Двойное отцовство - Таня Володина

— Привет, Мариша, — тепло ответил Илья. — Я тоже рад встрече.

— А мне рад? — спросил Лаврик, подбоченившись и постукивая красным ботинком на высокой платформе по белому мраморному полу.

— И тебе рад, — ответил Илья и протянул руку.

Лаврик тоже протянул руку, но таким манерным жестом, словно он был принцессой и ожидал, что руку ему поцелуют, а не пожмут. Илья хмыкнул и по-мужски встряхнул его ладонь. Лаврик демонстративно закатил глаза:

— Ох уж эти натуралы, — пробормотал он. — Подарочек мой понравился?

— Да, спасибо, хорошо зашло.

— Не стоит благодарности, — сладко улыбнулся Лаврик. — Я уже взял льготный кредит в Финмосбанке. Открываю свой салон в «Депо»! Будет называться «Лавр», а на эмблеме — лавровый венок, только не скучный зелёный гербарий, а всех цветов радуги: красный, жёлтый, фиолетовый. Красиво будет!

— Поздравляю, ты молодец.

— Придёшь ко мне стричься и бриться, когда слезешь со своей горы?

— Обязательно, — сказал Илья. — Когда слезу.

Он говорил с Лавриком, а смотрел на меня. Его блестящий карий взгляд звал и ласкал. И я поддалась порыву. За два дня я так сильно по нему соскучилась! Шагнула к Илье, встала на цыпочки и поцеловала в губы. Он тут же обнял меня и ответил на мой поцелуй — так страстно, что сзади послышалось:

— Бля-а-а… Вы до сих пор укуренные? Вы зачем целуетесь? — Лаврик, видимо, присмотрелся к нам, потому что через секунду воскликнул: — Вы что, с языками?! О боже, я не хочу это видеть! Макс в курсе?

Мы с трудом отлипли друг от друга.

Я глянула на Лаврика:

— А ты позвони Максу и спроси.

— Да ну на фиг! Ещё кредит отберёт!

Мариша рассмеялась, а Лаврик комично захлопал ресницами.

— Ладно, работаем, — распорядилась я. — Администрация отеля выделила нам гримерку и часть бара, где будет проходить интервью. Мариш, займись установкой оборудования, а Лаврик займётся моделью и журналистом, когда он появится.

— Ага, я займусь, — Лаврик напустил на себя серьёзный вид: — Милый, в этих трениках и толстовке ты смотришься охрененно, но неорганично. Я принёс тебе костюм с белой рубашкой. Пойдём переодеваться.

— Зачем костюм? — Илья обернулся на меня. — Мне кажется, это лишнее.

— Увы, — сказала я, — в бар этого отеля в спортивном костюме не пустят даже Дзюбу. Придётся надеть то, что принёс Лаврик.

— Чёрт.

— Потерпи, это последняя официальная съёмка, — сказала я.

— Так, стоп! — нахмурился Лаврик. — Ты что, неофициально его тоже снимаешь?

— Угу. Голым. В постели с Максом. Лаврик, не задавай лишних вопросов, отправляйся гримировать Илью.

— Доброе утро! — послышался за спиной девичий голосок. — Вы, я так понимаю, Ольга Ольховская? А вы — альпинист Илья Долин? Меня зовут Алиса Кочкина, я буду брать у вас интервью для колонки «Мужской разговор». Вы получили список вопросов на почту? Подготовили ответы?

— Погодите, — растерялся Илья. — Кажется, я общался с молодым человеком из вашего журнала…

— Это был мой помощник, — сказала Алиса. — А журналист — это я!

— Оу…

— Какие-то проблемы? — взъерошилась юная журналистка. — Не любите женщин? Предпочитаете мужское общество?

— Что вы, Алиса, — ответил Илья и улыбнулся. — Мне нравятся девушки!

Лаврик ещё раз закатил глаза.

***

Если в мире и существовала идеальная фотомодель, то это был Илья Долин. Каждый его взгляд, жест, улыбка, поворот головы, то, как он размешивал сахар в чашке кофе, как опирался на барную стойку — всё выглядело сногсшибательно. Он был невероятно фотогеничен. Илья не стеснялся камеры, вел себя естественно и расслабленно, а я лишь успевала делать кадры. Мариша стояла около Ильи, подсвечивая его лицо отражателем, а Лаврик с кистью и пудреницей притаился позади меня, готовый в любую секунду убрать жирный блеск с лица модели.

Журналист Алиса задавала жёсткие вопросы, но Илья ни разу не вспылил и не отказался отвечать. Я с интересом прислушивалась к беседе.

— Однажды вы уже побывали на вершине Эвереста. Что вы почувствовали? Радость, ликование, восторг?

— Удовлетворение от проделанной работы.

— И всё? А о чём вы думали в тот момент? — спросила Алиса и ненавязчиво подсказала: — Возможно, о красоте Гималаев, о том, что вы покорили величайшую вершину земли.

— Нет, — спокойно ответил Илья. — Я думал о том, что погода портится, и нам нужно срочно спускаться, а у ступени Хиллари скопилось много людей.

Алиса похлопала глазами:

— Они мешали вам спуститься?

— Да. Они мешали нам спуститься, а мы мешали им подняться. Когда на узкой тропинке скапливается сто или двести человек, очереди и задержки неизбежны. А на высоте восемь тысяч восемьсот метров каждая потерянная минута грозит смертью.

— Ваша жена умерла из-за пробки на вершине Эвереста?

Илья качнул головой:

— Она не умерла. Она потерялась во время бурана, который начался, когда мы спускались.

Мы все замолчали. Слышались только бульканье молока в капучинаторе и лёгкая музыка из бара.

— Неужели вы думаете, что она осталась жива? — с любопытством спросила Алиса.

Как ей хватило духу задавать такие личные и ранящие вопросы? Я бы не смогла. Илья только пожал плечами — мол, думай, что хочешь.

— Почему вы решили пойти туда второй раз?

— По личным мотивам, — ответил он с такой светлой и открытой улыбкой, что мне захотелось зареветь.

Он что, собирался искать на Эвересте свою пропавшую жену? Я поморгала, чтобы изображение в видоискателе снова стало чётким.

— Спасибо, что согласились на «Мужской разговор», — официальном тоном произнесла Алиса Кочкина. — Мы будем следить за вашим восхождением. Желаю удачи! Возвращайтесь к нам с победой!

***

Мариша разбирала штативы, Лаврик укладывал костюм и белую рубашку в кофр.

— Мне понравилось интервью, — сказала я Илье, который натянул спортивные штаны и толстовку и опять стал похож на нормального парня, а не метросексуала со стильной причёской и накрашенными губами. — Ты отлично держался.

— Я знал, о чём будут спрашивать, — ответил он. — Мне заранее прислали вопросы.

— Это хорошо.

— Да.

Он смотрел на меня таким нежным взглядом, что я не выдержала и шагнула вперёд. Илья крепко меня обнял, прошептал на ухо:

— До завтра?

— До завтра, — отозвалась я, чувствуя, как сильно стучит его сердце. — В шесть часов утра мы заедем за тобой. Макс написал, что весь день катался по магазинам, затарился продуктами и вином. Купил мангал, узбекские помидоры и седло барашка. Просил тебе передать, чтобы ты сделал козью ножку.