Нельзя - Лаура Тонян

Джоселин

Посреди ночи меня разбудил звук зажигания машины. Я поднялась с кровати и подошла к окну, чтобы видеть, как водитель моего отчима сказал пару слов одному из охранников, а потом сел в автомобиль и выехал со двора. Стекла были опущены, поэтому я рассмотрела на заднем сидении свою мать и ее новоиспеченного мужа. Она, вероятно, снова заставила его поехать с ней развлекаться. Но в два часа ночи? Серьезно?! Надеюсь, они не поехали в казино? Я была в курсе, что Гералд значительно разбогател за последние несколько лет, но это не давало права моей маме вить из него веревки. В целом доме я осталась одна, и будь у меня много друзей, я бы их всех к себе пригласила. Все два этажа были бы наши. Вечеринка получилась бы отменная. Но, к сожалению, я в этом городе никого не знала настолько хорошо, чтобы позволить им войти в дом, в котором жила.

Я была не настолько безрассудной.

Посторонний шум заставил насторожиться. Отчетливый, но непонятный звук доносился откуда-то не издалека. Я думала, что я здесь одна, а всех помощниц по дому освободили от работы и отпустили еще до заката. Может быть, кто-то из них остался? Судя по…твердому и тяжелому топоту, кто-то шагал невдалеке слева от моей комнаты. А две подготовленные на всякий случай спальни для горничных находились в правом крыле.

Какого черта? Охрана не пропустила бы никого чужого в дом. Разве что чужие могли прокрасться сюда тайком. Я задрожала всем телом и, вытащив рывком из нижнего ящика тумбы фонарь, на цыпочках подошла к своей двери. В коридоре было так же темно, как и в моей комнате. Свет лился только из распахнутой двери. Слева. Это же…

Это же комната Алистера! Но он вывез оттуда почти все свои вещи, потому что переехал в съемную квартиру. Что кому-то нужно в спальне Алистера?!

Прямо сейчас я пожалела, что не держала у себя бейсбольную биту или что-то вроде того, чтобы всегда иметь возможность постоять за себя или защищаться… вот в таких ситуациях. Может быть, лучше спуститься вниз и позвать охрану? А, может, стоит закричать? Громко, пронзительно, чтобы сбежались все охранники и… Да черт! Какие бы благоразумные мысли ни приходили в мою голову, ноги-то все равно двигались вперед. Тихо и никак себя не выдавая, я подходила все ближе и ближе к месту X. А выключенный фонарь, который, как мне казалось, был крепко зажат в руке, чуть не упал на пол. Я вовремя успела предотвратить неизбежное, но пришлось подпереть локтем стену, чтобы самой не свалиться.

Вот проклятье! Звуки прекратились, а это значит, что моя неудача привлекла внимание. Я вздрогнула и отшатнулась, когда из открытой двери спальни Алистера показалась высокая широкоплечая фигура. Мои глаза все еще привыкали к полутьме, а мощный силуэт закрывал собой источник света. Я не могла идти дальше, мне было страшно. Я стояла как пригвожденная к этому месту, не смея сделать шаг ни вперед, ни назад. Закричать тоже не удавалось. Голос как будто пропал, растворился внутри моего тела. Я не смогла заставить себя сказать хоть что-нибудь, сделать хоть что-то. Да что угодно было бы логичнее моего бездействия и безмолвия!

— Тебе давно следует быть в постели.

О, Боже. Этот поучающий тон. Этот грубоватый, надтреснутый и прокуренный голос. Хриплый, порой звучащий безжизненно. Тот, который я любила и ненавидела. Но больше всего меня бесило то, что он разговаривал со мной, как с маленькой. То, что я осенью начинала свой последний учебный год в качестве школьницы, не давало ему права отзываться обо мне, как о ребенке. Мне восемнадцать. Я совершеннолетняя.

Я взрослая.

Я схватилась за сердце и облегченно вздохнула. Это всего лишь Алистер. Мои брови поднялись вверх — только сейчас удалось заметить, что с распахнутой клетчатой рубашки Алистера стекает вода. И выглядит он… мокрым. Да он же промок насквозь!

— Что произошло? Почему ты не дома?

Он хмыкнул и снова спрятался в своей спальне. Оттуда донесся ответ:

— Я дома.

Он из раза в раз поступал одинаково: отгораживался от меня, отделываясь несколькими фразами. Мне всегда доставались пара слов, хмурый взгляд и равнодушие с его стороны. И только создавая новые проблемы, я имела возможность общаться с ним. Пусть он и кричал на меня в такие моменты, пусть он ненавидел меня, и даже не пытался скрыть этого, я была рада. Я была счастлива, потому что мне доставалось все его внимание.

Хоть и ненадолго.

Я медленно прошлась по коридору, сокращая расстояние между мной и открытой нараспашку дверью. Встав в проеме, я стала следить за действиями Алистера. Он резко сорвал с себя рубашку, обнажая спину, покрытую темными татуировками. Хорошо, что он не смотрел на меня сейчас, поскольку все, что я могла делать — это глупо хлопать ресницами и облизываться.

Алистер со злостью бросил клетчатый элемент своего гардероба в корзину для грязного белья. Он был чем-то очень рассержен, и мне захотелось подойти, чтобы провести руками по его прохладной от воды коже. Я любила его настолько сильно, что порой буквально растворялась в его дымчато-серых глазах, в его словах. Я бы хотела знать, о чем он думает. Не только сейчас — всегда.

Я все-таки сделала шаг вперед. Рядом с ним временами я становилась невозможно робкой. На меня это было совсем не похоже. Я бросила фонарь на застеленную постель и уже собиралась сесть на нее, но вдруг Алистер рявкнул:

— Джос, что тебе здесь, блин, надо? Иди уже к себе. Пожалуйста!

Я насупила брови, продолжая смотреть на него. Я удивленно уставилась на него, но села на постель, после чего он быстро развернулся ко мне.

— Ты меня слышала?

— Что случилось? Почему ты весь мокрый? И почему такой грубый?

— Как всегда, — черство бросил он, а потом схватил меня за локоть, заставил подняться и потянул меня к порогу.

Он выпихнул меня в коридор, а его рука потянулась к ручке двери, чтобы закрыть ее. Но я успела его остановить.

— Какой же ты придурок, Алистер. Ты такой идиот! — я закричала это ему в лицо. — Я всего лишь хотела узнать, что случилось!

— Тебя это не касается, — проворчал он, прилагая усилия, чтобы избавиться от меня.

Его влажная ладонь не прекращала грубо стискивать мою руку, и уже даже становилось больно, но я не сдавалась. Я не сразу поняла, откуда зазвучала мощная рок-мелодия. Затем Алистер внезапно отстранился, и, подойдя к комоду, что-то с него схватил.