Мой препод – зверь - Катя Лоренц

– Не посмеешь, – прошипела я.

– Хочешь проверить? – он отправил лапшу в рот. Его губы были в соусе. Мне так захотелось слизать его с губ. Наваждение какое-то.

Демитрий задумчиво меня рассматривал, по его зрачками пробежала жёлтая полоса. Он возбудился от такой возможности. Только и ждёт, чтобы я дала ему повод претворить в жизнь то, чем угрожает.

– Ешь, – ткнул палочками в губы, – или?..

Проклиная его взглядом открыла рот. Я видела возбуждение в его глазах, оно проходило сквозь меня током.

– Ненавижу, – шептала. Он протянул руку, я отвернулась. – Не смей ко мне прикасаться.

Он швырнул свою коробку с едой. И вышел. Я накинулась на вторую коробку, мыча и закатывая глаза от удовольствия.

***

Я потеряла счёт времени. Мне казалось, что я сижу в этом подвале ни один год. Демитрий больше не приходил. Точнее, я его не видела. Когда просыпалась, стояла еда. Иногда я кричала, звала на помощь. Бесполезно. Только охрипла.

Темноту разрезает полоска света, по каменному полу слышу его шаги. Непроизвольно дёргаю рукой в попытке освободиться, тяжелая цепь брякает, разбавляя гнетущую тишину. На запястье остались следы потертостей. В животе урчит, я уже не помню, когда ела в последний раз. Я потеряла счёт времени.

Его темная фигура нависла надо мной. Поднимаю взгляд и зло смотрю в желто-зеленые глаза. Не могу поверить, что совсем недавно я сходила по нему сума, хотела ему понравится. Думала, что все дело в том, что он мой препод. Поэтому он делает вид, что не обращает на меня внимания. Грязное животное!

– Выпусти меня немедленно! Ты даже не представляешь, как ты попал!

– Неужели? – он приподнимает бровь, лицо его остаётся невозмутимым.

– Да! Тебе конец! Мои родные придут за мной! И прибьют тебя! Будут рвать на мелкие кусочки! Ты думаешь они простые люди? – рассмеялась. – Моя семья – оборотни! Хочешь, верь, хочешь нет! Тебе не победить их, бешеный пес. Отпусти, и так и быть, я попрошу их, чтобы ты умер быстро. – его глаза зло блеснули. Он двигался на сверхзвуковой скорости. Руки изменились, длинные пальцы украшали когти. Он обхватил меня за шею поднял вверх. Я схватила его руку, пытаясь ослабить давление на горло.

– Я знаю, Лулу кто твои родители. Так же знаю, что ты единственный человек среди стаи оборотней. Война между нами, вервольфами и оборотнями неизбежна. Твои слишком долго почевали на лаврах, выгнали мой клан, как вшивых псов! Они будут умирать очень медленно, но не физически, а душевно. И ты станешь тому причиной. Их единственная любимая дочка, над которой они так тряслись, родит от меня. Меня! Того, кого они презирали! – сердце зашлось от страха. Это действительно убьет их.

– Нет, пожалуйста! Ты не можешь так со мной поступить! – ненавижу его! Было бы у меня хоть половина сил мамы или папы я собственноручно прибила его. Демитрий рассмеялся, наслаждаясь моим унижением. Черт знает, что мной руководило.

– Да пошел ты! – смачно харкнула ему в лицо. – Не будет этого! Я лучше сдохну! Или прирежу тебя, когда будешь спать. Мои родные найдут тебя! Можешь начинать копать себе могилу! – он оскалился, от его улыбки пробежал мороз по коже, а вязкая слюна скопилась во рту.

– Ну что ты так расстроилась, Топазик, – он провел по щеке когтем. Надави он посильнее, и на мне бы остался уродливый шрам. – Тебе понравится, – провел языком по шее и закатил глаза. – Тебе всегда нравилось. Ты же помнишь?

– Нет, – отрицательно покачала головой, – это было давно, когда я не знала, кто ты на самом деле.

– Да? Тогда я тебе напомню. Прямо сейчас! – дёрнул цепь, что была крепко привинчена к стене, выдернул её с корнем, ему это не стоило никаких усилий. Взвалил на плечо, как мешок. Я засучила ногами, закричала.

– Тихо, сладкая Лулу. Пойдем бороться с амнезией. Может, прямо сегодня заделаем нашего киндера. Представь, как обрадуются папочка и мама? А дедушка Виктор придёт в неописуемый восторг! – я поняла, что обречена. Бесполезно лить слёзы, умолять. Мой бывший препод – зверь. И в нем нет ничего человеческого.

Мои глаза привыкли к темноте и теперь, яркий свет раздражал. Зажмурилась.

– Сними с меня цепи. Руки натерло.

Демитрий разогнул толстое железо.

– А что, открыть ключом слабо?

– Я его выкинул, – он разодрал одежду на куски. Грудь часто поднимается, он прижает меня к себе. Руки гладят спину, спускаются ниже. Мне невыносимо жарко. Тело отзывается мелкой дрожью на каждую ласку. Нужно взять все под контроль.

– Мне нужно принять душ, – Демитрий подхватил меня на руки, отнес в душевую кабинку.

– Оставь меня.

– Нет, – снял с себя одежду и шагнул внутрь. Налившийся член раскачивался, как маятник.

– Я сама в состоянии помыться, – вода струится по моему телу. Его взгляд стал звериным, он припечатал им. Демитрий налил гель на руку. Я прикрыла грудь руками. Он отдернул их в сторону. Ладони скользят по телу, вызывая острое возбуждение. Он гипнотизирует меня взглядом. Я знаю, чем все это закончится. Не могу этого допустить.

– Я передумала принимать душ. – обогнула его, собираясь выйти.

– Я все равно помою тебя, грязная девчонка.

Он надавил мне на спину, прижимая к матовому стеклу. Коленом раздвинул мои ноги, рукой накрыл лобок. Скользил по нижним губкам, очерчивая клитор. Я не смогла сопротивляться.

– Расслабься, Лулу, – шепчет возле моего уха. – Получай удовольствие. Тебе же хорошо? – палец скользнул внутрь, где все пылало и ждало его. Тяжелое дыхание вырвалось из рта, зрение затуманилось, его горячий член упирается мне в ягодицы. Он целует спину, с особым остервенением. Дёрнул бедра на себя, вошёл в меня. Резко, напористо. Я сдалась.

Меня, как муху размазывает по стеклу машиной по имени Дмитрий. Его мужественность таранит меня. Захлебываюсь от резонансных чувств. Нужно, уйти, ничего не чувствовать. Не могу.

Одной рукой он держит меня за бедра второй рукой задирает подбородок назад. Немного больно. Но это проходит, когда он начинает целовать меня. Всасывает губы, язык таранит меня в одном ритме с членом. Его звериное рычание заводит.

Оргазм был бурным. Ноги ослабели, я бы рухнула, если бы не его руки, удерживающие меня от падения. Несколько толчков и внутрь меня ударяет горячая волна. Паника затопила меня. Такими темпами я и вправду забеременею.

– Смотри, как будет происходить. Если ты ещё раз попытаешься меня убить – вернёшься назад. Будь послушной девочкой – получай удовольствие. Или сиди в клетке, – что я смогу сделать, сидя взаперти? А так хоть появится надежда сбежать. Или подать знак родным. До того, как я забеременею.