Любой ценой - Галина Милоградская

Утром Мириймэ как обычно без стука зашла в комнату подруги. Кириэль она обнаружила спящей за столом, среди вороха исписанной бумаги. Эльфийка вздрагивала и всхлипывала во сне, а беспорядок на голове красноречиво указывал на то, сколько раз ее хозяйка запускала руки в волосы, в надежде привести мысли в порядок.

Мириймэ раздраженно вздохнула и тихо обошла стол. Вдруг, ее вимание приковала одна единственная бумажка, дописанная, в отличие от других, до конца. Нахмурившись, эллет быстро пробежалась по ней глазами и, закончив читать, резко стала расталкивать спящую.

— И как это понимать?! — Мириймэ обвиняюще трясла перед лицом заспанной Кириэль несчастной запиской. — Ты, я смотрю, в конец ума лишилась?!

Кириэль поначалу не могла понять, о чем вообще идет речь. Протирая сонные глаза, она пыталась сосредоточится на прыгающей перед глазами бумагой. Но, постепенно она проснулась, и события сегодняшней ночи снова напомнили о себе. Она резко вырвала из рук Мириймэ письмо и прижала его к груди. Ей было стыдно за свой вчерашний порыв, и она безумно радовалась тому, что хватило ума ничего никуда не отправлять.

— Никак не понимать, Мириймэ! Это мое дело!

— Твое дело, говоришь? — Глаза Мириймэ опасно сузились, предвещая начало большой бури. — Нет, дорогая моя, это и мое дело, если ты, благородная эллет, принцесса собираешься вести себя как девица из романов про смертных! Это мое дело, если ты совсем потеряла разум и собираешься выставить себя на посмешище! И, да, это мое дело, если ты все еще считаешь меня подругой! — Закончив свою речь, Мириймэ обиженно отвернулась к окну, давая Кириэль осознать все вышесказанное.

Мириймэ с раннего детства дружила с Кириэль. Они делились друг с другом всем, и печалями, и радостями. И первыми падениями с лошади, и первым промахом в стрельбе. И похвалой родителей, и робкими взглядами молодых эльфов. Но то, что творилось с подругой здесь, в Лесу, Мириймэ никак не могла принять. Всего за несколько месяцев она из прямой, дерзкой и, временами, упрямой эллет превратилась в размазню и бесконечную плаксу. Иногда ей так хотелось схватить подругу за плечи и встряхнуть как следует! Ну почему нельзя пришить ей свою голову? Хотя бы на время. Объяснить, что нельзя так близко все воспринимать, что надо при любой ситуации держаться выше всех, и как бы ни было горько, никогда не подавать виду. Как же она сама здесь устала… Плечи эльфийки опустились, и она неслышно вздохнула.

Рука Кириэль осторожно легла на плечо Мириймэ и легко его сжала.

— Прости, родная. Правда, прости. Я сейчас сама не своя. — Кириэль мягко улыбнулась, разворачивая подругу лицом к себе. — Ты, конечно, права, идея с письмом с самого начала была бредовой.

С этими словами Кириэль отодвинула верхний ящик своего стола и закинула туда исписанный листок.

— Вот и все, забудем об этом. — Кириэль снова улыбнулась, но улыбка вышла натянутой. — Я ведь все равно не знаю, что мне делать, Мириймэ. Как мне с ней бороться? Да и стоит ли?

Кириэль устало опустилась в кресло и вся сжалась, стараясь удержать набежавшие слезы.

— Вот, видишь, опять они! — Она зло смахнула слезинки, нависшие на ресничках. — Как я их ненавижу! Как я устала чувствовать себя слабой и беспомощной. — Она подняла свои огромные глаза на подругу и с мольбой посмотрела на нее. — Что еще мне сделать? И зачем я должна еще пытаться?

— Ну, хоть какие-то признаки разума еще появляются в твоей речи, — ворчливо заметила Мириймэ, облокачиваясь на стол. — Что тут делать? Ты заставила его себя заметить, соблазнила, заметь, сама, без моей помощи. Осталось закрепить успех. Надо заставить его ревновать!

— Ревновать? Да с кем мне заставить себя ревновать?! Вокруг либо его друзья, либо его слуги. — Кириэль, глаза которой сперва загорелись азартом, снова притихла.

— А вот тут, дорогая моя, снова вступаю в игру я! И, да, можешь не благодарить. Я и так хотела тебе сказать, но все откладывала, думала, у вас тут почти семейная идиллия…

— Ну, ладно тебе, не томи, говори уже.

— Помнишь, я уезжала на несколько лет к родне в Серебристую Гавань? И поэтому не успела вернуться к твоей свадьбе — долго письмо шло.

— Ну?

— Что — ну?! Там я познакомилась с несколькими очень достойными эльфами. — Тут Мириймэ ласково улыбнулась своим мыслям. — И… — Она замолчала на мгновение, а затем резко выпалила: — Я пригласила их сюда!

— Ты — что?! — Глаза Кириэль увеличились в размерах в два раза. — Сюда?! А почему ты меня не спросила? А что я скажу Таэлу? А когда они приедут?! — Вопросы, как горох, посыпались на Мириймэ.

— Стой-стой, не так быстро! — Мириймэ подняла руки. — Отвечаю по порядку: во-первых, тебя не спросила, так как не было подходящего момента — у тебя же весь день расписан — то ты плачешь из-за мужа, то ты радуешься благодаря мужу, то грустишь, опять же, из-за мужа. Во-вторых, почему ты должна спрашивать Таэла? Ты тут не меньшая хозяйка, чем он! Он же не спрашивал твоего разрешения пригласить своих гостей? Главное, поставь его перед фактом, и дело с концом! Ну, а в-третьих… — Тут Мириймэ виновато опустила взгляд: — В-третьих, они приедут со дня на день, — чуть слышно добавила она.

— Они что?! — Кириэль вскочила с кресла и в панике забегала вокруг подруги. — Со дня на день?! Да о чем ты только думала? Когда я успею все приготовить?! Когда я успею все рассказать?!

— Так, Кириэль, не мельтеши, а то у меня голова начинает кружиться! — Мириймэ остановила подругу, схватив ее за локоть и подтолкнув к креслу. — Я пригласила их почти сразу, как только приехала. — В ответ Кириэль так пристально посмотрела на подругу, что та покраснела. — Ну, хорошо, когда покрасила Тириона. Я подумала, что немного ревности натолкнет его на нужный лад! — выпалила эллет и стала похожа на свеклу. — Ну, я вижу, не зря старалась! — выкрутилась Мириймэ, стараясь не останавливаться на своих проблемах и не давать подруге расспросить ее как следует. — В общем, вечером расскажи обо всем своему благоверному, и не забудь, преподнеси это как факт, ни в коем случае не проси!

— Ох, Мириймэ, и что бы я без тебя делала? — притворно вздохнула Кириэль.

— Со скуки бы удавилась! — прыснула Мириймэ.

Спустившись к вечеру в ставший таким привычно-нарядным зал, Кириэль первым делом нашла глазами мужа. Тот, как впрочем и всегда в последнее время, стоял в кругу друзей. Неотлучная Гвиэль висела у него на руке, ловя каждое его слово и чуть ли не заглядывая в рот. Подавив волну раздражения, Кириэль разгладила невидимую складку на платье и решительным шагом направилась к Таэлу. Чем ближе она подходила, тем с большей радостью наблюдала за тем, как вытягивается лицо у соперницы.