Нельзя - Лаура Тонян

Алистер скорее не говорил, а только почти беззвучно шевелил губами. Воспоминания об учителе Корса привели его в откровенное раздражение.

— Я устала от недомолвок, — в этот раз я говорила вполне серьезно, — от прозрачных намеков и этих твоих дурацких игр со мной. Я знаю, что ты спал с Микелой в ночь того дня, когда я растянула лодыжку. Я видела вас вместе, видела, как она обнимала тебя с утра. — Мне было так больно рассказывать ему об этом, что, пожалуй, вся кровь прихлынула к сердцу. — Возьми на себя смелость сделать с этим уже что-нибудь! Ты или меня хочешь, или нет. Но, если нет — тогда больше никогда не смей прикасаться ко мне, — твердо отчеканила я каждое чертово слово.

Мне больше не пришлось выдирать руку, Алистер сам разжал мощную ладонь и отпустил меня. Я была довольна, что поставила его на место, он давно этого заслуживал. Отходя все дальше шаг за шагом, я шла спиной вперед, не отрывая от него глаз. Шеридан по-хозяйски глазел на меня. Я не хотела отворачиваться, но того требовал момент. Во всяком случае, я была уверена, что теперь Алистер сверлит мне взглядом спину. Я подступила к неподъемной музыкальной системе, размещенной прямо в центре гостиной. В прошлый раз здесь ее не было, поэтому я предположила, что ее привез с собой Исайя. Специально для сегодняшнего вечера.

Как из ниоткуда передо мной возник Конан. Он предложил мне iPod, который был подключен к домашней стереосистеме.

— Это мой. Можешь выбрать любую песню.

Я не ломала себе голову над тем, какой трек врубить — Джулию Майклз «Jump». Та самая песня, которую я слушала пару часов назад, тоскуя по Алистеру. Немного отойдя от громадных колонок, я без лишнего стеснения принялась танцевать при всех. Зрители собрались мгновенно, чему я была беспредельно рада. Интуиция подсказывала, что Шеридан также уставился на меня, и осознание этого грело мне душу. Я пела вместе с Джулией, выплескивая таким образом все чувства наружу. Наконец-то. Я обернулась, и мы с Алистером столкнулись взглядами.

Сейчас я буду говорить типичными словами,

Что мне было так больно,

Поэтому я думаю, что мне понадобится ещё немного времени,

Чтобы больше не чувствовать боль.

Ведь я просто рвусь в твои объятья

Каждый раз, когда я вижу тебя, просто вьюсь вокруг тебя,

Да, я прыгаю в нечто настоящее,

Хоть и с опаской, но мне просто нравится это ощущение,

Когда мы вместе, малыш, когда мы вместе,

Я забываю, что не готова любить,

Но я рвусь, да, я рвусь.

Я неприкрыто провоцировала сводного братца: двигалась вызывающе, крутила бедрами в темпе, извивалась перед другими парнями, пока они подбирали свои слюни. Я знала, как это выглядело со стороны: вульгарно, нескромно. И что? Я хотела, чтобы Алистер злился, чтобы он сходил с ума, чтобы он точно понимал, что вот-вот ускользнет из его рук навсегда. Я дарила собравшимся вокруг ребятам ослепительные улыбки и строила глазки каждому. Даже Исайе. Публика была в восторге. Еще бы!

Длинные волосы растрепались, рассыпались по плечам и наполовину закрыли пылающее лицо. Отчаянно стучало сердце. Энергичные движения заставили вспотеть. Покачиваясь в разные стороны, вперед и назад, я не переставала вилять бедрами.

Посмотри, какая я нежная,

Я порвала со всем, запуталась в своих мыслях

От твоих прикосновений. Я не могу позволить себе за такую цену

Потерять себя в тебе (потерять себя в тебе),

Я не хотела этих чувств, но всё равно застряла в них,

Но я знаю, что ты точно понимаешь, когда я поддаюсь им,

И я пытаюсь не думать об этом часто, но…

Я просто рвусь в твои объятья

Каждый раз, когда я вижу тебя, просто вьюсь вокруг тебя,

Да, я прыгаю в нечто настоящее,

Хоть и с опаской, но мне просто нравится это ощущение,

Когда мы вместе, малыш, когда мы вместе,

Я забываю, что не готова любить,

Но я рвусь, да, я рвусь.

Когда эта песня закончилась, началась другая. Плавная и волнующая мелодия без промедления подсказала, каким должен быть следующий шаг. Присутствующие мужчины поощрительно загудели и засвистели, когда я взялась за пуговицы белой незатейливой блузки. Стала неторопливо расстегивать ее, не забывая, разумеется, извиваться под звучащую из динамиков сексуальную музыку. Меньше всего на свете сейчас я хотела раздеться до конца, но мне нужно было, чтобы Алистер не просто весь обратился в зрение. Мне было нужно, чтобы он пришел и забрал меня, чтобы предъявил права собственности. Вот чего я хотела. Да плевать на то, что наши родители были женаты! Мы с ним не выбирали такую судьбу. Нас связывала химия, сумасшедшее желание, любовь. По крайней мере, я была влюблена в него окончательно и бесповоротно.

При очередном кошачьем движении, голова метнулась в сторону, волосы закрывали обзор. За запястье меня схватила сильная и горячая ладонь. Через густые пряди никто не мог видеть моей самозабвенной улыбки. Властная рука увела меня прочь от импровизированного танцпола. Мужчины разочарованно замычали и взялись бешено, с чувством материть Алистера Шеридана. Тогда-то мои догадки и подтвердились.

Сводный брат в явном приступе гнева потащил меня за собой, а через несколько секунд мы с ним очутились в ванной комнате. Меня настигло ощущение дежавю. Только в прошлый раз пространства было значительно меньше, и это было гораздо лучше. Чем теснее — тем волнительней. Его взгляд стихийно опустился вниз, и лишь затем, едва дыша, он посмотрел на мое раскрасневшееся лицо. Блузка на мне была практически расстегнута до конца, потому я бросилась дрожащими пальцами исправлять это недоразумение. Алистер не дал мне закончить начатое — он отдернул мои руки и снова вернулся на прежнюю позицию. Стоя на расстоянии в несколько мелких шагов, Шеридан весь полыхал злобой!

— Я не заслуживаю стриптиза? — саркастично отпустил он. — Недостаточно только меня? Может, пригласить еще кого-нибудь, чтобы ты танцевала с вдохновением? — указав большим пальцем за спину, Алистер как-то горестно и язвительно усмехнулся.

Я вскинула руку, чтобы влепить ему пощечину, которой он был достоин, однако Шеридан ловко перехватил мое тонкое запястье своей широкой ладонью. После его гадких высказываний я больше не хотела о чем-либо ему вообще говорить. Он пресек все мои три попытки выйти отсюда и даже не разрешил подойти хоть на немного ближе к закрытой двери.

— Дай мне уйти, — изначально сдержанно произнесла я.

Он цыкнул и качнул головой в ответ.

— Ты слышишь? Дай пройти, — бесстрастно приказала я.

Но Алистер передо мной не пасовал и мне не подчинялся, поэтому я буквально зарычала на него: