Невинная крошка - Кристина Ричи

Данил

После её слов о беременности от того кента меня просто убило. Я стоял и бля*ь плакал, дождь начался вовремя, скрыть это. Я не мог поверить. Я её знаю — она не могла. Но ее тошнило и вид был бледный. Она держалась за живот и этот жест говорил о том, что это правда. Я вернулся в клуб, пил до полного отруба, Алекс забрал меня, я умолял его меня убить. Не хотел чувствовать такую сильную, адскую, сука, боль. За что мне такие испытания? Когда будет уже белая полоса? Когда она поймёт меня уже?

Утром я с трудом услышал сигнал телефона. Сквозь узкие прорези вместо глаз прочитал, а точнее увидел по фото, что звонит Алиса. Хоть и зол, но не смог не ответить. Сама королева Алисия ведь звонит.

Отвечаю, а она оказывается вчера обманула меня, ребёнок мой, наш ребенок! И ей плохо от боли в животе. Час от часу не легче, но радость и счастье затопило до мозгов. Они мои! Бл*ть я стану отцом, если успею ей помочь. Пока еду, она отключается. Я так быстро ещё никогда не ездил и не бегал. Нашёл её на лавочке, возле неё уже был народ, они вызвали скорую. Я беру её на руки. Моя лёгкая, маленькая, как пёрышко, килограмм 40, совсем кроха, а уже будущая мать наших детей. Она сильная, справится. Я помогу. Мы теперь вместе.

Еду за машиной скорой помощи. Одновременно звоню Алексу, чтобы напряг врачей, которых знает. Ради моей девочки невозможное сделаю. Он говорит, что все сделает.

Её увозят на каталке в реанимацию, меня не пускают. За этот бесконечный час ожидания я перепугал весь персонал. Если надо будет, убьём здесь всех. Алекс приехал сразу. Сказал, что привёз своего врача. Он все узнает. Ксюха прибежала, как только я ей позвонил. Сидела со мной и ждала, ругала меня, потом перешла на Алекса. Он стоял и ждал, пока её отпустит, потом подошёл и засосал. Я, закатив глаза, отвернулся. Это самая ненормальная пара из всех, кого я знал. Похоже, хищник нашёл свою хищницу. А мне бы любимую спасти и нашего пупсика.

Одни и те же мысли бегают в голове по кругу: я стану отцом, у нас будет ребёнок. Это же надо с одного раза и как метко вышло. А она скрывала от меня и пряталась. Ох, выздоровеет, накажу её. Сладко, но накажу.

— Поздравляю, ты отцом станешь. Не ожидал от тебя, друг, — смеётся Алекс и хлопает меня по плечу.

— Она с токсикозом столько отмучалась и вот снова нервы. Узнала о беременности случайно. Ей плохо стало, я её в больницу заставила идти. А там уже на узи все подтвердилось. Тебе не хотела говорить, злилась. Позже твоя жена её добила окончательно. Тварь! Надеюсь, она с отцом на дне океана? — спрашивает меня Ксюха прямо с надеждой в глазах.

А я перевожу взгляд на Алекса. Сейчас будет снова взрыв двух бешеных людей.

— Она у меня в заложницах, я её продам в ОАЭ местному в гарем. Она только трахаться и умеет, больше ни на что не годится, — отвечает Алекс.

Наблюдаю за Ксю, её кажется уже потряхивает.

— Это ты сделал такой вывод после того, как её трахнул? Можешь не отвечать! Пошёл ты! У тебя сердца нет, ты вообще нормальный был, когда-нибудь? Не прикасайся ко мне больше, понял?! Никогда! Или я всеку тебе! Достал! — Ксю садится на кресло подальше от Алекса. Он смотрит на неё с интересом. Зацепила его наша сибирская девчонка. Я усмехаюсь, решать, как с такими отношениями жить, только им.

Выходит, доктор, у меня сердце падает в пятки. Бросило в пот.

— Кто родственники? — спрашивает доктор.

— Я её жених, почти муж, короче, она моя! — без запинки выдаю белому халату.

— Хорошо, была угроза выкидыша, сейчас все в норме. Ребенка удалось спасти, вовремя привезли. Состояние нормализуется полностью через пару дней. Алисе нужен полный покой и никаких стрессов, никакой работы. Полежит недельку у нас. Понаблюдаем. Вы, жених, который почти муж, можете пройти к ней, остальные завтра. Все расходимся. Будущий папочка, за мной, — заканчивает доктор.

Я выдыхаю, чуть не помер, пока его слушал, дышать забыл.

— Спасибо вам, — прощаюсь с ребятами и иду к моей девочке.

Она лежит с закрытыми глазами. Такая хрупкая на белых больничных простынях, совсем бледная, худая, как тростинка, надо откармливать. Не отпущу больше, не покину, пусть меня только попробуют отодрать от нее.

Сажусь рядом с кроватью, из ее руки торчит трубка, которая тянется к капельнице, в стакане на столе вода. Я смачиваю пальцы и провожу по её сухим губам. Она облизывает губы, а я быстро её чмокаю в них. Не могу сдержаться.

— Прости, что устроила раздрай тебе вчера, уже к утру я пожалела об этом, но ты тоже хорош. Ещё и с тёлками зажигал, козлина, — шепчет мой ангелочек и улыбается.

— Они все время лезут ко мне с детства, но есть только ты, уже должна была понять. Теперь вы со мной, я позабочусь о вас, будет у тебя все, как в сказке. Как и обещал. Принцесса Алисия, — она кривит губы и улыбается.

— Поспи, малышка, береги нашего пупсика, я привезу тебе вещи. Скоро вернусь, Ксюха поехала домой, ее не пустили. Всё будет хорошо, поспи, — целую её и тихонько закрываю дверь.

Еду в её квартиру и Ксюха помогает мне собрать нужные вещи. Спрашиваю Ксю, нужна ли ей помощь с Алексом. На что она закатывает глаза и показывает неприличный жест. Хорошо, пусть сама разбирается. Она совсем не понимает, с кем связывается. Но девочка взрослая, решать ей.

Возвращаюсь к себе и принимаю душ, к малышке надо вернуться в полной боевой готовности. По дороге в больницу заезжаю в ювелирный магазин к знакомому. Он мне показывает кольца, которые не выставляют на витрине, они только в одном экземпляре и бешено дорогие. Но так как я поставлял им алмазы, мы остались в хороших отношениях. Я выбираю самый маленький размер, у Алисы пальчики тонкие. Размер 16 на её безымянный пальчик в самый раз. Надену ей кольцо и уже никто не посмеет к ней подкатить свои яйца. Она моя малышка.

Захожу в палату, она все также спит. Ее бледность пугает меня, но заходит врач и успокаивает, что все хорошо. Была небольшая отслойка, но уже все позади. Алиса просыпается, спрашивает меня обо всем.

— Привет, родная, вас покормили? Мне нужно взяться за твой откорм, пупсику нужно как — то расти в тебе. Вот думаю, ты не лопнешь? А то ты у меня кроха, а пацан — то большой, в меня по — любому будет, — Алиса, открыв рот, лежит и щурит один глаз.

— Привет, дорогой, нас кормят, как на убой. Почему ты думаешь, что у нас будет сын, может это девочка? Такая же маленькая, как я, — улыбается и гладит живот.