Нарушая все запреты - Мария Акулова

За столом шумно и празднично. Кто-то шутит, кто-то смеется. Кто-то говорит о серьезном, хмурясь, а кто-то залипает в телефоне, пользуясь возможностью.

Поля вздрагивает, услышав, как по бокалу бьется зубец вилки. Следит, как сидевший на расстоянии нескольких человек Марьян встает, взглядом всех обводит…

Светится. Источает…

Такое очевидное превосходство и самолюбие, что у Полины даже скулы сводит.

– Эй, там… Потише…

Марьян то ли просит, то ли претензию предъявляет, но никто не настроен конфликтовать и петушиться. Поэтому гул потихоньку сходит на нет.

У них сегодня свой зал. Своя музыка. Она говорить не мешает.

– Дина… – Марик начинает, обращаясь к имениннице.

Полина, как и все, смотрит на неё в очередной раз за вечер. Улыбается. Она – красивая. Куколка. Тоже светится. Источает тоже…

Пустое веселье, от которого тошно. Потому что здесь не так круто и бесшабашно, как Дина своим видом демонстрирует.

– Ты у нас теперь совсем взрослая девочка…

Именинница визгливо смеется, её подхватывает несколько человек, а Поля отворачивается, не сдержавшись, будто внимание привлекло что-то со стороны двери. А на самом деле…

Господи, ещё немного и она свалит. Хорошо так…

– Желаю тебе приключений, заяц, но совсем не обязательно, чтобы все они – на твою очаровательную пятую точку и с занесением в личное дело, – Поля скашивает взгляд, скользит по Марику, задерживается на Дине…

У нее так глаза горят – щенячий восторг. А ведь Марьян ее унижает немного. Или много даже.

– Без тебя наша жизнь не была бы такой красочной, но пожалей хотя бы сегодня… Морды бить как-то не охота, хоть мы и всегда готовы за тебя, именинница…

Все смеются. Марьян тянется к бокалу именинницы, она встает, чтобы чокнуться…

А Поля не ждет и не тянется. Берет со стола свой бокал, выпивает разом весь алкоголь.

Это же надо… Вместо тоста – практически туповатой блядью назвать, ошметки чести которой им то и дело приходится "отстаивать", и получить в ответ на это поцелуй в щечку через стол…

Все в комнате знают, что Дина – летящая в облаках слабая на передок и красивых мальчиков (как тот Кот из Акулы) недалекая мажорка. Поля тоже это знает. Но только сегодня почему-то ее впервые хочется называть так.

Марьяна – ублюдком, которого отец не научил уважать никого. Варвару – изменщицей, которая так сказочно играет влюбленность с Артуром. Сейчас – виснет на нем практически. То и дело целоваться лезет. Идиллия у них.

А у Полины на телефоне – фото задницы её любовника.

– Ты чего, мась? – наверное, Полина засмотрелась. А может засмотрелась слишком красноречиво. Опомнившись – поймала взгляд Вари и её же вопрос.

Мотнула головой.

– Все хорошо, зависла…

Улыбнулась, откидываясь на спинку диванчика, беря в руки бокал, в который уже подлили.

Ей повезло, что Варя не села рядом. Повезло, что у нее сегодня по плану игры с Артуром. Потому что Полина ей ведь так и не перезвонила… И не встречались они давно…

Только сегодня – на Дне рождения Дины.

– Мариш, уступишь ненадолго?

Этот вопрос адресуется не ей и прилетает сбоку, но Поля мысленно ежится, справляясь с раздражением.

Только этого ей не хватало…

Она игнорирует лукавый взгляд Варвары с противоположной стороны столика, а ещё то, что её братец, толкнув охуительно тупой тост, опускается рядом с ней…

Держит в руках стакан с глыбой льда и вишневого цвета напитком. Закидывает ногу на ногу…

– Так давно тебя видел, мандаринка, что с трудом узнал… – замечание Марьяна вызывает у Полины только кривую усмешку. Она физически чувствует, как с усилием сжимает зубы, чтобы не пропустили язык… Она очень злится на Марьяна. Ей даже приятно, что вот тогда он получил. Заслужено. Только всё давно зажило. Тачку отремонтировали. С самомнением – ноль проблем. Неподражаем… В своей голове. – Или это ты просто изменилась… В лучшую сторону…

Поля чувствует, как от ее профиля вниз по телу скользит липкий взгляд. Мог бы – давно затащил бы в свою койку. Он даже скрывать не пытался этого. Но беда в том, что Поле этого мало… Как оказалось.

Она и сама знает, что сегодня красивая. Всегда красивая. Так Гаврила говорит.Для негокрасивая. А нарядная – потому что чтобы жить полноценную жизнь с ним, надо хотя бы временами имитировать существование, которое считала благополучием до встречи со своим Душевным.

– В худшую изменилась, – Поля произносит, даря Марьяну первый адресный взгляд за вечер.

Плохой вечер. Какой-то в задницу плохой. Полине тошно и скучно. Зачем к ней лезть?

– Ты в худшую не можешь. Хорошеешь с каждым днем…

С ней Марьян разговаривает одновременно так же, как с Диной, и иначе. Кажется, он искренен. Она в нем, возможно, даже восторг вызывает. Но смотрит всё равно так, будто на собственный барьер, который рано или поздно будет взят…

А Полю подмывает спросить, не волнует ли его, что теми же губами, которыми он сейчас так очевидно любуется, она не так давно делала минет парню, его же избившему.