Лапочка для Демона - Татьяна Анина

Игорь усмехается. Это я никак не могу трактовать. Не понимаю, что его повеселило. Замолкаю удивленно и немного обиженно. Хотя… История и в самом деле идиотская, правильно он смеется.

Поделом мне, дурочке.

— Ты ушла от него? с большим интересом спрашивает Игорь. А сам опять ковыряется в ноуте, что-то быстро набирает. На меня не смотрит даже, словно ему и дела нет до моего рассказа.

— Да, он сказал, что я не зарабатываю… Что не удовлетворяю его, как женщина. Ушла. А через полгода тот дом с квартирой, которую я за копейки им продала, расселили. Жильцам дали новое жилье. И его мама получила отличную жилплощадь. Они, оказывается, знали, что дом будет расселяться. Лада, кстати, тоже получила, Но ей теперь не нужно.

Игорь не комментирует никак, опять только усмехается криво.

— Сошкин Андрей Викторович? Его мать Сошкина Валентина Петровна?

— Даааа… тяну я, лихорадочно припоминая, когда я называла фамилию бывшего. И имя его матери. И нет, не называла… Откуда ты?..

— Смешная ты, Лапа.

Он говорит. Это все без улыбки, и опять не смотрит на меня! Совсем!

Почему-то именно это, а не сам факт, что Игорь как-то очень уж быстро нашел информацию по моему бывшему, удивляет. И обижает.

Почему не смотрит? Настолько противна?

Я замолкаю, разглядываю его. Игорь не отрывается от экрана. Пальцы его, снежные, белые, длинные пальцы музыканта, летают по клавиатуре, слепым методом набирая нужную информацию. На. Это приятно смотреть, как и на любую профессиональную работу.

И я смотрю. Залипаю на волшебный танец пальцев, на отражение выведенного на экран текста в светлых острых глазах. На губы, пухлые, что кажутся мягкими. Прядь волос, упавшую на лоб.

Красивый. Мамочки, какой красивый.

Усмехается, перехватывая мой завороженный взгляд. И я торопливо отворачиваюсь.

Мне жаль, что он такой же, как и все мужчины. Злой и жестокий. Такой привлекательный для меня, и здесь дело не только в его внешности. Глубокое одиночество, которое его мучит, заметно любому, умеющему. Это понять человеку… Но. Это все скрыто за грудой ледяных камней, которые я никогда не смогу разгрести, потому что меня даже близко не подпустят.

Смаргиваю, отмечая на глазах слезы. Черт… Ну вот что я за человек такой? Плачу все время.

— Я знаю, что ты думаешь… начинаю я, не собираясь выдавать свои эмоции, Но он перебивает жестко:

— Нихрена не знаешь. И лучше тебе не знать.

Я замолкаю с открытым ртом, не понимая, как реагировать на его неожиданную грубость.

— Говоришь, когда я спрашиваю! продолжает он, опять отворачиваясь к экрану. И. Это хорошо, а то от его глаз гипноз какой-то, ступор. А теперь подробно, с чего началось твое путешествие в Москву в роли проститутки.

— У меня был бизнес-план.

Встаю, чтоб отвлечься и переключиться, начинаю мыть посуду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍По-деловому выкидываю яичницу в мусор и, не найдя средств для мытья посуды, определяю сковороду в горячую воду.

— Почти все истории так начинаются, ровно подгоняет меня Игорь, что за план?

— Вышивка. Видел, я подарила Ладе и Петру Григорьевичу на свадьбу постельное белье? И двойняшкам их вышила одеялки… И платье свадебное Ладе.

— Хорошая работа, кивает он, дернув углом губ. Наверно, не хочет, чтоб я заметила его эмоции.

Одобрение. Но я замечаю и улыбаюсь этой скупой похвале.

— У меня было много заказов. Для того, чтобы начать зарабатывать, мне нужна была хорошая вышивальная машина. А хороший агрегат, я посмотрела на его кофемашину, стоит очень дорого.

— Взяла в долг, констатирует Игорь. Название фирмы.

— «Деньги в долг», так и называется, я забираю его чашку и тоже мою. Игорь за этим следит с неподдельным и непонятным мне отвращением. Даже отрывается на секунду от своего компьютера.

— Мне бы никто не дал просто так. Я неплатежеспособная, без поручителей.

— Договор где? В облаке есть?

— Да, на моей почте, киваю я. Договор, конечно, рабский, Но я точно знала, что выплачу.

— Значит, наебали с машиной… утвердительно говорит он, что-то читая на экране ноута.

Он что, копается сейчас в моей почте?

Я вытягиваю шею, пытаясь глянуть в экран монитора, Но Игорь резко разворачивается, и я встречаюсь с его холодным взглядом.

— Адрес сайта помнишь?

— Да. Они взяли деньги и исчезли.

— Название говори.

— Вышивальные машины, оверлок, говорю я. Слитно, латинскими буквами.

— Домен?

— Это как?

— Точка ком, точка ру. Что на конце было?

— Кажется, точка ком, а может точка орг.

Он опять дергает углом губ, и эмоция тут уже другая. Презрение.

Ну и ладно.

Сама дура, знаю. Не новость.

Игорь погружается в свой компьютер с головой, а я отвлекаюсь тем, что пытаюсь навести порядок на кухне. Расставляю посуду на места. Прохожу мимо Игоря, немного задеваю его.

И удивленно отшатываюсь, потому что он резко подается в сторону, словно не желая даже легкого прикосновения!

Я прокаженная, что ли?

Почему тогда вчера спасал? На руках нес?

Или. Это после моих откровений у него такая реакция?

Поджимаю губы, ни слова не говоря больше. Закрываю очень полезную кофемашину створочками.

Соблюдаю красоту.

— Тряпочки не хватает, пытаюсь нарушить тишину, Но Игорь не отвечает.

Сидит, пальцы летают по клавиатуре… Не уходит в свою комнату и меня словно не замечает.

— Я у Лады в долг возьму. Верну.

Зачем я. Это говорю? Наверно, все за тем же. Чтоб не молчать. Ледяное. Это молчание. Убивает.

Игорь поднимает на меня взгляд колючий и терпеливо, словно робот, повторяет:

— Я же тебе, Лапа, объяснил. Не получится деньгами откупиться. Они на принцип пошли.

— Но что же делать?

— Конкретно тебе заткнуться. Все, что могла, ты уже сделала. Он опять погружается в работу, бормочет, откуда только такие, как ты.

Я не отвечаю, чтоб опять на грубость не нарваться.

Мы молчим. Стоим на кухне. Он, вроде, у себя дома и делает то, что захочет, а я совсем теряюсь. Нужно что-то говорить, как-то общаться… Или нет? Зачем он вообще меня… Если так мешаю? Если так презирает? Если так… Ненавидит?