Любовь на спор - Марина Глебова

Весь день, до самого вечера я не вылезал из отчетов и бухгалтерии. И времени на не относящиеся к работе темы практически не было. Но поздно вечером, когда ехал домой, опять вспомнил ее волосы, с фруктовым ароматом, то ли шампуня, то ли духов.

Таким одновременно сладким и свежим.

Утром я задумался, и  проходя мимо приемной гендиректора, машинально завернул налево. К кабинету Инги.

Может пора положить конец этому обоюдному молчанию? И просто поговорить?

Я решительно открыл дверь. Место секретаря, конечно, было пустым. Я вообще не понимал, как эта девушка умудряется работать на подобной должности. Потому что обычно она присутствовала где угодно, только не в приемной. В кабинете тоже никого не было. Верочка нашлась у кофемашины, как обычно.

- Вера, мне кажется, что  Вы злоупотребляете кофе, - я мягко положил руку на ее талию. Та обернулась, довольно улыбаясь: - Кирилл Андреевич, доброе утро!

- Вера, где ваша начальница? – я убрал руку и лицо секретарши приобрело обычное сосредоточенное выражение, - мне нужно поговорить с ней.

- Инга Станиславовна улетела в отпуск, - Вера сполоснула чашку и убрала ее в шкафчик, - на неделю. А Вы не знали?

Она мечтательно закатила глаза и добавила: - На море, кайф, я бы тоже не отказалась…

- Она же вчера еще была тут, - вырвалось у меня, - спасибо, Вера.

Та кивнула, внимательно проводив меня взглядом.

На море. Твою мать. Внутри медленно поднимало свою голову бешенство. Очень интересный ход. Просто исчезнуть с горизонта.

После работы я снова поехал в клуб. Нашел Лику. И целый час не вылезал с ней из приват-кабинки. Я трахал ее везде, где только можно представить. Во всех мыслимых и немыслимых позах. Лика отсасывала, издавая громкие похотливые звуки, стонала и просила добавки, насаживаясь своей накачанной задницей на мой член, но даже после этого сидя в баре, я не мог избавиться от всплывающих картинок в голове.

Рыжие волосы, которые смертельно хотелось намотать на кулак и именно ее рот долбить до самого горла, наполняя  своей спермой.  Разложить ее прямо на полу и оттрахать до криков и хрипоты в голосе. Кончать и видеть этот насквозь простреливающий взгляд зеленых глаз.

Я словно сошел с ума. Или просто был одержим этой женщиной. Это было странно и совершенно мне не нравилось. Секс должен оставаться лишь сексом. Эту истину я давно записал на стене своих личных внутренних цитат большими черными буквами.

Надо просто вышвырнуть эти мысли из головы, потому, что от них становилось не по себе.

Я твердил сам себе, что это только спор и ничего больше. И пока Инги не было, проводил вечера в клубе. Используя Лику уже намеренно. И заливаясь спиртным по самые уши после, дома. В среду утром я не поехал на работу вообще, отпросившись у Веры. Позвонил обрывавшей телефон всю неделю Анжеле и пьяные оргии перенеслись из клуба в квартиру. С заменой одного действующего лица. Анжела оказалась ярой любительницей минета. Она отсасывала с таким воодушевлением, что в какой-то момент мне показалось, что мой член так и останется в этом похотливом рту, жадно вбирающим в себя последние капли спермы. Глубоко и тесно. Охренительно по ощущениям.

Но стоило закрыть за ней дверь и опуститься на диван, как в памяти всплывали другие губы. Пусть не такие пухлые, и даже не всегда накрашенные, но…твою мать, тело сразу же отзывалось на эту картинку. Даже после многоразового траха с Анжелой.

Сегодня я опоздал на полчаса. И стоило завернуть на парковку, как первое что притянуло взгляд – серебристая  Инфинити. Сердце екнуло и забилось сильнее.

Других подобных автомобилей ни у кого из сотрудников не было. Да и соседей из офиса наверху тоже.

Вернулась.

Я сидел в машине, с зажженной сигаретой в руке и напряженно думал. От срока, обещанного тогда в баре, осталось несколько дней. И дело было даже не в новом автомобиле. Хотя, точно такой же  куплю не раньше, чем через пару месяцев.

Я выбросил окурок в окно и, выпустив последнюю струйку дыма, вдохнул разрывающий легкие ледяной ноябрьский воздух.

Дело было в ней. В этой женщине с рыжим оттенком волос и зелеными глазами.

С того поцелуя прошло уже больше недели, а я еще отчетливо помнил его сливочно-кофейный привкус. И это пугало. После Карины ни одна женщина не задерживалась не только в моей постели, но и в памяти. Выпархивая оттуда внезапно отыскавшей щель в окне бабочкой, как только я поимел ее в реальности. А Инга осталась там, в  этих длинных коридорах подсознания. И продолжала оставаться. Это уже начинало беспокоить. Заставляя задумываться. Рассуждать.

В кармане брякнул телефон. Сообщение от Макса. Я открыл мессенджер, заранее зная, что там. Напоминание о сроках. И насмешливые пожелания о смене обивки салона авто и фотографии на память.

Рыжий глумился, как маленький глупый мальчишка. Но не это было главное.

Я проиграл не Ленд Ровер. А самого себя. Этой чертовке с зелеными глазами.

Потому что не знал, впервые не знал, с какой стороны подойти к Снежной королеве, чтобы она наконец увидела во мне что-то больше, чем кусок начальника финотдела. Хотя, с такими иногда отлично работает банальная правда…И стоит попробовать…

Спустя 10 минут я стоял в кабинете Никольской: - У меня к вам деловое предложение.

Я рассказал ей все, от начала до конца. Опуская ненужные подробности. И предложил вариант, который вполне устроит всех. Фиктивный брак. И развод через неделю, скажем. Или месяц. Это уже неважно. Взамен я обещал помочь ей с рабочими вопросами. Пользуясь своими знаниями и опытом. Потому что пока я просиживал штаны в кресле начальника финотдела, успел заметить несколько недоработок и пробелов в работе не только своего предшественника, но и всего офиса в целом.

Инга молчала все  время, пока я говорил. Ни единым мускулом не выдавая своего настроения. Железная женщина.

Я сделал паузу, озадаченный выражением ее лица, и добавил: - Через несколько дней истекает срок, в который мне нужно было уложиться.

- Ветров, вы нормальный вообще? – наконец  ожила Никольская,  и  я увидел обычную человеческую реакцию, стандартную реакцию женщины на подобное предложение. Я в принципе был готов чему-то подобному. Было бы странным сразу получить положительный ответ. Поэтому заготовил несколько аргументов в свою пользу. Но Никольская не стала ничего слушать. Лишь переложила кипу бумаг на столе и снова превратилась в ледышку.

- Займитесь делом, Кирилл Андреевич.