Сделка с совестью - Слава Доронина

— Я сейчас в аварию попаду. Знаешь же, что абы как езжу, — начинаю заводиться.

— Всё. Хорошо. До вечера, — завершает Ласка разговор.

Через два часа я выхожу из кафе после встречи с крупным заказчиком. С подписанным договором о сотрудничестве и в приподнятом настроении, которое теперь обеспечено как минимум на неделю. Еще бы не было Аркаши на хвосте и не ждала встреча с Антоном, то можно было бы считать этот день одним из лучших за последнее время.

На обратной дороге попадаю в пробку и, чтобы хоть как-то скрасить время, звоню оболтусу. Дима сразу отвечает, говорит, что сильно занят, но вечером будет дома. Это обнадеживает. Надеюсь, и я тоже буду там, а не в полете не пойми куда в компании Слуцкого. На всякий случай предупреждаю брата о встрече с Антоном. Дима тут же предлагает подъехать. Похвально. Но пусть лучше ускорит свои мыслительные процессы и вернет Слуцкому всё до единой копейки. Пока не стало поздно.

Взглянув на часы, я понимаю что домой заехать не успею. А очень хотелось. Как позавтракала утром, так больше и не держала ничего во рту. После встречи с Антоном и подавно кусок в горло не полезет. Грустно смотрю на поток машин впереди, который никак не рассосется. В итоге вереница железяк на колесах двигается, но в планы вмешивается новое недоразумение: моя развалюха глохнет в нескольких километрах от «Веги» и не подает признаков жизни. Дима давно говорил, что ее нужно показать мастеру. Но как же не вовремя она меня подвела. Бли-ин.

Я выхожу на улицу и, ударив носком ботильона по диску, громко стону от досады. Достаю телефон из сумки и набираю Настю. Она говорит, что уже едет на такси в «Вегу», и соглашается меня подобрать. В кафе мы приезжаем аккурат к назначенному времени. Слуцкий уже на месте. Стоит на улице и курит, с кем-то разговаривая по телефону.

И к сожалению, не только он такой пунктуальный. Машина Яниса припаркована на противоположной стороне. Хулио смотрит на нас через окно, и столько разочарования в его глазах… Аж не по себе становится, что я второй раз на одни и те же грабли наступаю. Ну какой же ты упертый, бракованный! Ведь написала еще в обед, что встреча отменяется. Зачем ты приехал?

Ян поджимает губы, прожигая меня осуждающим взглядом. Переводит его на Антона, а потом опускает стекло, выкидывает в окно букет роз и резко срывается с места. Почему-то обидно и стыдно. Но зато теперь я совершенно точно уверена в том, что Игнасас и Родригес уже встречались и знают друг друга в лицо.

— Мне больно, — делаю замечание Ласке, которая сильно сдавила мой локоть, и отвожу глаза от цветов на асфальте.

Жаль букет. Красивый. И наверное, розы опять с шипами.

— Извини. Терпеть не могу Антона в последнее время, — шипит Ласка, наблюдая за Слуцким.

Он убирает телефон в карман пиджака и приветливо улыбается нам, а затем кивает в сторону здания.

— Ничего, потерпишь.

Настя недовольно раздувает ноздри. Когда мы заходим внутрь и располагаемся за столиком, она даже не смотрит на Антона, но волны презрения так и хлещут. Словно черная кошка между Лаской и Слуцким пробежала, а раньше ведь нормально общались. Есть у меня соображения, из-за чего, и от них еще неприятнее становится. Тем более знаю, какой светлый человек моя подруга.

— Хорошо выглядите, девочки, — улыбается Антон. Прищурившись, разглядывает нас и сосредотачивается на мне. — Как самочувствие, звездочка? Ты чего такая поникшая?

Сердце мучительно сжимается в груди. Нет, не от боли, а от пустоты и равнодушия, которые в нем поселились. Это как нужно довести человека, чтобы он совсем ничего не испытывал вместо некогда сильных чувств?

— Переживаю, как бы неожиданные поездки не сорвали мои планы, — парирую я.

— Не переживай, обязательно придется их корректировать, — ухмыляется Антон и переводит хитрые глаза на Ласку, подтягивая к себе пепельницу: — Настюш, погуляй немного. Нам с Алёной тет-а-тет нужно кое-что обсудить.

— При мне говорите. У Алёны нет от меня секретов.

— Настя! — Слуцкий награждает ее тяжелым взглядом. — Конфиденциальная информация. Если Алёна захочет поведать тебе тайны мадридского двора, то ты всё узнаешь. Только не от меня. Иди давай, — кивает он на пустой соседний столик.

У меня сердце по новой сжимается, но уже от нехорошего предчувствия.

— Пять минут, Антон, — твердо говорит Настя. — А потом я вернусь.

Слуцкий подзывает официанта и заказывает ей кофе.

— Какая учтивость, — ерничает Ласка. — Я не буду!

Грохот, с которым она отодвигает стул и выходит из-за стола, разносится эхом по всему заведению, на что Антон недовольно покачивает головой.

— Ну и манеры. Твоя закалка, да?

— Говори, зачем я понадобилась, Антон.

— Прежде чем озвучу, хочу уточнить одну деталь: ты не передумала?

— Насчет чего?

— Свою женщину я в обиду не дам. А если она не моя, то и впрягаться за нее мне незачем. Так понятнее?

Слова Антона царапают нутро и даже в некоторой мере пугают, но я беру себя в руки и не даю непроницаемому выражению сойти с лица.

— Наши отношения закончились в тот день, когда ты поднял на меня руку. И не остановился, трахая, как шлюху, хотя я просила ко мне не прикасаться, — говорю, высоко задирая подбородок, потому что в глазах против воли собираются слезы.

— Ты сама меня выбесила и спровоцировала. Получила в итоге то, что заслужила. Ну и потом, я извинился перед тобой, Алёнушка, а ты в отместку уничтожила мой подарок. Хочешь сказать, что каждый день на блюдечке с золотой каемочкой получаешь такие дорогие? Мы в расчете, звездуль.

— В расчете, да? Считаешь, подобные отношения — это норма?

— Вполне, — кивает Антон и достает сигареты. — Меня все устраивает. Точнее, устраивало.

— А вот меня что-то не очень, — огрызаюсь в ответ.

— Жаль. Видит бог, звездочка, я не хотел так с тобой. Яркая ты очень, ослепительная. Твоей красотой много кто захочет попользоваться, и ты потом в сравнении поймешь, что я вовсе не такое дерьмо, каким ты меня выставляешь. Долг Димы мне срочно нужен обратно. Если в течение двух дней не вернет, в квартиру к вам менты нагрянут и найдут наркотики. Ну или Дима случайно приход в машине словит, а под сиденьем у него обнаружат что-то впечатляющее с внуши-ительным таким сро-оком. Или у вас обоих. Тут уж как повезет.

Меня бросает одновременно в жар и холод от его слов, становится нечем дышать.

— Что ты хочешь? — шепчу, сжимая под столом руки в кулаки и пытаясь сохранить хоть какие-то крохи самообладания.

— Какая ты все-таки умница, Алёна. Если думаешь, что с Багдасаровым что-то выгорит и защиту от этого ублюдка получишь, то сейчас разрушу твои ожидания. Да, ублюдка, звездочка, не нужно так морщиться. Помнишь нашу сорвавшуюся поездку и угрозы двух здоровенных мужчин из черного внедорожника?