Твоя не любимая - Ульяна Соболева

- Кем вам приходится Алина Войтенкова? Вы ее знаете?

- Знакомая.

- Вы вели ее дело? Какое?

- Не помню… я слабо все помню. У меня травма и врачи говорят так бывает.

- Врачи говорили вам, что иногда память можно прекрасно простимулировать?

Смотрит на нее. Глаза умные, в них нет непонимания, мутности. Он все прекрасно помнит. И Маргарита это чувствует.

- Что вам надо? Кто вы?

- Я Салтыкова Маргарита Юлиановна. Вам это о чем-то говорит?

О, да. Ему это явно о многом говорило. Его глаза вспыхнули, а губы сжались. Значит помнит и знает кто его избил. Точнее, кто приказал его избить.

- Я здесь чтобы компенсировать вам ущерб. Назовите любую сумму… в пределах разумного конечно, и вы ее получите. Наличными.

- Я попал в аварию. Я застрахован. Так что ущерб будет возмещен.

Ответил и отвел взгляд. Что такое? Не поняла. Кто ему заплатил? Почему он вдруг отказался от ее предложения? Что за…бред?

- Какая авария? Кто вам это сказал? Вас избили. Вам переломали кости и нанесли травму головы. За это ведь должны ответить… И ответят, а вы получите компенсацию.

- На столе папка, в ней вся информация по аварии. Я не знаю о чем вы говорите.

- Бред! – рявкнула она – Вы все прекрасно знаете! Никакая это была не авария! Эта женщина вас подставила, подвела под удар. Использовала. И вы сейчас ее покрываете. Расскажите мне о ней!

Кто она? Что делала последние несколько лет? Вы ее адвокат. По какому делу вы ее защищали?

- Она моя знакомая. Я плохо ее помню. Не пойму, что вы от меня хотите.

- Ложь!

От злости Маргарита Юлиановна ударила кулаком по тумбочке. Ее начало буквально трясти от ярости. Ей никогда, и никто не отказывал. Это впервые, чтобы какой-то адвокатишка смел делать вид что ничего не помнит.

- Сколько она вам заплатила? Я дам больше! Сколько?

- Оставьте меня в покое! Я попал в аварию. Мне плохо. Вы хотите, чтоб я подал на вас в суд за вот этот спектакль! Уходите!

- Ты знаешь с кем говоришь?

- Мне плохо, у меня болит голова и мне все равно с кем я говорю.

- Я переведу тебя в другую больницу, в самую лучшую в городе. Тебя поставят на ноги, ты получишь кучу денег.

- Уходите.

- А может быть и наоборот. Твоя контора завтра будет закрыта, а тебя лишат лецензии! Ты будешь защищать только вонючих бомжей и то бесплатно на гособеспечении!

- Уходите я сказал!

- Ты пожалеешь об этом!

- И вы тоже!

- Что?

- Мне плохо, и я хочу, чтобы вы ушли.

- Идиот!

Психанула, развернулась на каблуках и пошла к двери.

- Она не та за кого себя выдает.

Остановилась и тронула ручку, еще не открывая.

- Берегитесь ее!

Засмеялась и вышла из палаты. Кого? Этой дурочки? Этой шалавки, которая ради денег согласилась переспать с ее сыном и продать свою дочь? Ее бояться? Пусть она боится. Этот проклятый адвокат много знает, но молчит. Ему заплатили или он верен этой сучке.

Села в машину, посмотрела на своего водителя.

- Куда едем, Маргарита Юлиановна?

- В новый дом моего сына. Ты знаешь где он?

- Мне не велено…

- Я сказала в новый дом! Я велела! Или тебе начало жать твое место?

Машина тронулась, и Маргарита откинулась на сидение. Ей не нравилось то, что она узнала, не нравилось это вот ощущение, что что-то происходит за ее спиной. Какие-то козни. Обычно это она их устраивает. И в интригах ей нет равной, но сейчас появилось ощущение, что есть еще один игрок. И им не может быть маленькая дура Алина. Впрочем, она сама составит свое мнение. Пора им увидится и пообщаться.

Машина подъехала к великолепному особняку в новом спальном модном и дорогом районе города. Белый забор, белые ворота. Дизайн на европейский манер.

Ее провели по ступенькам в гостиную и попросили обождать.

Да, неплохо сучка устроилась, А Влад с ума сошел так содержать эту дрянь. В такой роскоши. Бассейн, фонтаны, слуги. Все блестит и сверкает, дизайн высшего класса. Купил специально для этой дряни? Зачем? Разве он не знал, что это за продажная шкура?

Вышла. Да. Время и годы пошли ей на пользу. Выглядит великолепно. Есть от чего потерять голову. Длинноногая. Волосы ниже бедер. Появился какой-то лоск что ли, нечто неуловимо опасное. Никогда не думала, что она скажет такое о той девчонке, которая была на все согласна за пару тысяч евро. На Алине тонкий шелковый халат наброшенный сверху на купальник, дорогая обувь, украшения явно купленные сыном Маргариты Юлиановны.

- Что ты делаешь в этом доме?

Спросила вместо приветствия и задрав подбородок посмотрела на наглую девку.

- Живу.

Ответила та и не спрашивая разрешения, не здороваясь уселась в плетенное кресло, закинув ногу на ногу. Ей принесли поднос с каким-то коктейлем, и она отпила из соломинки. Маргарите показалось, что ее лицо покрывается красными пятнами. Она буквально захлебнулась от наглости девицы.

- Я тебе заплатила чтоб твоей ноги здесь не было!

- Это было давно и уже потеряло свою актуальность. Чем я могу быть вам полезна?

- Оставь моего сына в покое!

- Он взрослый мальчик и сам решает с кем ему спать.

- Чего ты хочешь? Влад скоро женится. Тебя все равно вышвырнут как паршивую суку, Ты ничего не получишь! И мою внучку тебе не видеть, как своих ушей.

- Правда? К сожалению, я не могу ее позвать она сейчас спит в своей спальне на втором этаже. Мы видимся и она можно сказать живет в этом доме.

- Это ненадолго. Мой сын очень скоро тебя вышвырнет!

- Это он вам сказал?

- Наглая тварь! Как ты смеешь со мной так разговаривать? Как ты вообще смела появиться! Я все знаю… я все про тебя знаю и чувствую. Ты что-то замышляешь! И я клянусь, что я узнаю, что именно! Твой адвокат скоро заговорит, твоя дурацкая биография лопнет как мыльный пузырь. Ты не на ту напала. Я раскрою глаза моему сыну, и он увидит, что за змею он впустил в свою жизнь.

Теперь она готова была поверить, что Виктор Альбертович прав и эта стерва ведет какую-то игру. Слишком спокойна, высокомерна. Как будто перед ней не та девчонка, которая дрожала от одного ее вида, наглая и самоуверенная самка, которая вышла на охоту. Ее глаза сверкают, она смотрит свысока, у нее прямая спина и поставленный голос.

- Влад давно живет в серпентарии. Ему не привыкать к змеям.

- Да как ты смеешь! – шагнула вперед и перед ними вдруг вырос человек в черном костюме.