Дети Эммануэль - Эммануэль Арсан

Съезжая с автострады, Эммануэль взглянула на попутчиков, ноони не изъявили желания выйти, и она не стала им это предлагать, а поехаладальше, к Шан-Лу.

Монель подняла руку, показывая близнецам что-то справа.

— Древние римляне строили дороги из камня, которыйдобывали в этих каменоломнях. Помните, Лури нашел несколько таких камней у себяв винограднике?

— Почему его не было в самолете? — пробормоталаИз, погруженная в свои мысли. Разочарование, которое она пережила на аэродроме,значило для нее больше, чем исторические рассказы Монель. — Уверена, чтоон перепутал рейс. Ведь он такой рассеянный! Вот увидите, мы приедем домой, анас дожидается телеграмма, в которой говорится, что он приезжает завтра. Такчто в воскресенье мы можем поехать за ним в Ниццу.

Кристофер уже оправился от разочарования, которое он, как иИз, пережил часом раньше. Он был увлечен разговором с Мариссой.

— Я просто должен сказать: у тебя слишком длинная юбка.Я хочу, чтобы ты открыла ноги, они у тебя очень красивые!

— Как же ты узнал об этом, если они закрыты?

— Это неважно. Если ноги действительно красивые, этовсе равно видно, даже сквозь юбку.

— Я не буду тебя слушать, если ты и дальше будешьболтать разную чепуху. Я люблю, когда говорят правду.

— Ты права, — согласился Кристофер. Потом онобъяснит ей, что ее выводы несколько преждевременны. Сейчас Кристофер лишьсказал:

— Когда я лежу на твоей груди, то чувствую, что люблютебя. Мой член становится большим и твердым, как у Дэвида.

Эммануэль невольно вспомнила, как несколько лет назад лежалана коленях друга Жана, именем которого чуть позже назвала своего ребенка.

— Жан, разве это не прекрасно? Кристофер хочет меня! Вмоем-то состоянии!

— Ничего удивительного, — сказал тогда Жан. —Ты никогда не была так прекрасна, как сейчас. Более того, очень странно, что выдо сих пор не занялись любовью!

— Мне не нравится, что ты смеешься надо мной, потомучто я еще не спал с твоей женой, — пробормотал Кристофер.

— А мне кажется странным, что ты отказываешься спать смоей женой. Я даже начинаю подозревать, что ты лелеешь какие-то коварныезамыслы, — еще больше поддел Кристофера Жан.

— Кристофер просто не хочет делить меня с тобой, —предположила Эммануэль. — Разве не так? Если бы ты был моим мужем, ты могбы разделить меня с Жаном?

Кристоферу не оставалось ничего другого, как пожать плечами,но Жан был неумолим.

— Давай рассуждать серьезно. Если бы я сказал тебе, чтосогласен оставить Эммануэль тебе, ты бы взял мою жену?

Лицо Кристофера выражало негодование.

— Зачем эти идиотские вопросы! Ты же не собираешьсяделать это. Кроме того, Эммануэль не предмет, который можно передавать из рук вруки, так что довольно об этом!

— Ты разочаровываешь меня, — вмешаласьЭммануэль. — Что касается меня, я хотела бы только узнать, женился бы тына мне в таком состоянии или нет? Именно тогда, когда я с таким животом?

— Но подожди… Важно, от кого ты беременна!

— Вот видишь. Следовательно, ты бы женился…

— Нет, подожди! Я имел в виду совсем другое. Твоипредположения всегда так неконкретны! Ты бы сама не захотела этого, если быбыла свободна.

— Откуда ты взял? Я хочу тебя! Знаешь, почему я вышлабы за тебя замуж? Ты защищаешь себя, как падший ангел среди разного сброда, нотвой половой орган ясно говорит о возбуждении, которое ты испытываешь дажесейчас!

Кристофер был в замешательстве. Эммануэль пришла к нему напомощь в споре с Жаном, но по-своему, как бы провоцируя его.

— Почему ты не хочешь меня? Ну сделай так, как сделалимногие до тебя! Возьми меня и присоедини свое семя к их семени. —Эммануэль не хотела давать Кристоферу время на раздумье и продолжала:

— Я хочу тебя! Ты чувствуешь мое влагалище? Оно рядом стобой! Скажи мне, чтобы я сняла одежду, разденься сам, чтобы ничто не мешалонам. Я вздохну счастливо, только когда почувствую твой член внутри себя. Язакричу, когда твоя сперма окажется во мне. — Губы Эммануэль искали ротКристофера. — Возьми меня, — прошептала она. — Поцелуй меня,Кристофер! Я уже не спрашиваю, любишь ли ты меня, и не прошу жениться на мне. Япрошу только поцеловать меня.

Но все мольбы Эммануэль неизбежно натыкались на стенумолчания, доставляя молодой женщине неизлечимую внутреннюю боль.

— Ты испытываешь возбуждение, вспоминая обо мне? —не успокаивалась Эммануэль. Кристофер молчал. Эммануэль уже не моглаостановиться:

— Я никогда раньше не говорила тебе, что каждый раз,когда мы с Жаном говорим о тебе, я начинаю ласкать себя, представляя, что этоты. Жан может подтвердить, что это правда. О, сколько раз ты был со мной такимобразом! — Эммануэль наклонилась к Кристоферу, их головысоприкоснулись. — И я буду любить тебя недели, месяцы, годы! Я буду думатьо тебе, занимаясь любовью с другими, буду надеяться, что рано или поздно ты придешько мне!

— Зачем ты говоришь мне все это?

— Потому что ты не хочешь меня! Молчишь? Ты никогдапо-настоящему и не хотел меня! Ты не спишь со мной только потому, что боишьсянайти во мне других мужчин, которых я люблю! Ты не можешь быть моим мужем.

— Если бы я был твоим мужем, — подал голосКристофер, — ты бы не нуждалась в других мужчинах!

— Но с чего ты взял, что они нуждаются в тебе? Тыуверен, что с их помощью не стал бы любить меня больше? Хватит об этом. Ты неспособен разделить меня с другими, а одну меня ты никогда не получишь. Тыпотерял меня, и потерял навсегда!

Кристофер сделал движение, стремясь обнять ее, но Эммануэльувернулась. Ее голос звучал теперь с затаенной грустью.

— Наслаждайся, наслаждайся, мой любимый, всем, что внеменя! Ты потерял меня, так и не поняв, что истинная любовь возникает толькотогда, когда ты не один. Я люблю тебя и никогда не забуду!

— Ты что делаешь? — спросила Из, обращаясь к Тео,удобно устроившемуся на заднем сиденье. Он понял вопрос в более широком смысле.

— Я занимаюсь музыкой.

Из, видимо, не была удовлетворена ответом и решила уточнить.

— А на каком инструменте?

— Я не играю на инструментах, — улыбнулсяюноша, — я пытаюсь создавать музыку, которую будут играть другие. Ты поняла?

— Спой мне! — приказала Из. Тео опять улыбнулся.