Два босса для меня - Мария Зайцева

Что у меня все по кругу-то идет, понять не могу? Где я нагрешила? Нет, понятно, что я не особенно правильная девочка, но ведь прямо по-крупному не косячила же. Никого не убивала… Деятельность, конечно, незаконная, но работаю я с крупными форматами, и, если уж быть честной, компромат обычно такой нарывается, что клиентам реально место или в тюрьме, или в могиле. Тот же Ковер, в доме которого меня Деды Морозы прихватили шесть лет назад, редкий скот же. Мало того, что капитал основной сделал на рейдерских захватах в девяностые, очень много наруду в землю упрятав ради своей выгоды, так еще и педофил, любитель снимать свои игрища на камеру. И вот скажите, такой человек имеет право выбираться в депутаты? Вот и я думаю, что нет. Так что доброе дело сделала, и для себя, и для страны в целом.

И клиенты в основном именно такого формата у меня. Просто потому, что на верхушке, куда они по головам двигались, топя по пути всех неугодных, других людей и нет.

Если ты имеешь власть и бабки, то сто процентов у тебя в шкафу склад полуразложившихся трупаков разной степени свежести. И то, что я их вытаскиваю, не моя вина, а твоя проблема. Нехрен плодить, тогда и вытскивать будет нечего.

Так что совесть моя чиста, и карма должна быть кристально ясной.

Но нет. Откуда-то на ней черные пятна появились все же, иначе как объяснить такое тотальное невезение?

А ведь, если вспомнить, не хотела я за эту работу браться.

Все же, промышленный шпионаж — не моя сфера. Я как-то больше по темным делишкам и грязым трусам.

А тут… Нечестная конкурентная игра, выходит.

Может, за это мне прилетело?

Мои унылые размышления прервались ровно на таком печальном моменте, потому что машина остановилась.

Я села, с трудом выбравшись из-под тяжелой лапы Сани, которому, похоже, очень уж понравилось меня тискать, словно кошку, и с тревогой посмотрела в окно.

Ну… Что сказать? Все неплохо.

Новый жилой комплекс, закрытая территория, охрана. Это из минусов.

К несомненным плюсам относится центр Москвы. По крайней мере, не жуткое замкадье, откуда добираться на оленях только. Тут выплыву. Главное, из загребущих лап Дедов Морозов выбраться.

— Пошли, — оскалился Гном с водительского, ревниво стрельнув взглядом на Санину тяжелую ладонь на моем плече.

Интересный расклад.

То есть, трахать они меня вместе — с удовольствием, а как тискать и наедине друг с другом оставлять — нифига. Это что за цирк такой?

— Послушайте, — выдохнув, я опять завела шарманку несчастной невинной (местами, хотя… какими еще местами-то?) девочки, прекрасно зная, как сильно действует на нервы любому нормальному мужику бесконечное тупое нудение, — я все же не понимаю… Давайте тут все решим… Я не хочу продолжения… И отдайте мне записи…

Ожидаемо мои слова ни на кого никакого впечатления не произвели.

Саня открыл дверь, вышел, подал мне руку. Джентльмен… Да.

Делать нечего. Изображать из себя еще и упрямую козу в довесок к непроходимой нудне смысла не было. Разозлю еще. Мало ли, какие они в гневе?

— Пошли, малыш, — встал рядом со мной с другого бока Гном, — пообщаемся в неформальной обстановке. Ты нам все расскажешь. Все-все.

— Что именно? — насторожилась я тут же, — я уже все рассказа…

В этот момент Гном мягко подтянул меня к себе, так же мягко, но основательно куснул сзади за шею… Дрогнули колени, я ахнула и слегка обвисла, судорожно цепляясь за локоть Сани и ладонь Гнома.

Это что за… Ой…

— Ла… — все же сумела договорить я, но никому мои слова не были интересны.

— Вкусная, пиздец, — горячо дыхнул мне в место укуса Гном, сильнее сжав ладонь.

— Гном, бля, — зарычал низко и тихо Саня, злобно оскалившись.

— Сам первый начал, — так же тихо ответил Гном, — не думай даже, о чем ты там думаешь! Понял?

В его голосе не было вечного веселья, только угроза, неушточная такая, от которой мурашки по коже побежали. И не от удовольствия, как вы понимаете.

— Ты еще мне укажи, что мне думать! — завелся ледяной Саня, а мне стало совсем страшно.

Я понимала, что нахожусь меж двух огней, и рискую тем, что меня сейчас просто на куски разорвут эти хищники.

От них такое количество тестостерона фигачило, и все на бедную меня, что от ужаса колени подгибались.

Именно поэтому я сделала то, что сделала.

Знаете, инстинкт самосохранения — это серьезно все-таки.

Я положила ладонь Сане на грудь, а вторую Гному на шею. И потянулась губами к Сане, перед этим быстро оглянувшись на Гнома печальными испуганными глазами:

— Мне страшно просто… Очень страшно… — прошептала я в губы Сане, и увидела в глубине его ледяных глаз с уже было зародившимся боевым безумием что-то черное и обволакивающее. Марево предвкушения… Не ошиблась я, похоже, в своих оценках. Этот мужчина любил беззащитность. И хрупких дев, которых надо спасать. И трахать потом, само собой. Такой своеобразный рыцарь-изврат.

Получив нужный отклик, я, не оглядываясь, прижалась задницей к паху Гнома, типа нечаянно совершенно, просто неудачно отклонилась, с кем не бывает?

И меня тут же поймала и притиснула еще крепче к самому стратегически важному месту тяжелая жесткая лапа.

— Ой… — я постаралась, чтоб мой голос был максимально удивленным, а взгляд максимально невинным…

— Бля, — прокомментировал сценку, занявшую ровно две секунды нашей жизни, Гном, — просто бля.

— Наверх, — скомандовал Саня, возвращаясь к привычной роли лидера.

Гном, тоже, судя по всему, переключившись на более приземленные, плотские вещи, чем возможная переделка добычи путем разрывания ее на неравные части, молча кивнул и настойчиво подтолкнул меня к двери.

И я пошла, да.

Уже молча.

Мои Деды Морозы, которые теперь неисповедимыми кармическими путями превратились в моих боссов, шли по обе стороны от меня, очень близно, постоянно касаясь ладонями, направляя, тяжело косясь, обшаривая взглядами и вводя этим в какой-то странный предвкушающий транс.

Я знала, что случится, стоит нам всем троим переступить порог квартиры. И знала, что не против этого. Мое тело не против. И сейчас внутри меня идет активная пропагандистская кампания в пользу перспектив шикарного секса с двумя роскошными самцами.

И явно мозг в ней проиграет позиции.

Ну и пусть.

Будем надеяться, что к утру они вымотаются, а меня не заездят до степени нестояния на ногах.

И я смогу повторить фокус с внезапным исчезновением снова. Данные предварительные я взяла, они у меня с собой. Передам их Корнею и свалю, только меня и видели.