Ловушка для плейбоя - Лана Пиратова

Маша

Спустя два часа Аллочкиных пыток под бурчание о вреде мучного и о чудо-растении сельдерее у меня идеально уложены волосы, макияж светской львицы на лице, суперкороткое платье, высокие сапоги на шпильке и шубка. Такая короткая, что даже попу не прикрывает. И рукава заканчиваются где-то в районе локтей. Как в ней зимой-то ходить? Сшили бы уж сразу топик меховой. Чего уж. А рукава на трусы можно пустить.

Никогда не понимала этих вот модных извращений.

– Так, Синичкина, – строго произносит Алла, – шуба из реквизита для съемок. Стоит дорого.

– Сколько?

– Тебе лучше не знать. В общем, чтобы вернула в целости и сохранности. Эксклюзивная модель. Прямо с подиума.

Оглядываю себя.

– А так и не скажешь, – пожимаю плечами. – Мне кажется, я такую видела сегодня в метро.

Аллочка хмурится.

– На цыганке у входа, – киваю я. – Пожалела еще. Думаю, мерзнет ведь. Сто рублей дала. На рукава, конечно, не хватит, – осматриваю свои голые руки, – но на беляш точно.

Губы Аллочки превращаются в одну тонкую полоску.

– Иди. Опоздаешь, – выдавливает из себя.

Спустя минут сорок меня привозят к офису Руслана Булатова.

Боже, ну что надо быть за чудаком на букву «М», чтобы не смочь зачать ребенка обычным способом от обычной женщины? В общем, он уже мне не нравится.

Кое-как преодолев на высоченных каблуках непосыпанную между прочим ледовую дорожку до лестницы, вскарабкиваюсь к входной двери.

Пропуск на меня уже заказан и я, задрав подбородок, иду к лифтам.

В холле пустынно и это хорошо.

В шубе, хоть и с обрубками вместо рукавов, жарко, но снять ее страшно. Пусть уж будет на мне. Так я ее точно нигде не забуду.

Как я поняла, мне надо попасть на тридцатый этаж. Наконец, приходит лифт. Гордо захожу туда в одиночестве.

Красота-то какая! Не лифт, а галерея! И зеркало во всю стену. Осматриваю себя и не узнаю. Передо мной не я, а мелкое подобие Аллочки. Мелкое – из-за роста, естественно.

Тяну вниз подол платья – уж очень оно короткое. И тут вдруг лифт останавливается. Смотрю на монитор – это не тридцатый этаж, а всего лишь пятый. Кому-то тоже надо наверх. Запахиваю шубу и смотрю, как плавно раздвигаются двери.

А за ними никого. Хм… вызвали и передумали? Бывает. Жму на кнопку закрывания дверей.

Они съезжаются, но через пару секунд опять разъезжаются. И опять никого.

Что ж такое-то! Опять жму на кнопку. Но снова все повторяется.

Начинаю злиться. Кто-то явно шутит. Нажимает и убегает. И поэтому, когда двери опять открываются, я решительно выскакиваю из лифта, но вот незадача! Попадаю дурацким каблуком в щель для дверей в полу. Успеваю зацепиться за створку, но ломаю ноготь. Вернее, даже два. И, все-таки, падаю на колени. Сумка летит тоже на пол, а из нее выскакивает и телефон. Пытаюсь до него дотянуться. Нет, бесполезно.

Тогда пытаюсь освободить ногу. В этот момент двери опять съезжаются, но останавливаются, уловив видимо лучами препятствие в виде моей ноги. Разъезжаются. И опять пытаются съехаться.

Да что ж такое!

Хочу повернуться и тут только понимаю, что не могу. С ужасом широко распахнутыми глазами смотрю, как одна из дверей медленно, но верно зажевывает мою шубу. Вернее, не мою! И от этого еще горче!

– Отдай! Тварь железная! – дергаю шубу. – Придурошный лифт! Придурошный офис! Придурошный мудак с заскоками о наследнике!

– Хм… – раздается откуда-то сбоку и я замираю. Ой. Тут кто-то есть. – Что-то с описанием у вас скудновато, девушка.

Ой еще раз. Где-то я этот голос слышала.