Куплю твою любовь - Айрин Лакс

— Ты про то, что он подыскивает одиноких богатых наследниц и обманом отбирает у них все.

— Каждый крутится как может, — пожимает плечами Адвокат. — Ты убираешь людей, он избавляет глупых дурочек от соблазна большими деньгами. Та же самая Марианна Золотникова.

— Что тебе Марианна Золотникова? — каменею.

— Она хотя бы догадывается, насколько богата? Она может управиться с этим всем и не растранжирить за считанные часы?

Отмахиваюсь от этих мыслей, просто оставляю вопрос Адвоката без ответа. Не хочу думать. Однако слова Адвоката зародили семена сомнений, и я начинаю понимать, что для Мари нужно обеспечить безопасность не только на уровне избавления от угроз жизни, но и финансовую безопасность — тоже!

— Бумаги, которые подпишет Леонид, гарантируют возможность передачи собственности как в форме продажи, так и дарения, сдачи аренды и совершения любых других действий, связанных с отчуждением и дарением. Марианне недвижимость попадет через три-четыре сделки. Чистой, — объясняет Адвокат.

— Так же, с паузой во времени? — скриплю зубами.

— А чего ты хотел? Ты попросил меня разобраться бесшумно, я разбираюсь бесшумно. Хочешь, чтобы девчонка получила все прямо сейчас? Окей. Я могу устроить и оформить все, не парясь. Однако это привлечет много ненужного внимания и вызовет подозрения в исчезновении Андрополоса.

Услышав это, мерзавец замирает.

— Подписывай! — толкаю Леонида.

— Ради всего святого, пусть не запачкает гербовую бумагу ни соплями, ни слезами, ни кровью! Я люблю порядок…

— Будет тебе порядок. Главное, сделай так, чтобы Мари получила украденное.

Адвокат бросает на меня осторожный взгляд поверх очков. Его пальцы порхают над клавиатурой нетбука.

— Смотри, куда отправляешь деньги! Я хочу, чтобы Марианна получила все, до последней копейки.

— Все до последней копейки не получится. Есть банковская комиссия. Есть комиссия за мои услуги. Ты же помнишь, что я стою недешево…

— Как я уже и сказал, деньги за услуги возьмешь с меня. Девчонка должна получить все.

— Какое рвение! Банковскую комиссию тоже потом посчитать отдельно?

— Главное, деньги перегони. Мелочевку потом посчитаешь.

— Потом может быть поздно, — двигает к себе блокнот и заполняет его бисерным почерком, выписывая в столбик цифры.

Он всегда был аккуратистом, никогда не любил мараться. Пачкался только в крайних случаях, когда пролития крови было не избежать.

— Где девчонка? — интересуется между делом Адвокат. — Она не создаст нам дополнительных сложностей?

— Девчонка в комнате сидит.

— Не помешает? Не сбежит?

— Ни то, ни другое. Все под контролем.

Моя Анна-Мария. Снова сердце делает мертвую петлю в груди.

Не могу не думать о ней, но и перестать злиться на ее выходку тоже не получается. Злюсь и заранее тоскую, потому что лучше нее знаю исход. Ее придется спешно припрятать, а самому отправиться путать следы и уводить настойчивых недоброжелателей как можно дальше.

Сколько дней у нас было? Пальцы холодеют. Так мало…

Катастрофически глупо проебать все перспективы. Надо уметь. Так умеет делать только Мари, уверен. Я ее почти ненавижу в этот момент, когда понимаю, что даже так не получается уничтожить привязанность, вырвать с корнем, чтобы успокоиться и не грузиться так сильно, как происходит каждый раз, стоит мне только подумать о ней.

— Пропустил, удод! Здесь подписывай! — тыкаю Леню дулом пистолета в затылок.

— И все же. Что за девчонка? — интересуется Адвокат. — Особый клиент? — пускает усмешку.

— Это так принципиально важно знать? Да. Особый.

— Заметил, — вновь переводит взгляд на экран. — Работу и личное не стоит мешать. Всегда получается дерьмо.

— Говоришь на собственном опыте?

Кивает.

— Оставляй эмоции дома.

— Как раз его у меня сейчас нет, — растираю ноющую переносицу.

— Не помешало бы завести.

— На себя посмотри.

— У меня есть роскошный дом, — улыбается. — Вся работа остается за его стенами.

— И что с того? В этом доме тебя кто-нибудь ждет? Если нет, то твой роскошный дом мало чем отличается от моих конспиративных хат.

— Надо же как ты заговорил.

Поймав мой холодный взгляд, Адвокат замолчал, постучал еще немного клавишами в полной тишине и решительно захлопнул крышку нетбука.

— Уже закончил? — удивляюсь его скорости.

— Настроил автоматическую отправку. Денег много, — объясняет. — Надо будет посматривать время от времени. Но мои способы работают, как часы. Вижу, что и вы почти закончили. Но есть одна загвоздка.

— Какая?

— Три объекта оформлены не только на Леонида. Совместная собственность. Леонид может передать кому-то свою долю, но продать без второго собственника не получится!

— Черт побери! Кто это?!

— Спроси у Леонида. Я лишь предупредил.

— Роскошная недвижка?

— Я бы не сказал, что роскошная. В разы уступает этому дому. Но во всяком случае, недешевая.

— Кому ты еще продал недвижимость? Кто с тобой в доле?

Леня едва мямлит разбитыми губами, с трудом разбираю ответ. Оказывается, Леонид сейчас работает не один. До интрижки с Мари он был помощником своей мамаши, которая облапошивала мужчин, но потом решила сделать ставку на своего сыночка, привлекательного внешне… Они решили дурить еще и девушек!

Леонид мотал все это на ус, интрижка прошла, как надо. Они избавились от Кулагина, Леонид удачно женился на Мари, ограбил до нитки и продал на аукционе. Здесь в плане заговорщиков должно было присутствовать спасение мамочки из тюрьмы, организация побега.

Мамаша ждала, что сын, которого она всему научила, вытянет ее из тюрьмы, как и договаривались. Но Леонид, провернув аферу с Мари, понял, что научился всему, что знала его мамаша. Она стала для него обузой, амбиции взяли верх.

Леонид организовал побег, но нарочно сделал все из рук вон плохо и через подставных сдал правоохранительным органам мамашу. Дамочку поймали и к сроку за убийство добавили срок за попытку побега, перевели на более строгий режим. Леня от мамаши избавился, остался при своих деньгах, но видимо, взял помощника!

— Как его зовут? Имя!

Леня бормочет что-то едва разборчиво.

— Настоящее имя, кретин. Не подставное лицо из бумаг.

— Нет-нет, там все настоящее. Все. Теперь вы меня отпустите? — спрашивает с надеждой.

Он уже не надеется остаться в выигрышной позиции, просто хочет жить.