Волчья западня - Грушенька Светлова

Все же я схватила Иринку за куртку, грубо притянув к себе, когда мы уже немного углубились во тьму деревьев.

— Слушай… Давай попробуем пройти еще немного вглубь, потом взять левее и идти вдоль края леса. Если никто на нас не нападет, можем попробовать вернуться обратно к дому. Я украла ключи от чьей-то машины… Свалим отсюда к черту… если, конечно, выживем…

Иринка тяжело вздохнула, поднимая на меня виноватый взгляд.

— Я… не думаю, что они собираются нас убивать… К тому же ты забываешь о тех, кто не пошел с остальными на охоту… Мы ведь не знаем, где они… Но я сделаю все, что ты скажешь. Прости меня, Катюша! Я была такой дурой! — подружка бросилась ко мне, сжав в объятьях, и какое-то время мы стояли, судорожно сжимая друг друга, будто подпитываясь таким образом теплом и энергией. — Ты простишь меня когда-нибудь?! — спросила подруга наконец.

— Я… я не знаю… — выдавила из себя с трудом, зато честно. Все же этим кошмаром мы во многом были обязаны ей. Как можно было знакомиться черт знает с кем на трассе?! Впрочем, теперь было не до выяснения отношений. Понимая, что слова больше не имеют значения, мы вновь молча побрели в чащу, где, чем дальше, тем гуще становились заросли, сухостой и бурелом.

Когда кто-то вдруг появился совсем рядом, почувствовали это сразу. Паника заставила окаменеть, онеметь, забыть, как дышать. Прижавшись друг к другу, мы вглядывались широко распахнутыми глазами в темноту перед собой, ничего не видя, но кожей ощущая движение, дыхание, взгляды, угрозу. Совсем близко, всего в десятке метров вдруг послышался оглушительный волчий вой. Ему тут же ответил другой, третий, четвертый, пятый… Мы потеряли счет, а дикие звуки уже раздавались со всех сторон, будто взяв в кольцо и лишая понимания, куда бежать, где искать спасения. Ноги и руки тут же стали коченеть.

— Д-достань телефон… в-включи фонарик… — почти беззвучно пробормотала Иринка, давясь словами.

Даже не в состоянии оценить целесообразность ее предложения, тут же сунула руку в карман, сняла зубами перчатку и непослушными онемевшими пальцами включила свет, а потом направила его во тьму. Ответом на него были огоньки нескольких пар горящих в черноте леса глаз и вдруг ринувшаяся на нас лохматая громада. То, что это был именно волк, огромный серый волк, а не человек, я успела рассмотреть. Потом телефон выпал из рук, тут же утонув в сугробе, а мы с подружкой, уже ничего не соображая от страха, бросились бежать в разные стороны с дикими воплями. Вокруг, в плотном сумраке ночи, ожило движение. Казалось, сотни страшных тварей скакали, прыгали, возились, рычали, выли вокруг нас, так и норовя вонзить голодные зубы в ногу, в руку, а то и в лицо. Наверное, я неосознанно углублялась в лес, потому что нигде в поле зрения больше не мелькало белоснежное поле, освещенное луной. Остановиться было страшно. Оглянуться тоже. Единственное, на что меня хватало, это различать кое-как стволы деревьев, чтобы в них не влететь.

Силы таяли с каждой секундой, я понятия не имела, где я, что творится вокруг и как долго я бегу… Где-то вдруг отчаянно завизжала Иринка, и меня накрыло ужасом, словно непроницаемым куполом. «Нет, нет, нет», — зашептала про себя отчаянно, зажмурившись, прижавшись к толстому стволу дерева и крепко вцепившись в него руками. Может быть, я должна была закричать ей в ответ?! Хотя бы дать знать, что я где-то рядом?! Только сил уже не осталось даже на вдох. Еле-еле развернулась на дрожащих ногах спиной к стволу, все еще впиваясь в него ладонями по обеим сторонам. Вдруг почувствовала, как пальцы одной руки без перчатки тронуло что-то холодное и мокрое. Издала отчаянный всхлип и отдернула руку, но тут же услышала чье-то тяжелое дыхание, немного похожее на собачье, но все же не такое… будто у более крупного существа.

Я не знаю, как я не упала в обморок. Это был бы самый лучший вариант для меня — отключиться и ничего не видеть. Но только сознание не собиралось отключаться. Восприятие, напротив, обострилось. Усиленно вглядывалась в оживающую передо мной черноту, распахнув глаза и облизывая замерзшие пересохшие губы. Теплое дыхание обдало лицо. Что-то твердое и тяжелое уперлось в грудь и придавило грудную клетку, не давая дышать. Отвернулась, зажмурилась и замерла, не смея пошевельнуться, пока нечто обнюхивало меня в темноте, тыкаясь мордой мне в лицо и в шею. По щеке и губам прошелся горячий язык. Блин, могла ли я надеяться, что это какая-то добрая милая и дружелюбная собачка?.. Что-то я сомневалась… Словно в подтверждение, прямо перед лицом раздался грозный злой рык, морда щелкнула зубами, схватила меня за шарф и резко дернула. Потом зарылась носом под одежду и щекотно заскользила языком по шее и плечу. Невольно затрепыхалась и вскрикнула. Монстр зарычал громче, еще раз щелкнул зубами и потянул за куртку, а еще переместил лапы мне на плечи, сжал их и тряхнул. Вся оторопев, осознала, что волчьими лапами он такое точно не смог бы сделать. Где-то у правого уха вдруг раздался хриплый смешок. Горячий язык лизнул вновь, вызывая крупную дрожь и озноб по всему телу.

— Я поймал тебя, розочка… — прорычал до неузнаваемости измененный голос. — Не нужно бояться… Будет немного больно, но потом мы продолжим в доме, и ты останешься довольна…

Жаркое дыхание переместилось к губам и их вдруг накрыло теплым ласкающим поцелуем. Руки тут же дернулись вперед, пытаясь оттолкнуть это существо, но под пальцами оказалась гладкая и горячая человеческая кожа, разве что немного покрытая мягкими волосками. Уперлась в мужскую грудь и замычала, немного успокоившись, что рядом все-таки человек, и в то же время приходя в гнев. Поцелуй стал настойчивей, глубже и болезненней. Языком почувствовала крупные острые клыки. Чужие руки крепче сжали плечи, а потом переместились на талию и притянули. Животом ощутила нечто огромное и твердое между нами. Запаниковав, стала сопротивляться яростнее, заколотила кулаками в грудь и укусила. Грубые пальцы схватили мое запястье, больно дернули руку и резко опустили вниз.

— Ласкай здесь, глупая девственница… — ухмыльнулся мой мучитель, прижимая руку к окаменевшему горячему члену и нетерпеливо перемещая ее вверх-вниз.

— Артем, не н-надо… — пролепетала, плача, с ужасом ощущая под пальцами эти дикие габариты и пытаясь вытянуть руку.

— Что, впечатляет? Хочешь с этим поиграть? Знаю, что хочешь, розочка, потому что чувствую твою течку… Ты ведь не можешь отрицать, что очень сильно на меня реагируешь, не так ли?

— Ты считаешь, что все, кого ты насилуешь, тебя хотят? — возмутилась, продолжая упираться и вырываться.

— У меня нет необходимости насиловать. Меня просто хотят…

— Я тебя не хочу! И я тебя не боюсь.

— Сейчас снимем с тебя трусики и проверим… — Не успела даже сделать вздох, как меня схватили за волосы и за куртку на спине, и одним рывком развернули, толкнув лицом в дерево. Ударилась грудью, поцарапала о кору лицо, крепко ухватилась за ствол, чтобы не упасть. Грубая лапища дернула вновь, на этот раз за пояс брюк, заставляя отставить попу.

— Помогите! — зарыдала жалобно, прекрасно понимая, что помогать тут некому. Возможно, Денис оказался слабее Артема в облике волка. Может быть, усмирить его помогли другие… А еще он мог просто наплевать на меня, находясь в таком же одержимом состоянии… — ПОМОГИТЕ! А-А-А-А! — заорала, как бешеная, изо всех сил вновь прижимаясь к дереву, несмотря на то, что сильные руки жестоко тянули к себе с такой силой, что, казалось, могли разорвать на мне и джинсы, и куртку пополам.