

— И?

— И хочу с тобой прожить до самой старости. А вот теперь непонятно кто из нас истинная зараза, я ей тут в любви признаюсь, а она воды в рот набрала.

— Иди спать, герой-любовник, люблю тебя, целую и обнимаю! До скорой встречи, дорогой!

— До очень скорой встречи!

Единственным, кому я забыла сказать про свой отъезд, стал Саша Блок. Я долго думала, как сделать это максимально корректно, дабы не обидеть его. И вся такая противоречивая явилась к нему в «салон» без приглашения. Позвонила в знакомую дверь, за которой началось какое странное движение. Кто-то бегал, падали какие-то вещи и после 40–секундной паузы дверь мне открыл Саша в домашнем халате, одетом наизнанку. Беспорядок в «салоне» и женские туфли в коридоре указывали на то, что Саша был явно не один.

— Машенька, — он обнял меня, — я так скучал.

Я улыбнулся:

— Да вижу я, как ты скучал, — указывая на разобранный диван со смятыми простынями.

— Ну это не то, что ты подумала.

Я положила Саше не плечо руку театрально:

— Кто счастливица?

— Веруня, покажись!

И пред мои очи стала та самая Веруня — литагент и вечна соратница Саши.

— Совет да любовь!

— Машенька, но ты же не обиделась!