Буря настигнет - Нари Орлан

Мы разошлись по кабинкам, а через три минуты из туалета вышла я — рыжая девушка в фисташковом платье и соблазнительной походкой направилась к самому красивому мужчине.

За волосами, что огненной волной струились по спине, тянулись руки. Жадные глаза огибали полные груди и скатывались в ложбинку. Кто еще не представил, как погладил бы эти стройные ноги? Никто шагу не ступил ближе, чтобы воплотить фантазии. Все видели, с кем она.

А теперь с ним я. Села рядом, прижалась бедром к его бедру, и мужчина по-собственнически положил тяжелую руку на мои плечи. Приятно? Какие бы извращения ни резвились в голове Юргена, тело у него мускулистое, костюм из дорогой ткани, а запах духов затягивал в омут звериной страсти.

Я уверена, рыженькую сто раз проверили. И проверят снова. Телеведущий до одури осторожничал. А развлекаться-то охота.

— Ты сделала то, что я тебя попросил? — с жарким придыханием прошептал он на ухо. По телу пронеслась дрожь на грани отвращения и страха.

Черт подери! Чем можно заниматься в туалете, кроме как писать?

— Нет, но я сделала кое-что лучше.

— Что же? — Рука Юргена опустилась на талию и безжалостно сжала. Скотина! Ребра сломаешь! Сглатывая злость, я смущенно потупилась и потянулась к коктейлю. Мысли хаотично метались. Расквасить бы наглый нос, который зарывался в рыжие волосы. Вот сенсация! Хрупкая девчушка разбила нос непревзойденному Юргену Могенсену!

Но кто заснимет мой дерзкий кулак, что сносит наглый нос?

Я повернулась лицом к мужчине и пролепетала:

— Я сфотографировала то, что сделала. Давай я тебе скину фото, но, ты обещай, откроешь его позже. Я очень смущаюсь.

— Хочу посмотреть сейчас.

— Нет, пожалуйста… — Я прижала к груди смартфон. Рука Юргена прокралась по спине к затылку. Он резко запустил пальцы в волосы, сжал и потянул, запрокидывая мою голову. Черт, больно до слез!

— Ты будешь играть лишь по моим правилам…

Резким движением я ударила локтем мужчину в живот. Рука обмякла, отпуская меня. Телеведущий согнулся пополам. Машинально я достала из тайника на запястье полоску лейкопластыря и прилепила на крепкую мужскую шею.

— Прости, сильно больно, да? — шептала я, склонившись к нему. — Жалко, у тебя короткая стрижка, не то я тебя тоже потаскала бы за волосы. Знаешь, как приятно?

Он пытался разогнуться, встать, оттолкнуть меня, но движения слабели. Снотворное действовало. Пока он полностью не отключился, я пугливо огляделась: белые блузки официанток мелькали у дальних столиков, а парочки, что танцевали от нас в трех метрах, сплетали языки в поцелуях.

Вроде рядом никто не следил. Успею. Я взяла со стола планшет телеведущего. Улов мелковат, но хоть что-то…

Я прижала к сенсору большой палец Моргенсена, и экран ожил. На нем сотни пропущенных звонков и свежих сообщений. Я положила планшет возле своего смартфона — пять минут, и вся информация скопируется ко мне. Возможно, найдутся личные номера телефонов знаменитостей или интересные переписки.

Мужчина заваливался вперед. Я с трудом повернула его к себе и, оперев спиной о диван, подалась к нему, закрыла нас огненной волной. Запах дорогих духов смешался с потом, перегаром и моим ароматом страха. Юрген дышал через рот мне в нос.

Тугой комок подкатил к горлу. Только бы не стошнило.

Опасно. В пьяной толпе из откровенных платьев и мятых рубашек бдит охрана. Будет телеведущий долго сидеть неподвижно — заподозрят неладное.

Но куда хуже то, что на моем внутреннем таймере заканчивались полчаса. Семь минут… Успею ли вернуться в туалет?

Как я оплошала со временем?

Затанцевалась, долго ждала, пока рыженькой приспичит, чтобы с ней поменяться. Пошла на крайние меры: раньше я редко подбиралась близко к жертвам, но теперь они не отодвигают шторы от окон, устанавливают в квартирах камеры, мало с кем видятся, ползают на коленях, собирая осколки радужного, развратного прошлого.

Нужны новые жертвы. На продаже номеров телефонов далеко не улетишь.

Кто-то грубо дернул за предплечье. Ужас заискрил по венам.

— Что с ним? — грохнул бас.

Я состроила жалобную гримасу и обернулась: бугай под два метра нависал надо мной с таким видом, мол, вот-вот поднимет ногу и размозжит мне голову железной подошвой.

— Мы целовались, и он уснул, — ответила я обиженно, выпятив нижнюю губу. Меня колотило, но я прикидывалась пьяной. Телохранитель бегло осмотрел стол и зацепился взглядом за смартфон и планшет, что отдыхали рядышком с коктейлями. Не трожь!

Но нет, показалось. Бугай схватил недопитый коктейль Юргена и поволок меня за предплечье по дивану.

Отдаляясь от смартфона, который почти закончил копировать файлы, я схватила его. Связь прервалась.

Телохранитель дернул меня вверх — я нетвердо встала.

— Подмешала что-то, да? — обдал он горячим дыханием ухо. — А ну, пошли со мной.

Крупная лапища до боли сжимала предплечье — ни шанса вырваться. Я нажала специальную кнопку с боку смартфона и прислонила угол к тыльной стороне мужской ладони. Разряд тока ударил достаточно, чтобы рука ослабела. Я выскользнула, прошмыгнула мимо и ринулась в толпу на танцполе.

Свет мигал, красные, зеленые, синие лучи чертили ломанные фигуры, басы грохотали, отдаваясь спазмами в желудке. Я лавировала между людьми, последние секунды колокольчиками звякали в ушах.

Три, два, один… И пушистая метель вырвала меня из удушливого клуба на крышу. Тишина оглушила. От прохлады пронеслись мурашки по коже. Сердце замедляло стук. Спаслась, хоть и телепортировалась среди людей. Да кто заметил в мешанине светомузыки и в пьяном угаре? А от телохранителя я отдалилась на метров двадцать, заслонилась чужими спинами. Рыженькую найдут в кабинке туалета, и вопросы будут к ней.

Завихрение рассеялось, умчалось, и передо мной возник Келлан. За полчаса изрядно припорошило пухом — каштановые волосы спрятались под мохнатой белой шапкой. И шарф, которым Келлан обмотался аж до глаз, облепили пушинки. Они залетали мне в нос, но не мешали дышать, как остальным.

Потому что я — служитель Духа защиты.

Без пуха, что вечной метелью окутывает нашу планету, Калинидикс, почва давно сжарилась бы. И мы с ней. Но несмотря на то что пух спасает от адской жары, он убивает. Едва обычный человек выйдет на улицу, не прикрыв носа, он задохнется. Поэтому население планеты живет в высоких зданиях из особого стекла, которые ютятся между тополями-гигантами. Трассы прячутся под землей, а первые этажи строений оборудованы как огромные пылесосы: они втягивают пух, что оседает на землю, и прессуют.

Пуховые блоки — единственное, чем торгует Калинидикс. Из них получается замечательное стекло, что защищает от яркого света и высокой температуры.

— Что наловила? — спросил Келлан, забирая у меня смартфон.