Зверь внутри - Стелла Айс

Волк что-то сообразил, видимо мой перепуганный вид ему не понравился, и он отпрянул в сторону.

   Горел свет. Я сидела в длинном коридоре какого-то дома с высокими потолками. Стены – огромные брёвна, пол тоже из дерева. Слева от меня располагалась железная дверь и прихожая. Заместо вешалки к стене были прикреплены гигантские оленьи рога. На них висела старая одежда. Со стороны казалось, что висельники упокоились в логове зверя. Обуви под вешалкой не было, кроме ярко-оранжевых маленьких резиновых сапожек.

Очень заботливо между брёвен была вбита палочка невысоко от пола, и на ней висел плащ Полины.

Из коридора вело несколько дверей в какие-то помещения. Двери солидные, деревянные и толстые.

Я медленно перевела взгляд на волка. Он уходил направо. Передвигался всё так же, покачиваясь, и хвостом вилял.

Там, куда он шёл, была светлая кухня с топящейся печкой. Волк на кухню вошёл, а Полинка оттуда вышла.

В штанишках и розовой толстовке. Хвостики съехали и растрепались. Она жевала большую лепёшку и шлёпала шерстяными носками ко мне.

— Булечка, — сказала мне сестрёнка и протянула лепёшку.

— Спасибо, — постаралась ребёнку улыбнуться.

*****

  Дом там, где мама. Полину мама родила поздно. У нас с сестрой двадцать один год разницы, и что девочка вполне могла со мной жить, как с мамочкой, ничего удивительного. Она меня иногда мамой и называла, когда родная мамуля пропадала на пару месяцев, что случалось с ней нередко.

Без аппетита жуя лепёшку, я медленно поднялась на ноги.

Долго думала, снимать обувь или нет. Решила остаться в одежде.

Я прошла именно в кухню, чтобы попросить животное не ходить голым при ребёнке. Двери на кухню не было. Вообще всё какое-то грубое, дикое без приятных женскому взгляду деталей. Пол не везде был обтёсан, да и стены так себе, не очень смотрелись, а на кухне и закоптились вовсе.

Печь была русской из камня, не из кирпича. Такое впервые видела. Имелась лежанка, голая без матрасов. За покосившейся железной дверцей играло пламя.

Два стола. Один видимо обеденный, у него стояла лавка и три табурета. Нормальных таких, под стать хозяину. Килограмм триста выдержат.

Точно такой же стол, доверху заваленный грязной посудой, стоял за печкой. Там же имелся большой кран с рычагом. Рычаг железный, а кран из лиственницы. Из него капала вода, стекала по каменной раковине и пропадала под полом в канализационной трубе тоже из лиственницы.

В кухне были окна, но закрытые снаружи железными щитами. И лампочка одинокая светила. То тускла, то ярко зажигалась. Видимо автономное электроснабжение.

Стояли деревянные бочки у дальней стены, над ними кривые полки с множеством мешков, торб и плетёных туесков. Пару чугунов за печкой, тоже грязные. Веник из грубых веток, другой из веничного сорго.

Оборотня бы одеть, чтобы своими органами не сверкал, а он лежал на полу, свернувшись в клубок. Когда я вошла, поднял уши вверх и приоткрыл яркие зелёные глаза. Так странно лежал, что не поймёшь то ли действительно волк, то ли пёс, но никак не человек. Только  при пристальном взгляде, можно было рассмотреть плечи и мускулатуру.

Ничего говорить я ему не хотела.

Он не вёл себя агрессивно, этого было достаточно.

— Лада, водички, — пробубнила с набитым ртом Полина, и я подошла к столу, заваленному грязной посудой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Нашла алюминиевую кружку. Заглянула в неё, понюхала. Пахло пивом.

Даже смешно стало. Я покосилась на волка. Нормально так жил этот тип. Пивко попивал когда-то.

Подошла к крану и пару раз нажала на рычаг. Вода полилась мощной струёй. Она, на удивление, оказалась тёплой. Я успела кружку сполоснуть и воды набрать. Вначале сама попробовала.

Ну, а вдруг в этом параллельном мире всё для человека отравлено. Но вода оказалась чистой и даже вкусной.

Полина выпила всю кружку. Естественно, после этого заявила:

— Писать.

— Отлично, — вздохнула я и взяла её за руку, направилась искать туалет.

Хозяина спрашивать было бесполезно. А скорее опасно.

Мы вышли в коридор. Впереди послышался удар. Резкий удар в дверь. Железо гулко отреагировало, у меня сердце в пятки упало.

— Кто-то пришёл? — спросила у меня Полина.

Я заглянула обратно в кухню. Оборотень продолжал лежать свёрнутым в клубок. Глаза закрыл, только уши настороже были подняты вверх.

Понятно, почему всё у него закрыто. Гостей не ждал.

От кухни справа имелся закуток, заваленный разным хламом. За ним дверь. Я её распахнула, там оказалось  большое помещение. Нащупала выключатель.

Свет осветил огромную купальню.

Всё полностью было выложено из камня. Плоские пластины красно-серого цвета, с зелёными разводами покрывали пол и стены. Только потолок оставался деревянным. На чёрном скрученном проводе болталась одинокая лампочка.

Полина оторвалась от меня и забежала в отдельное помещение. Крохотный уголок. Туалет был похож на горшок с крышкой только очень большой. Ребёнок быстро разобрался, что к чему. Уселась там, а я продолжила изучать странное место.

Окно здесь не закрывалось. Узкое и длинное, как в тюрьме всё в решётках и колючей проволоке. Но при этом в купальне было гораздо теплее, чем во всём доме.

Справа по стене стекала вода. Скорей всего естественный источник, падал в небольшой выступ. На камне организовалась выемка, и походило это всё на раковину установленную прямо на полу. Я встала на носочки, чтобы посмотреть, откуда вода льётся, уходила она в пол, а вот лилась между камнями прямо у потолка.

К самому потолку был прикреплены верёвками деревянные желоба. Настоящая система. Я дотянулась до одного и направила к крохотному водопадику. Вода из источника попала в желоба и по системе потекла под потолком в сторону.

Выплёскивалась душем в месте, где был организован поддон. Там же стояло несколько кувшинов. Кувшины медные, интересные. В одном оказалась сода в другом крупная соль.

Вода лилась в огороженную часть помещения и пропадала в дыре в полу.