Не дерзи! - Хельга Дюран

– Пойдем ужинать, – хрипло простонал мне в шею Антон и отстранился от меня, тяжело дыша. – Остынет.

Остынет? Мне теперь как остыть?

Я нехотя открыла глаза и посмотрела на мужчину. Он был возбужден не меньше моего. Глаза потемнели, блестят лихорадочно, дыхалка сбилась, штаны снова тесны в паху...

Это придало мне сил. Только поэтому я не расплакалась.

Мне было мало! Зачем Антон мучает нас обоих? Идиотина!

Только разозлившись на него, я смогла себя заставить подняться с постели.

То ли, у меня не было настроения, то ли, голод другого рода перебил весь аппетит, ужин мне не зашел. Антон заказал куриные грудки, овощи на гриле и салат из морепродуктов. Не солено, не перчено, безвкусно.

– Че за хрень? – недовольно сморщилась я, дожевывая кусок баклажана.

– Что такое, милая? – вскинул брови Антон.

– Не вкусно!

– Зато, полезно! – равнодушно ответил он.

– Где у тебя приправы? – полезла я по шкафам.

Я вернулась за стол, вооружившись солонкой и перечницей. Как я не приправляла блюда, вкуса не прибавилось. Не помог даже майонез, а уж с ним-то, по идее, все должно вкатывать.

Дело в самом мазике. Он был низкокалорийный. Другого я не нашла.

Огнев уплетал ужин за обе бородатые щеки. Как он это жрет? Это же на вкус, как... Никак это на вкус. Как можно было так куру испортить? Будто бы она самоубилась, а потом ее в пакет завернули и нам привезли.

– Я же говорил, что я слежу за фигурой? – напомнил Антон, заметив, что я разглядываю соус. – Извини, в следующий раз закажу тебе что-то другое.

– Я была бы благодарна! – изо всех сил стараясь быть вежливой, ответила я.

– М! Завтра сама и закажешь! Я оставлю тебе карту на столе и список блюд, которые я люблю.

– Может быть, я сама приготовлю? – предложила я.

– Не надо! – резко ответил Антон.

– А че такого?

– Не хочу, чтобы ты утруждалась!

– Да мне не трудно!

– Нет, я сказал!

«Я сказал!» Ой-ой-ой! Вы только гляньте на этого командира! Да пусть только уйдет с глаз моих и освободит жилплощадь! Я сама как-нибудь разберусь!

– Ну, и чем мне, по-твоему, заниматься весь день? Кино смотреть?

– Настя, пообещай, что больше не будешь смотреть порно! – воскликнул Огнев.

– Это зачем это? Почему ты против?

– Это плохо на тебя влияет!

– Возбуждает, ты хотел сказать? Антон, ты выдумываешь какую-то ерунду! Лучше пипиську побрей поскорее!

– Настя! – одернул меня он.

Я заткнулась. Разговор не клеился. Да я и не знала, о чем еще разговаривать? Развивать постельную тему? Антон подумает, что я озабоченная. Или, что от него мне нужен только секс. Все было так, но ему об этом знать не обязательно.

Поспали, можно и поесть. Поели. Мне опять спать идти?

– Антон, давай кинчик посмотрим? – предложила я.

– Для взрослых? – подколол Антон.

Очень смешно! Ха-ха-ха!

– Да тебе слабо! – не осталась я в долгу. – Поэтому можно комедию.

– С удовольствием, Настюш.

«Фильму» смотреть мы решили у меня. Антон выбирал шедевр кинематографа, а я лежала на кровати, молясь, чтобы он хотя бы с сюжетом не промахнулся. Пиво пить мне было запрещено, чипсы или семечки у Огнева я тоже не нашла, в магазин меня не пустили. Все, ребята, приплыли! Я уже в магаз отпрашиваюсь. Скоро писать буду в строго отведенные часы! А это я всего день у него тусуюсь! Дальше будет только хуже и строже!

Понимаете теперь, что за срочность у меня такая в койку его завлить? Мое терпение не резиновое, а желание заняться сексом с Антоном растет прямо пропорционально желанию его прибить.

Я ему потом все припомню! Вот все-привсе! Надо записывать, чтобы ничего не забыть. И платьЯ мышьи и курицу не соленую. Сейчас будет говно, а не кино – это в отдельный список пойдет, в одну колоночку с недаденным мне сексом.

Свет я коварно выключила, чтобы создать еще более интимную обстановку. Затем сняла с себя шорты, оставшись в трусиках и маечке. Антон бегло скользнул по мне взглядом, но промолчал. Вякнул бы он еще, ага! Я и так на взводе!

Наконец, он включил фильм, полусидя улегся на мою кровать и поманил меня к себе рукой. Я придвинулась ближе к нему, и он сгреб меня в охапку, укладывая мою голову себе на грудь.

Я устроилась удобнее, обняла мужчину за талию и облегченно вздохнула.

Прекрасно, Антон. Просто замечтательно!

На середине фильма я поняла, что это хрень полная! Досматривать я его не собиралась. По крайней мере, трезвая точно! Антон врубил что-то о политике, какого-то двойного агента. Он все с кем-то базарил и базарил, размахивая пистолетом. Я ни хрена не врубалась, что к чему, на кого этот лысый работает?

А вот Антону, судя по всему, фильм очень нравился, потому что он реально его смотрел. Сколько там еще до конца? Минут сорок? От того, что я вертелась на груди мужчины, и все никак не могла улечься, мы с ним оба сползли почти в горизонтальную позицию.

В какой-то момент фильма, который показался мне совершенно скучным, я просунула руку под футболку Антона и заскользила пальцами по его кубикам на животе. Чувствуя, как мышцы мужчины еще больше напрягаются под моей рукой, я, напротив, растеклась у него под боком. Дыхание перехватило, поэтому я задышала часто-часто, а сердце, казалось, сейчас выскочит из груди.

Я судорожно сглотнула и просунула один пальчик под резинку мужских трусов и поводила им по дорожке волос, ведущей к зарослям погуще.

– Насюша, что ты делаешь? – шепотом спросил Антон. – Не проказничай!

Слова были ласковыми, но сказано было звучал рвано и грубо.

– Я только потрогаю, – ответила я. – Антон, мне так хочется. Мне уже и потрогать тебя нельзя?

Антон ничего не ответил, только глубоко вздохнул, а его рука, обнимающая меня со спины, сжала мою ягодицу. В районе паха мужчины снова образовался бугор, закрывающий мне обзор на телевизор. Теперь смотреть в ту сторону было гораздо интереснее.

Раз Антон не орет на меня, значит, можно продолжать?

Я облизнула пересохшие губы и повела вспотевшей ладонью вверх по его торсу, от живота до груди. Мне нравилось ощущение его мускулистой твердости под моей рукой. Трогала бы и трогала. Хотелось и член его потрогать, только духу не хватало. Я боялась не его пиписьки, а того, что Антон подскочит и снова обломает меня. Тем не менее, я начала опускать руку снова вниз, к его животу. Антон заерзал на кровати, а его пальцы соскользнули с моей попы и тоже начали пробираться ко мне в трусики.

Я перестала дышать. Забыла, что нужно. Да и нечем стало. Спина покрылась испариной, а между ног заныло и стало мокро.