Курс на любовь - Стелла Кьярри

— Не люблю быть в долгу, но знайте, вы всегда можете обратиться ко мне. Я известный хирург. Вот визитка, — мужчина протянул ему карточку. — Был рад знакомству.

С этими словами Марк пожал руку Филиппу и, попрощавшись, ушел.

— Эти часы подарила мне бывшая девушка, — пожав плечами, объяснил Фил. — Давно хотел избавиться от них.

Я была на взводе от предвкушения увидеть Париж. А компания Филиппа лишь усиливала мое возбуждение, поэтому я пропустила мимо ушей замечание про бывшую.

— Подбросишь до отеля? — игриво спросила я.

— С удовольствием. — Фил взял меня за руку. — Но сначала хочу кое-что тебе показать.

Я сжала его ладонь в нетерпении. Интересно, что он задумал?

— Эйфелеву башню?

— Слишком тривиально, — рассмеялся мужчина, открыв передо мной дверь роскошного автомобиля. — Поторопись, иначе я передумаю, и мы поедем прямо в номер.

Голос Филиппа стал сексуально тихим и вкрадчивым, а руки обвили мою талию, спускаясь к бедрам. Видимо, он уже пожалел, что запланировал экскурсию.

— А может, я хочу в номер? Снять с тебя все это и поиграть в плохую девочку? Хотя зачем тянуть… Я готова отдаться тебе, где угодно, — подзадоривая, я провела пальчиком по его губам. Филипп удивленно уставился на меня, но, тут же подхватив игру, принялся посасывать мой палец, не обращая внимания на прохожих.

Я поиграла с его волосами, взъерошивая их. Несмотря на болезненное возбуждение, желание увидеть Париж рука об руку с любимым пересилило. У нас еще будет время вдоволь насладиться друг другом…

Я глупо хихикнула и уселась в автомобиль. Нужно держать себя в руках, иначе есть риск скатиться до животных инстинктов и потерять голову.

Филипп разместился рядом, а я примкнула к окну, впитывая французское очарование.

Находясь в самом элегантном городе мира, я ощущала себя, словно в сказке. Мы проезжали мимо готических зданий, пики которых пронзали небо, потаенных двориков и изящных бульваров, по которым сновали утонченные, как статуи, парижанки. Париж дышал неспешно, сочетая в себе грацию и мощь.

— Приехали, — сообщил Фил.

Перед нами предстал белоснежный собор на холме на фоне голубого неба. Никогда раньше я не видела столь завораживающей красоты!

— Идем. — Филипп протянул ладонь. — Предстоит нелегкий путь наверх.

Я не сдержала улыбки. Казалось, в тот момент мне была по плечу любая задача. Взявшись за руки, мы направились вверх по ступеням.

— Тут более двухсот. Считай, — усмехнулся он.

— Лучше я сосредоточусь на созерцании. Мне уже нравится, — мечтательно отозвалась я.

Чем выше мы поднимались, тем свободнее я ощущала себя. Все, что меня тяготило, осталось внизу, — такое же мелкое и незначительное, как люди, гуляющие по аллеям.

— Как называется это место?

— Базилика Сакре-Кер. Одна из самых живописных смотровых площадок Парижа, — ответил Филипп, пропуская меня к террассе.

Перед нами открылся невероятный вид на город с высоты птичьего полета. Крыши, небо, горизонт и силуэт жемчужины города — Эйфелевой башни. Я закрыла глаза, не веря в происходящее.

— Ущипни меня, — сорвалось с языка.

— С удовольствием. — Он опустил руку и, нащупав ягодицу, дал волю пальцам, не смущаясь окружающих.

В пронзительных глазах Филиппа отражалось небо, и у меня так сладко закружилась голова… Не от высоты. От его близости.

Поддавшись сиюминутной слабости, я поцеловала Фила, теряя связь с реальностью. Я не устояла перед чарами города любви, утопая в этих опасных чувствах.

Когда перестало хватать воздуха, отстранилась, чтобы перевести дыхание. Мы простояли несколько минут, молча смотря друг на друга, после чего Филипп обнял меня, и наши взгляды снова устремились за горизонт.

— Проголодалась? — проявил заботу мой спутник, помогая спуститься со смотровой.

— Да, — кивнула я, отведя глаза. Мой голод не ограничивался желанием еды. На фоне духовного подъема влечение к Филиппу лишь усилилось. И он снова понял меня без слов.

— Тогда поспешим.

Дорога в отель казалась бесконечно длинной. Если бы не правила приличия, я набросилась бы на Филиппа прямо в салоне. Он лишь успокаивающе поглаживал мою руку, поглядывая в окно.

В гостинице нас уже ожидали.

— Тебе не понадобится это. — Он положил себе в карман мой ключ.

Я вопросительно подняла брови.

— Твой чемодан отнесли в мой номер, — тихим голосом обрадовал Филипп. — У нас много дел.

— И какие же у нас дела в твоем номере? — От его слов все внутри ликовало.

Он молча открыл дверь и увлек меня за собой.

— Для начала мы примем ванну, — проводя рукой по моей спине, прошептал он.

— У тебя и во Франции есть личная джакузи?

Я улыбнулась, вспомнив ванну, с которой все началось. Кто знает, возможно, не случись того забавного происшествия, наши отношения так и остались бы на уровне рабочих.

— Люблю, когда ты улыбаешься. — Филипп посмотрел на меня в упор. Его взгляд был волнующим, глубоким — таким, от которого по коже бежали мурашки.

— Если за каждой улыбкой будет следовать поцелуй, то я буду улыбаться чаще, — прошептала ему на ухо и, обвив шею, притянула к себе.

Сначала робко, как бы пробуя на вкус, я коснулась его сначала губами, затем языком. Но я жаждала большего и, не противясь порыву, полностью отдалась поцелую, на который Филипп с готовностью ответил.

— Я хочу, чтобы ты ни о чем не думала. Есть только ты, я и Париж.

С этими словами он медленно стянул с меня форму, оставив только белье. Легкая прохлада окутала кожу, чередуясь с горячими прикосновениями Филиппа. Он уложил меня на постель и стал нежно массировать плечи, доводя до мурашек. Я прикрыла глаза от наслаждения. В этом удивительном мужчине сочеталась дикая страсть и бесконечная нежность.

Возбуждение сменилось благодарностью за удовольствие, которое дарили его чуткие пальцы. Последнее время я совершенно запустила себя: походы в салоны, а иногда и просто здоровый сон казались несбыточной мечтой. Кто мог подумать, что в объятиях Филиппа я обрету нечто большее? Саму себя, минуты сладкого счастья и… покой. Не рутину, как с Эриком, а радость от каждого нового дня.

Разогрев плечи, Фил опустился к пояснице. Когда дошел до стоп и уделил внимание каждому пальчику, я уже была на седьмом небе.

— Так хорошо мне еще никогда не было… С тобой все по-другому, — сама того не ожидая, разоткровенничалась я. Обо мне заботились, не ничего требуя взамен. Но что могла предложить я? Встречи тайком от мужа? Филипп был достоин большего…

Я — лишь яркая вспышка. Перегорит и пройдет.