Его ошибка - Тина Рамм

Последнюю неделю Адам спал в моей комнате, в моей кровати. Приходил он поздно ночью, но даже сквозь сон я чувствовала его присутствие.

Я знала, что я не безразлична ему, это видела в его взгляде. Каждый раз, обращая на меня внимание, суровость его глаз сменялась на мягкость.

Что произошло с тем парнем, я не знаю. Его госпитализировали в больницу, и больше я его не видела. Адам рассказал небольшую историю: этот парень пришёл к нему за помощью, у него были огромные проблемы с деньгами и бандитами, и Адам помог ему, дав денег и защиту. Адам дал ясно понять, что жизнь этого парня испорчена, и что ему больше никто не сможет помочь.

Во мне все радостно трепещет от того, что Адам готов убить за меня. Рядом с ним я чувствую себя защищённой и нужной. Это так парадоксально, особенно если вспоминать наше знакомство. Но я стараюсь не думать об этом.

В этот вечер Адам вернулся намного раньше, и наделась провести этот вечер вместе.

— Я дала Марии Герасимовне возможностью отдохнуть, — говорю я, облокачиваясь на столешницу и надкусывая сельдерей. — Вы совсем ее загоняли, она не вылезает из кухни.

— Значит ты всех нас лишила ужина, — Адам стоит напротив, наливает воду из фильтра и подносит стакан ко рту.

В гостиной Мэт смотрит эпичный боевик, а Мария Герасимовна рядом вяжет плед, всячески оставляя комментарии к фильму.

— Вот какого ты мнения обо мне. Думаешь, что я не умею готовить?—

На лице парня появляется улыбка. На нем темно-синяя футболка и серые спортивные штаны. Обожаю, когда он такой домашний.

— Ты будешь помогать мне, — я тянусь к посуде, которая лежит на верхней полке. Адам подходит сзади и помогает мне достать приборы. Его грудь касается моей спины, и в месте соприкосновения меня обжигает огнём, оставляя мурашки на всем теле.

— Я с 16 лет не держал в руках кухонный нож, — его руки ложатся мне на талию, прижимая бёдра к телу.

— Это исправимо.

Я протягиваю парню доску, нож и шампиньоны. Он режет слишком медленно, получаются неровные и толстые кусочки. Эта картина вызывает во мне улыбку, и в голову сразу приходит мысль о семье. Я тону в своих мечтах, в которых у нас с Адамов семья, дети и большой дом. Довольно банально, но я не могу перестать думать об этом. Не знаю, хочет ли Адам детей, но даже если хочет, то возникает вопрос являюсь ли я той, с которой он готов создать семью. У него было очень тяжело детство и тема семьи для него очень больная.

— Готово, — Адам вырывает меня из моих размышлений и замечает мое хмурое выражение лица. — Что-то не так? — я мотаю головой и забираю у него нарезку.

— Я хочу продолжить учебу. Не могу сидеть без дела и понимать, что я просто так теряю время, пока мои друзья получают образование. Тем более мой отец очень хотел, чтобы я получила высшее образование, и стала отличным врачом.

— Ты уникальная девушка, Марта, — я продолжаю резать овощи, Адам следит за каждым моим движением. — Обычно женщины рады сидеть дома, и тратить деньги.

— Мне жаль, что ты встречал только таких девушек. К твоему сведению, есть женщины, которые отказываются зависеть от мужчин.

Он с интересом рассматривает мое лицо.

— Ты можешь вернуться на учебу, если так хочешь. Но я должен знать о каждом твоём шаге.

— Звучит не очень. К чему это все? — я резко отдёргиваю руку от горячей сковородки. Адам резко напрягается, это я понимаю по тому, как на его лице начинают бегать желваки.

— Есть кое-какие проблемы.

— Что ты имеешь ввиду?

— Тебе не о чем беспокоится.

— Скажи, это связано с Вождем?

— Да.

— Что происходит? — волнение внутри меня начинает набирать обороты. Я отбрасываю ложку в сторону и напрочь забываю о готовке.

— Ничего, Марта. Ты задаёшь слишком много вопросов. Если я сказал, что тебе не о чем беспокоиться, значит так и есть на самом деле. — Адам засовывается руки в карманы штанов.

Я молча отворачиваюсь к плите. Адам постоянно что-то скрывает от меня, если у него будут проблемы, то я об этом никогда не узнаю. Ещё одно качество Адама. Не знаю хорошо это или плохо. Но теперь я начинаю волноваться.

Ужинаем мы все вместе. Мэт весь вечер рассказывает истории с детства: как они познакомились с Адамом, их юность, в какие передряги они вляпывались. Это все было ужасно смешно, и после ужина от смеха у меня болели передние мышцы живота. Все разошлись по комнатам. Я убрала со стола и начала складывать посуду в посудомоечную машинку.

На лестнице послышались шаги и в дверном проёме кухни появился Адам. По спине пробежали мурашки от того, как он смотрел на меня. Я повернулась и облокотилась спиной об столешницу. Его взгляд блуждал по поему лицу, а после, медленно спускаясь вниз, по моему телу.

— Что делал?

— Работал, — Адам преодолел расстояние между нами и остановился напротив меня. — Больше не хочешь сбежать, Марта?

Повисла тяжёлая и гнетущая пауза. Я отрицательно мотнула головой и смахнула с лица выбившуюся из хвоста прядь волос.

— Если бы хотела, давно ушла. Ты бы меня никогда не нашёл, — я положила руку на его грудь, его сердцебиение глухими толчками отдавалось в мою руку.

— Боюсь, что ты ошибаешься. Я найду тебя даже если ты будешь на другом конце света.

Я промолчала. Лишь сделала глубокий вдох и обвила его шею руками. Его грубые руки притянули меня к себе за талию. Наши лбы соприкоснулись и я закрыла глаза.

— Знаешь, это все так странно, — я улыбнулась и посмотрела на него.

— Что именно?

Кухня была окутана полумраком, лишь небольшие потолочные лампочки освещали помещение, создавая томную и романтическую обстановку. За окном тихо гулял ветер, обдавая наши тела приятным тёплом через полуоткрытое окно. Казалось, будто в этом доме мы совсем одни. Так спокойно и хорошо.

— Совсем недавно ты говорил, что я пустое место, — я заглянула в его глаза. Они действительно были похожи на льдинки. — А сейчас мы здесь, вместе.