Жар ночи - Сильвия Дэй

— Ты чертовски похорошела, — поддразнил он ее, удержав за затылок, когда она попыталась отстраниться, после чего облизал ей губы и легонько куснул нижнюю. Она приглашающе застонала. — И рад бы тобой заняться, — прошептал он, — но нам скоро надо идти.

Кивнув, Лисса зажала в кулак висевший на шее амулет. Поразительно, как камень, представлявший собой пепел Кошмара, сплавленный со стекловидным материалом из погибшей и покинутой прародины Стражей, смог изменить ее жизнь. Однако он обладал уникальным излучением, сочетавшим энергетику Кошмаров и Стражей, ограждал ее сны и от тех и от других, что позволяло ей спать нормально.

— Да, знаю. Я ведь уже и душ приняла.

— Вот и прекрасно. — Он поцеловал ее в кончик носа. — Как совсем стемнеет, так и отправимся. Сначала я загляну в тот мотель и постараюсь выяснить, что здесь нужно этой нашей подружке-Стражнице, а потом мы поедем в Энсенаду, где заберем для Макдугала реликвию и встретимся с местным шаманом.

— Уловила. Уж за рулем я не подведу.

— Кто бы сомневался, сумасбродная гонщица. — Эйдан еще раз основательно приложился к пиву. — Во всяком случае, на этот раз мне удалось выкроить для нас с тобой две недели. И я не покину Мексику, не раздобыв эту таза.

В начале месяца, когда оставалось всего несколько часов до открытия аукциона, на который выставлялась загадочная игрушка, наниматель Эйдана Шон Макдугал неожиданно позвонил ему в Калифорнию по поводу возможной покупки меча. Эйдан был раздосадован, однако ничего поделать не мог.

Макдугал был эксцентричным и чрезвычайно богатым коллекционером антиквариата. Эйдан, великолепно, на личном опыте знавший историю и превосходно владевший всеми языками Земли, как нельзя лучше подходил для работы по пополнению этого собрания редкостей. Работа давала Эйдану средства, необходимые для путешествий по всему миру в поисках артефактов, упоминавшихся в писаниях Старейших, так что за нее приходилось держаться.

— Никак не пойму, — произнесла Лисса, размышляя вслух, — почему Старейшие послали Стражей в наш мир на поиски артефактов только сейчас? А не раньше, до того, как сюда прибыл ты.

— Да потому, — пояснил Эйдан, — что пока не появился Ключ, то есть ты, здесь они находились в большей безопасности. Сумерки невелики, практически невозможно век за веком прятать там что-то. А здесь, наоборот, реликвии находились вдалеке от любопытствующих.

Вздохнув, Лисса отбросила простыню и выбралась из кровати. Когда она встала, Эйдан восторженно присвистнул, и это вызвало у нее улыбку. Натянув через голову полосатое летнее платьице, она прихватила пиво и вышла на балкон полюбоваться закатом. Спустя мгновение по обе стороны от нее оказались его руки — в одной он держал пиво, другой взялся за ограждение. Губы коснулись ее плеча. Ощущение того, что его могучее тело находится совсем рядом, дарило приятное спокойствие.

Откуда-то снизу тянуло запахом барбекю. Рядом, на маленьком пластиковом столике в углу балкона, стояла открытая бутылка с маслом для загара, испускавшая легкий кокосовый аромат. Для Лиссы, жительницы Калифорнии, во всех пейзажах и запахах курорта не было ничего неожиданного, но она беспокоилась за Эйдана, проведшего столетия в своего рода пузыре, как он ей втолковывал, лакуне между двумя пространственно-временными континуумами. Здешняя избыточность ощущений могла оказаться для него нервирующей.

— Тебе недостает этого? — мягко спросила она. — Сумерек?

И ощутила кожей, как изогнулись в улыбке его губы.

— Не в том смысле, в каком ты можешь подумать.

Лисса повернулась между его руками к нему лицом и с удовольствием заметила, как похотливо блеснули его синие глаза.

— То есть?

— Порой мне недостает абсолютной тишины и знакомой обстановки моего дома, но только потому, что мне хотелось бы взять туда тебя. Оказаться с тобой в таком вот совершенно уединенном, безопасном месте. Где не приходится беспокоиться о времени и где я в состоянии отключить все звуки, чтобы не слышать ничего, кроме тебя, кроме тех звуков, которые издаешь ты, когда я в тебе.

— Это было бы здорово, — со вздохом сказала она, любовно обвив руками его талию.

— Это мой сон, — отозвался он, опустив подбородок ей на макушку. — К счастью для нас, мы знаем, что сны могут становиться реальностью.

* * *

Стейси зашевелилась первой. Коннор еще только собрался притянуть ее ближе, а она уже сама стала елозить похотливым задом по его паху. И его член откликнулся незамедлительно. Это заслуживало восхищения, учитывая, что его обладатель пребывал далеко не в лучшем состоянии. Все-таки путешествие между пространственно-временными континуумами даром не дается.

— Боже мой! — выдохнула она. — У тебя опять стоит! Да как это возможно после такого?

Спрятав ухмылку в ароматной копне ее черных шелковистых кудряшек, он покрепче сжал ее в объятиях. Как он и ожидал, она оказалась мягкой и теплой, что представляло собой немалую ценность в этом, на его взгляд, чертовски дерьмовом мире. Раз уж ему не было дано укрыться от неприятностей, он решил, по крайней мере, отгородиться от них, уединившись со Стейси. Просто укрыться в спальне и постараться выбросить из головы события нескольких последних недель.

— Ты так ерзаешь и трешься о меня своим жарким маленьким тельцем, что, не вскочи моя шишка, я бы всерьез забеспокоился.

— Ты ненормальный. Я уже вся изошла.

— Да неужели? — проурчал он, запуская руку между ее раздвинутыми ногами, подал бедра кверху, вводя член глубже в нее. Другая рука легла на ее полную грудь. Его умелые пальцы занялись ее клитором, растирая его, по сравнению с тем неистовством, с каким недавно занималась этим она сама, внимательно и нежно.

— Не беспокойся, теперь я все проделаю сам.

— Я не… Ох! Я не могу!

— Еще как можешь, дорогая.

Коннор облизал ее ухо, после чего запустил язык внутрь. Она задрожала, исходя соками на его члене. Ощущение было весьма приятным, и он, размеренными точками бедер вверх, принялся массировать ее тесное влагалище толстенной головкой члена. Одаривая ее наслаждением с помощью своего тела и своего незаурядного умения. И чувствуя, как ее ответная реакция разгоняет тот холод, что скопился внутри его, порожденный Кошмарами и тоской по дому.

Стейси начала постанывать и вертеться в его руках, издавая бессвязные восклицания:

— Да… О боже… Еще… Глубже!

Он сжал пальцами ее сосок, в то время как ее внутренние мышцы судорожно сжали его член, вызвав ответный стон у него.

— Вот так! — выдохнул Коннор, полностью удовлетворенный ее реакцией.

Она целиком сосредоточилась на нем, а он на ней, и это было превосходно. Она была превосходна.

Когда Стейси, издав что-то похожее на писк, обмякла в его руках, он прижал ее к себе, покрывая поцелуями и бормоча слова одобрения.

— Господи! — простонала она, уронив голову набок, и прижалась щекой к его щеке. — Три оргазма за час. Ты что, собрался меня прикончить?