Украду твою жизнь - Елена Рахманина

Я не собиралась раздеваться. Заигрывала с платьем, проводила ладонями от груди к бёдрам, приподнимая край чуть выше, но не более того. Даже вообразить не могла, что сниму его. Это ужасно. Зрители и так считают меня доступным куском мяса.

Неожиданно музыка замолкла. Опустившаяся на зал тишина отрезвила. Я сбилась с ритма, переступая с ноги на ногу, растерянно ища глазами хозяина сего банкета.

Он сидел, развалившись на диване. Но за время моего выступления что-то в нём кардинально изменилось. Якуб больше не выглядел расслабленным и довольным жизнью. Ему не пришёлся по вкусу мой танец?

Подозвал к себе. Мне не понравился этот жест. Вздёрнула упрямо подбородок, но тут же за спиной выросли охранники, толкнули в спину и повели к его столику.

– У меня строптивая рабыня, – произносит, обращаясь не ко мне, но сканируя моё тело требовательным взглядом.

Ощущение, что за короткое время нашего знакомства он забыл, что принимает меня за сестру. А только что резко вспомнил и указал мне на моё место.

Сейчас для них всех я игрушка. Поиграл – передай следующему. Сердце от страха сжалось. Возможно, я неправильно поняла его слова в день знакомства? Какая вероятность того, что он просто хочет отдать меня своему другу, а это была демонстрация товара? Может эти самые друзья и есть его люди, а не, как я считала, подчинённые.

Облизываю пересохшие губы, напрягшись всем телом, ощущая холодок, пробежавший по позвоночнику.

– Хороша, – протягивая гласные, произносит мужчина рядом с ним.

Старше Якуба на десяток лет, либо жизнь его не пощадила, состарив раньше времени. Ростом, полагаю, ниже меня, с животом, который из последних сил удерживают пуговицы рубашки.

Его взгляд жадный. Разглядывает меня открыто, как товар. Он не скрывает, что я завела его танцем. А у меня щёки вдруг запылали от осознания своего воздействия на незнакомца. Только не от радости, а от ужаса.

Перевожу взгляд на Якуба. Его глаза говорят мне, что, если я моргну против его воли, он убьёт меня. На месте.

Хлопает ладонью себе по бедру. Будто я собака, которая тут же должна подскочить к ноге хозяина. Подавляю внутренний протест и опускаюсь к нему на колени. Он обнимает меня за талию, притягивая ближе. Дыхание замирает в груди, когда наши носы почти сталкиваются.

Пялимся друг на друга. Внизу живота разворачивается ураган. Сладко тянет.

Не могу разобрать, это моё сердце после танца не вернулось в привычный ритм или на меня так действует он. Ощущаю пульсацию в ушах и висках. Она заглушает все прочие звуки.

Только когда его товарищ настойчиво покашлял, я опустила взгляд, смутившись. Радуясь тому, что моих пылающих щёк в полумраке зала не видно.

Так и сидела с широко распахнутыми глазами. Боясь признаться себе в одолевающих меня чувствах. Жаркая волна накрыла с головой, унося на дно. Облизала губы и бросила взгляд на столик. Мне нужно было что-то выпить.

Короткое платье сильно задралось, открывая вид на мои ноги, затянутые в сетку чулок. И вдобавок этот незнакомец раздевал меня взглядом, так что мне захотелось укрыться. Спрятаться. Что не ускользнуло от внимания Якуба.

– Дашь ей попользоваться? – спрашивает товарищ Якуба с сильным акцентом.

Его голос больше похож на лай собаки. Неприятный, царапающий слух. Я вздрогнула, осознав смысл вопроса.

Он продолжает смотреть на меня плотоядно. А я пытаюсь разгадать реакцию Якуба. Его челюсть плотно сжата. В полумраке мне видны напряжённые желваки. Очень медленно он переводит взгляд с моих острых коленей на своего собеседника.