Обнаженная для тебя - Сильвия Дэй

— Я вас прерву, — сказал появившийся рядом Гидеон.

И это не было просьбой.

Остановившись, Кэри взглянул на меня. Я кивнула. Он поклонился и попятился, не сводя с лица Гидеона пылающего, гневного взгляда. Гидеон привлек меня к себе и повел в танце точно так же, как и во всем прочем, с доминантной уверенностью. При этом он существенно отличался от моих предыдущих партнеров по танцам. Умением он не уступал Кристоферу, а с движениями моего тела был знаком не хуже Кэри, однако его отличал решительный, агрессивный стиль, по существу пронизанный сексуальностью. И стоило мне вновь оказаться в объятиях мужчины, с которым мы так недавно были близки, как я, невзирая на все свои переживания, начала возбуждаться.

Запах от него исходил восхитительный, с сексуальным подтекстом, а когда он, скользящими шагами, вел меня в танце, внутри разгоралось жгучее воспоминание о том, что совсем недавно он был там.

— Все убегаешь, — проворчал Гидеон, хмуро глядя на меня сверху вниз.

— Ну, ты, похоже, от одиночества не страдал. Магдалена мигом подхватила.

Выгнув бровь, он привлек меня ближе:

— Ревнуешь?

— Серьезно?

Я отвела глаза. Он раздраженно фыркнул:

— Ева, держись подальше от моего брата.

— Почему?

— Потому что я так сказал.

Меня это возмутило, что было не так уж плохо после всего этого недавнего самокопания и сомнений, одолевавших меня после того, как мы перепихнулись, словно дикие кролики. Я решила проверить, как сработает такой поворот в мире Гидеона Кросса:

— Гидеон, держись подальше от Магдалены.

У него напряглось лицо.

— Да мы с ней просто друзья.

— Следует понимать, что ты с ней не спал… еще?

— Нет, черт побери! И не собираюсь. Послушай… — Музыка смолкла, и он остановился. — Мне надо идти. Я привез тебя сюда и очень хотел бы отвезти обратно, но если тебе здесь нравится, то можешь оставаться. Продолжай веселиться. А домой тебя отвезут твоя мать и Стэнтон.

Веселиться? Он что, шутит или не врубается? Или, хуже того, вовсе списал меня со счету, так что даже не обращает внимания на мое настроение.

Я отстранилась от него, чтобы его запах не кружил мне голову.

— Как-нибудь сама разберусь. Забудь обо мне.

— Ева. — Он потянулся ко мне, и я торопливо отступила.

— Я ее заберу, Кросс, — произнес Кэри, обнимая меня.

— Не становись на моем пути, Тейлор, — предостерег Гидеон.

— А мне показалось, будто у тебя какая-то срочная работенка, — фыркнул Кэри.

Я сглотнула, хотя в горле образовался ком.

— Гидеон, ты произнес прекрасную речь. Это было лучшее впечатление за весь вечер.

Он резко, словно от оскорбления, вздохнул и запустил пятерню в волосы, а потом внезапно выругался. Что стало причиной, я поняла лишь после того, как он вытащил из кармана вибрирующий мобильник и уставился на экран.

— Мне надо идти. — Он поймал и удержал мой взгляд, а затем слегка провел кончиками пальцев по моей щеке. — Я тебе позвоню. — После чего он исчез.

— Хочешь остаться? — тихо спросил Кэри.

— Нет.

— Ну, тогда я отвезу тебя домой.

— Нет, не надо. — Мне хотелось немного побыть одной. Посидеть в горячей ванне с бутылкой холодного вина и избавиться от депрессии. — Тебе лучше остаться здесь, это может принести пользу твоей карьере. Поговорить мы сможем дома, после твоего возвращения. Или завтра. Я собираюсь весь день проваляться на диване.

Его взгляд с сомнением скользнул по моему лицу.

— Уверена? — (Я кивнула.) — Хорошо.

Но было видно, что я его не убедила.

— А вот если ты попросишь швейцара вызвать к подъезду лимузин Стэнтона, то я смогу заглянуть в дамскую комнату.

— Ладно. — Кэри пробежал пальцами по моей руке. — Я заберу из гардероба твою шаль и буду ждать на улице.

Поход в туалет занял больше времени, чем я ожидала. Во-первых, меня то и дело останавливали желающие перекинуться парой фраз: похоже, из-за того, что я появилась в сопровождении Гидеона Кросса. А во-вторых, в ближайший туалет нескончаемым потоком входили женщины, так что я нашла другой, в дальнем конце помещения. Где и заперлась в кабинке, чтобы прийти в себя. Никого, кроме служительницы, там не было, а потому можно было не спешить.

Я была уязвлена настолько, что мне трудно было дышать, не говоря уже о полной сумятице в голове. Почему он так странно прикоснулся к моему лицу? Почему так взбесился, когда я не осталась возле него? И какого черта вздумал грозить Кэри? Все это в совокупности придавало новый смысл старому выражению «бросать то в жар, то в холод».

Я закрыла глаза, стараясь восстановить самообладание. Господи, ну только этого мне не хватало!

В лимузине я позволила себе эмоционально обнажиться и до сих пор чувствовала себя жутко уязвимой. Мне потребовались долгие часы психотерапевтических занятий, чтобы научиться избегать подобного состояния. И сейчас я хотела одного: поскорее попасть домой, укрыться, избавиться от постоянной необходимости прикидываться, будто со мной все в порядке, хотя дело обстояло с точностью до наоборот.

«Ты сама в это вляпалась, — напомнила я себе. — Вот теперь и расхлебывай».

Глубоко вздохнув, я выбралась наружу и замерла от удивления. У раковины, скрестив руки, стояла Магдалена. Она явно проследила за мной. И вот теперь она дожидалась момента, когда я расслаблюсь и потеряю способность к самозащите. Я вздрогнула, но справилась с растерянностью и решительным шагом подошла к раковине, чтобы вымыть руки. Магдалена повернулась и посмотрела в зеркало, изучая мое отражение. Я, в свою очередь, изучала ее. В жизни она выглядела еще лучше, чем на фото. Высокая, стройная, с огромными темными глазами и каскадом прямых черных волос. Губы были сочными и красными, скулы высокими и рельефными, платье сдержанно-сексуальным: кремовый атлас, потрясающе контрастировавший с ее оливковой кожей. Она выглядела как офигенная супермодель и была чертовски сексуальна.

Когда я взяла поданное служительницей полотенце, Магдалена заговорила с ней по-испански, попросив оставить нас наедине. Я не преминула добавить к этой просьбе «Рог favor, gracias». Магдалена, подняв бровь, пристально посмотрела на меня, но и я, ясное дело, в долгу не осталась, смерив ее столь же холодным взглядом.

— Ох, надо же, — пробормотала она, как только служительница вышла, и издала действующий на нервы скрипучий звук, словно царапнув ногтями классную доску. — Ты с ним уже перепихнулась.

— А ты нет.

Это, похоже, ее удивило.

— Ты права. Я нет. А знаешь почему?

Я выудила из сумочки пять баксов и бросила на серебряный поднос.