В городе жестоких людей. Девочка из прошлого - Арина Александер

«Сначала было слово и слово это…» Нет, не так…

Сначала была вспышка. Яркая. Давящая на глаза. Даже под веками чувствовалась глазная боль. По каким-то внутренним ориентирам поняла, что давно день. Но даже такое элементарное движение, как просто открыть глаза, было сродни восхождению на Эверест. Лучше ещё полежать, предоставляя организму возможность прийти в себя.

Потом оживился мозг. Заактивничал, злорадно подсовывая обрывки вчерашнего дня… вечера… ночи… Как ни странно — помнила всё. Не дословно конечно, но достаточно, чтобы осознать — это полный мандец.

И Андрея вспомнила, и вино, и то, к чему оно привело… Так, лучше не думать об этом, а то снова затошнило. Спокойно. Вдох… Выдох… Полный релакс… Без паники. Она вчера слила Леонида, наплевав на последствия. Че-е-ерт…

Боялась даже представить, что сейчас испытывает Денис. Что думает о ней, об отце, о ситуации в целом.

Перевернулась на спину, продолжая лежать с закрытыми глазами. Наконец смогла выговориться. Заче-е-ем?.. Ну, кто её тянул за язык? Легче стало? Вчера казалось, что да. Сбросила с плеч давящий груз и переложила на Дениса. Зашибись.

То, что дура — поняла ещё давно, но чтобы вот так? Ещё и рыдала на нем… Что он там говорил? Хоть убейте, не могла вспомнить. Зато свое "выступление" помнила "от" и "до".

Господи, второй раз выставила себя не в лучшем свете. Реально жить не хотелось. Протяжно застонав, перевернулась на живот, уткнулась лицом в подушку. Принюхалась. Не поняла? Ещё раз. Этот запах… мужской. Цитрус… ещё полынь…Так пах только Денис.

Смутная, и в то же время ошеломляющая догадка оглушила головной болью. Выстрелила в висок, заставив подорваться с подушки и… обалдело уставиться на притихшую в ногах Лилю.

Шок!!!

Ксюша открыла, а потом закрыла рот, не зная, что сказать. Это как бы…

Обвела глазами незнакомую комнату, вернулась обратно к улыбающейся девочке и заторможено подтянула к груди одеяло, обнаружив, что вместо майки на ней свободная футболка. Чья? Судя по свисающим до локтей плечевым швам — Дениса.

— А папа сказал, что ты проспишь до обеда, — заявила Лиля, неотрывно наблюдая за Ксюшей. — Что ты приболела, и приказал не будить тебя. Это папина кровать, между прочим, — добавила со знанием дела, забавляясь коротенькими косичками. — Я всегда с ним смотрю мультики по утрам, а сегодня меня выставили за дверь, — пожаловалась, осторожно подкрадываясь на четвереньках к Ксюше, словно боялась, что она может рассердиться. — Только тихо, ага? Я сбежала от папы, — прошептала доверительно и не получив по этому поводу никаких возражений, быстро юркнула под одеяло, умащиваясь на свободной половине. — Посмотрим вместе мультики?

Что? Папина кровать? Ксюша сжала одеяло руками, замерев в сидячем положении, а Лиля со знанием дела просунула руку под её подушку и достала пульт.

— Папа вечно прячет его, — пожаловалась, включая плазму. — Думает, я не знаю.

Ксюша очумело кивнула своим мыслям, продолжая наблюдать за девочкой. В голове не укладывалось. Ну, Денис… Это же надо до такого додуматься? Просила ведь, по-человечески.

— Ээ-э… Лиля, — горло охрипло, пришлось прокашляться, смягчая голос, — а папа… где спал?

Лиля ненадолго отвлеклась от «Фиксиков».

— Со мной, в детской.

Ясно… Вернее, ни черта не ясно.

— А сейчас он где?

— На кухне с Олечкой, помогает готовить завтрак. Ты не переживай, нас позовут кушать, — беспечно отмахнулась, дескать, не парься, а лежи и наслаждайся просмотром. И главное, так спокойно отреагировала, словно Ксюша каждый день просыпается в постели её отца.

Стоп!!! А как же Ольга?

Замотала головой, стряхивая остатки сна. Абсурдность ситуации убивала. Она тут, в его постели?! Ладно, ребёнок… Видно, что Ксюша ей нравится и в своей детской непосредственности ей далеко до таких тонкостей, но Ольга?.. Как бы она сама отреагировала, обнаружив у себя в комнате чужую бабу? Стопроцентно убила бы.

Отсюда нужно уносить ноги, и как можно скорее.

Но задуманному не суждено было сбыться, потому что в комнату заглянула та самая Ольга. Если бы можно было провалиться со стыда — Ксюша провалилась бы с огромной радостью.

— О, ты уже проснулась! — удивилась, заметив бодрствующую Аврахову. — Или тебе помогли? — пожурила пальцем Лилю и, подойдя к девочке, мягко забрала пульт. — Пойдемте завтракать, пока всё не остыло.

На Ксюшу не смотрела, но окончание «те» подразумевало её присутствие. Это такая ситуация, когда хочешь стать невидимым и исчезнуть с лица земли. Чувствовала в свою сторону нескрываемое отторжение.

Оля выключила телевизор, подняла малышку на руки и вышла из комнаты, одарив при этом Ксюшу осуждающим взглядом. Мдааа… Слов нет, одни эмоции.

Оставшись одна, вскочила с кровати и принялась искать свои вещи. О том, кто их снимал, даже не хотелось думать. Стыдоба-а-а, да и только.

Шорты обнаружила на быльце, а вот майка… Покрутила в руках бордовое уродливое пятно и сжав в комок, сунула в стоявшую у кровати сумку. Дома выбросит. Придется одолжить футболку у Дениса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Заплетая в спешке волосы, не заметила, как на пороге спальни замер тот самый виновник её позора.