Их новогодний подарок - Кира Майле

— Приветствую, с приездом! — словно пришел в себя Максим. — Познакомьтесь, моя девушка Виктория.                      

— Очень приятно. — Женщина сдержано улыбнулась. В чертах ее лица легко было узнать Макса, а большие карие глаза и теплый пристальный взгляд только дополняли поразительное сходство. — Мальчики, думаю, вам стоило бы одеться, в доме все-таки гостья, — строго добавила она.                    

— Да, конечно, — отвечал Максим. — Виктория, это наши родители: Николай Петрович и Ольга Сергеевна.                    

— Очень п…приятно, — произнесла, с трудом ворочая языком.            

Повисла пауза. Блондинка, поняв, что Макс не собирается ее представлять, взяла инициативу в свои руки:

— Яна, невеста Дениса, — сказала и широко улыбнулась, прижимаясь к нему.

Ревность выжигала душу изнутри, разливаясь в груди кислотой.

У него есть невеста…                                        

Кровь пульсировала в висках.            

А я просто… шлюха… Временное развлечение…                                

— Не ждали вас так скоро, — подал голос Денис, обнимая тонкую изящную талию Яны.

— Заметно, — мрачно отметил Николай Петрович. Хорошо знакомая недовольная морщинка застыла между бровями. С первого взгляда стало понятно, что он — человек властный и волевой. Денис безумно похож на отца. Выражение лица, сильный характер, тяжелый жесткий взгляд, даже осанка. Прихватив чемодан, Николай Петрович вышел из кухни.

— У папы возникли срочные неотложные дела, — терпеливо пояснила Ольга Сергеевна и натянуто улыбнулась. — Где Полина? Галина Ивановна? Почему сами готовите? Вы что, распустили обслуживающий персонал?

— Да, — твердо произнес Денис, — дали им выходной.

— Ничего, Ольга Сергеевна, я сама обед приготовлю, — с готовностью заверила Яна. Ласково посмотрела на Дэна, коснулась ладонью его щеки, положила голову на плечо и обняла за талию. От этой картины тошнота подступила к горлу. Шумно сглотнула.

Лицо матери расцвело, она нежно улыбнулась, глядя на девушку с умилением. Видно, в будущей невестке души не чаяла.

— Пожалуй, нам стоит одеться. — Максим взял за руку и стремительно увлек меня в гостиную.

С трудом передвигала ногами. Я была разбита, просто раздавлена. Не хотела говорить с ним, не желала слышать нелепые оправдания. Все было ясно, как день. Мальчики развлекались. 

Поднялись по мраморной лестнице, проследовали в комнату. Макс открыл дверь и пропустил меня внутрь. Судорожно окинула взглядом спальню, но не обнаружила своих вещей. Быстро прошла в ванную. На пуфике лежали джинсы и нижнее белье. Нервным рывком скинула с плеч рубашку, словно она обжигала кожу. Поспешно оделась. Направилась в комнату. Максим так и стоял у двери.

— Где моя блузка? — произнесла настойчиво и твердо.

— Вика… — В теплом взгляде коричневых глаз читалось неподдельное сожаление.

— Блузка! — отрезала я.

Макс вышел. Уселась на постель, локти обессилено опустились на колени, а лицо утонуло в холодных дрожащих ладонях.

Вот и все. Где-то в глубине подсознания промелькнула мысль, что я знала… Чувствовала… Рано или поздно это должно было случиться…

Закрыла глаза. Невесомые пузырьки воздуха расслабляют, нежно щекоча кожу. Белоснежная ароматная пена легким бархатом покоится на возбужденных полушариях груди. Сильные руки ласкают стройное тело. Чувственные губы жадно целуют, лишая самообладания, доводя по исступления.

Слишком хорошо…                         

Нереально…                        

Встряхнула головой, прогоняя картинки головокружительно сладкой ночи. Дверь открылась. Вернулся Максим. Протянул шелковую блузку. Поднялась и быстро надела ее.

— Вика, — осторожно начал он, — выслушай, пожалуйста.

— Я хочу домой, — резко ответила, направляясь к двери. Он схватил за руку, притянул к себе и попытался обнять за талию. Отстранилась. — Не смей! Больше никогда… — Голос предательски дрогнул. — Не смей прикасаться ко мне!

— Позволь все объяснить, — не унимался Максим.

— Не утруждайся. Мне все понятно. — Печально усмехнулась. — Вопросов нет.

Подошла к двери и приоткрыла, собираясь выйти. Макс оказался рядом в два счета и резко захлопнул ее.

— Я слышал, — тихо сказал.                            

Заглянула в выразительные шоколадные глаза. Сердце сжалось в груди.

— Что? — спросила, шумно прочистив пересохшее горло.

— Я слышал, что ты сказала вчера ночью… — прошептал с болью в голосе.

Стало трудно дышать. На глазах застыли слезы.

— Забудь. Это уже не важно, — твердо сказала и, резко дернув ручку, вышла из комнаты.

Достигла лестницы, быстро спустилась вниз. Максим не отставал. В гостиной у погасшего камина стояла Ольга Сергеевна и тихо говорила по телефону. Заметив нас, поспешно попрощалась с собеседником и завершила вызов. 

— Виктория, пообедаете с нами? — спросила дружелюбно.

— Нет, благодарю за приглашение, — старалась говорить спокойно и вежливо, — но мне уже пора.

— О, не убегайте, — настаивала Ольга Сергеевна, — простите нашу реакцию. Мы просто были чрезвычайно удивлены. Максим не говорил, что встречается с девушкой. — Она смерила его странным недовольным взглядом. — Останьтесь.

— Мне правда уже пора, — сказала решительно.

— Очень жаль, — сокрушалась Ольга Сергеевна. — Всего доброго!

— До свидания, — сдержано улыбнулась и последовала к выходу.

Обулась. Быстро надела пальто, не позволив Максиму помочь. Застегнула дрожащими руками пуговицы. Взяла сумочку и решительно вышла из дома.

— Я тебя отвезу, — сказал Макс, спускаясь по ступенькам рядом со мной.

— Нет, меня отвезет водитель, — строго отвечала.

Подошли к машине. Николай завел мотор.

— Зря ты так, Вик, — тихо произнес.

Из дома вышел Денис. Быстрым уверенным шагом направился к нам. Сердце сжалось, причиняя реальную невыносимую боль. 

— Завтра в офисе обязательно поговорим! — уверенно сказал, окинув тяжелым темным взглядом.

Слова застряли в горле. Была не в силах произнести ни звука.

— Ты слышишь меня?! — повысил тон. — Завтра…

Посмотрела на Максима. Кислая растерянная улыбка. Затем на Дениса. Мрачная решительность. Да… Тяжело вздохнула.

— Там, на набережной, — говорила тихо, вновь взглянула на младшего брата, —  ты сказал, что родители путешествуют и вернутся домой через месяц. Значит… — Уголки глаз защипало. Перебирала холодные, дрожащие от волнения, пальцы. — Вы планировали за месяц со мной закончить?