Понравиться леди - Сьюзен Джонсон

— Должно быть, Холмс вернулся.

— Надеюсь, он привез с собой еду. Кухарка из меня никакая.

— Все же лучше, чем я. А вот Холмс прекрасно готовит.

Роксана и Робби вышли на маленькое крыльцо и увидели мчавшихся по лугу всадников.

— Это зрелище дает сознание полной безопасности, — заметил Робби с довольной ухмылкой.

— Верно, — подтвердила Роксана, слабея от неожиданного облегчения.

Раньше ей никогда не грозила опасность и на нее не охотились, как на строптивого зверя. Большой отряд воинов Карров вселял спокойствие.

Очень скоро стол в обеденном зале был окружен членами клана Карров. Все обменивались приветствиями. Бутылки со спиртным шли по кругу. Роксана сидела рядом с Робби. Ее рука — в его руке, частые улыбки в ее сторону были заметны всем. И все понимали, что между этими двумя не мимолетная интрижка. Их господин сгорал от любви к прелестной графине.

— Итак, скажите, каковы планы Джонни? — поинтересовался Робби, как только ему сообщили о прибытии брата из Голландии.

— В данный момент — спасти твою задницу, — ухмыльнулся Адам.

— Он чересчур тревожится. Я не нуждаюсь в спасении.

— Тогда — в защите, — вставил Манро. — Аргайлл хочет отомстить. Твой брат созвал все силы.

— Серьезно?

Робби с легким удивлением уставился на Манро поверх бокала.

— На всякий случай, — пояснил Холмс. — Предосторожность не помешает.

— На какой именно случай?

— Если его беседа с Аргайллом пойдет не так.

— Прекрасно, — кивнул Робби и откинулся на спинку кресла. — Аргайллу необходимо лучше понять свое положение в Шотландии. Его послали сюда не в качестве бога.

— Думаю, Джонни намерен указать ему именно на это, — согласился Манро.

— Вместе с предложением, которое он может найти весьма выгодным, — добавил Адам.

Робби посмотрел на Роксану и улыбнулся:

— Чувствую, его интерес к нам значительно снизится.

— Уверен, что он готов смягчиться за значительную сумму, — пробормотал Манро. — Поэтому отдыхай здесь, пока твоя рука не заживет, и поверь, к твоему возвращению Эдинбург станет более дружелюбным городом.

— Слушания при дворе уже начались?

— Джонни готов выдать вклады торговцев и горожан из твоего банка в Роттердаме в обмен на благоприятное решение.

— Он хочет заседать в парламенте? — догадался Робби.

— Его осаждают просьбами от Сельской партии.

— Ну да, теперь, когда Гамильтон послан торговаться с Францией и Англией.

— Совершенно верно, — скорчил гримасу Манро.

— Так я здесь на каникулах?

— Мы все на каникулах, — кивнул Манро.

Робби, слегка прищурившись, широко улыбнулся:

— И у меня так много опекунов?

— Джонни считает, что ты чересчур порывист.

— А сам он никогда таким не был? — ехидно осведомился Робби.

— Он надеется, что ты будешь учиться на его ошибках, и это спасет тебя от многих неприятностей.

— Слушай его, он дело говорит — объявила Роксана.

— Но нам всем скоро придется ехать за детьми Рокси.

— Почему бы нам не проводить вас? — предложил Манро.

— Я могу поехать и одна, — пробормотала Роксана.

— Ни за что! Аргайлл еще в Шотландии, и он опасен, — вскинулся Робби.

Распознав решительные нотки в его голосе, Манро спросил:

— Когда вы должны ехать?

— Через восемь дней.

— Значит, у нас будут короткие каникулы, — великодушно согласился Манро. — Здесь рыба клюет?

Последующие восемь дней, несмотря на значительно увеличившееся количество обитателей дома, Робби и Роксана были предоставлены себе. Очень рано, до того, как просыпалась Роксана, Робби час-другой проводил с родственниками, расспрашивая о последних событиях в Эдинбурге. К тому же сюда ежедневно приезжали посланники Джонни, державшие их в курсе всех новостей.

Но Робби дал понять, что желает побыть вместе с Роксаной, а когда завтрак был готов, относил поднос наверх и будил ее поцелуем.

Они часто ездили верхом по утрам, когда на траве блестели капли росы, и брали с собой корзинку для пикника, а потом долго лежали на поросшем травой склоне холма и делали вид, будто остались одни в целом свете. Они нашли еще одно маленькое озеро, прозрачное и холодное, где плавали и лечили руку Робби — и любили друг друга. Они дорожили этим временем, проведенным вместе, понимая, что неопределенность их положения и грозившие опасности скоро вторгнутся в их жизнь.

Ночь перед отъездом в Лонгмайр Робби и Роксана провели на берегу этого горного озера, потому что хотели побыть наедине: их короткая идиллия подходила к концу. На рассвете они должны были отправиться в путь.

— Скоро Аргайлл навсегда уйдет из нашей жизни, — утешал Роксану Робби. — Как только он вернется из поездки по западной Шотландии, Джонни встретится с ним. И тогда наше существование станет гораздо более приятным.

— Как мило, — пробормотала Роксана, положив голову на плечо Робби.

Лежа на постели из лапника, они нежились в тепле, несмотря на то что значительно похолодало. На черном бархате неба сверкали бриллианты звезд.

— Все это вполне реально, дорогая.

— Надеюсь, ты прав.

Она чувствовала, что никогда не сможет забыть откровенную злобу Аргайлла той ночью и зловещие угрозы Куинсберри.

Когда обладающие властью мужчины сходятся в схватке, исход вряд ли может быть ясен.

— Я прав, дорогая, — твердо ответил Робби. — Итак, на какое число назначим нашу свадьбу?

Эти дни были наполнены таким счастьем, что теперь Роксана не так уж сильно противилась мысли о замужестве.

— Ты уверен, что хочешь взять под свое крыло мой буйный выводок?

— Я решил так намного раньше, чем ты думаешь, дорогая.

После неудачного брака с Килмарноком Роксана поклялась, что дети не получат еще одного отчима, но Робби очень сильно отличался от ее бывшего мужа.

— Соблазн велик, — прошептала она, отчетливо понимая, что при всей неопределенности ее любовь к нему — едва ли не единственное, в чем она могла быть уверенной.

И Робби тоже любит ее. Искренне и беззаветно. Он рисковал жизнью, вернувшись в Шотландию.

— Соблазн? Этого для меня вполне достаточно. Скажем, на следующей неделе?

— На следующей неделе?