Охота на волка - Марианна Кисс

Полгода назад…

Да, я виноват.

В том, что люблю её так сильно.

Из здания меня выволакивали, а я кричал, сопротивлялся и дрался.

— Я приду к тебе Степан, подожди, дай время. Бабками подавишься, кровью заплатишь. Сука! Отдашь столько же сколько взял!

Кричу. Кому? Не знаю. Не вижу. Лица слились.

— Андрей, уходи, полиция уже едет, — сказал одни из охранников.

Тот самый, который каждый день улыбался мне и говорил — доброе утро. Они все против меня, все. Хорошо, тогда я против них.

Оттолкнулся от человека в форме охраны и пошел, не разбирая дороги.

Месть. Только месть. Заплатят кровью.

Я шел куда-то, разговаривал сам с собой. Обещал проклятья на все головы. Обещал вернуться и поджечь их нахер. Всех, всех. Пусть горят в аду. Как я горю. Каждый день сгораю. Исчерпываю себя. Каждую молекулу своего тела исчерпать и погибнуть на пепелище этого костра. Буду смеяться и танцевать. Буду любоваться, как мучаются они и извиваются в последних судорогах.

Я сам устою это для них. Сам. А дальше неважно.

Когда я остановился, было уже темно. Осмотрелся, стою напротив пятиэтажки. Сбоку вывеска. Маленькая, стрёмная. Вывеска — Бар.

Вот, как раз подойдёт.

Пошел прямо на огонёк.

В полутьме бара, сначала доходил до нужного градуса восприятия действительности. Пил рюмку за рюмкой и бросал тупые взгляды в зал.

Обычно я не высматриваю девушек, но сегодня какое-то больное, совсем неприсущее мне поведение, вело куда-то, независимо от меня самого.

Я повернулся и осмотрел помещение.

Вот, сидит, разглядывая что-то в телефоне, одинокая девица. Сигарета медленно тлеет в её пальцах, губы в тупой усмешке. Красные, полные губы. Тёмные волосы сползают на грудь толстыми змеями.

Я оттолкнулся от барной стойки и пошатываясь пошел к столику. Громко отодвинул стул и сел, напротив затянутой в чёрное платье девицы. Ухмыльнулся.

Декольте почти полностью открывало её круглые груди. Чувствовалась некоторая теснота в бюстгальтере, но на лицо девка вполне ничего. Тонкие её руки легли на стол. Она посмотрела нагловатым взглядом и пошло разглядывая меня усмехнулась:

— Чего тебе? — прокурено прохрипела она, затянулась и выпустила мне в лицо струйку отвратительного, ментолового дыма.

— Может, пойдём отсюда, — скривил я пьяную улыбку.

Хотелось наплевать на всё, забыть всю свою жизнь и начать её с нового.

С чего-то очень плохого. Раз хорошее не получилось.

Трахнуть шлюху и упиться с ней вусмерть — самое оно.

— Нет. Сейчас придёт мой муж, — довольно улыбнулась девица. Видно моё внимание польстило ей.

Я засмеялся глухим, невесёлым смехом и удивлённо уставился на эту разукрашенную шлюху.

— Муж? — сказал с насмешкой.

Лицо её сразу стало недовольным, злым и каким-то даже некрасивым. Она скривила губы и резко сказала:

— Пошел на ***й отсюда.

— Ты серьёзно? У тебя есть муж? — я снова принялся смеяться.

Но тут, кто-то положил ладонь мне на плечо.

— Старик, я вижу у тебя проблемы.

Обернулся и увидал здоровенного мужика, что возвышался почти до самого потолка этого отстойного бара. Рядом, двое таких же.

Кожаные черные куртки, лица помятые в драках, не предвещали ничего хорошего.

Но я, будто влез в автомобиль без тормозов и не хотел звать на помощь или выпрыгивать. Несусь по этой опасной дороге в конце которой черная дыра и не желаю сворачивать.

— Это у вас сейчас будут проблемы, — громко сказал я и встал, хватаясь за куртку и упираясь в грудь мужику.

— Хорошо, — тот взялся за мою куртку и потащил меня к выходу.