Чистый грех - Сьюзен Джонсон

Он произнес последние слова с такой тоской, что Флора поняла: нет, он не капризничает, он действительно на грани нервного срыва. Такой деятельный и энергичный мужчина и в самом деле не способен долго бить баклуши.

— Ну-у… — протянула она растерянно, — ну, разве что если с частыми привалами…

Будь Адам здоровее, он бы подпрыгнул от радости. А так лишь просиял и весело воскликнул:

— Да как прикажешь! Ты у нас командир! Флора рассмеялась.

— Ах ты негодяй! Ведь я не со зла держу тебя в постели. Я хочу, чтоб мы с тобой дожили рядышком до ста лет, а ты норовишь сыграть в ящик во цвете молодости из-за небрежного отношения к ранам.

— Давай растянем возвращение на целую неделю, — предложил Адам. — Уж, кажется, медленнее и нельзя!

С тех пор как его отец умер, Адам никого никогда не слушал, когда речь шла о его личных делах. Изольда и другие женщины были ему не указ. К советам и рекомендациям родственников он прислушивался, но поступал все-таки по-своему. После столь долгого периода полной свободы в своих поступках он с трудом перестраивался. Только сила любви к Флоре заставляла его хоть как-то ломать себя и искать разумных компромиссов.

В конце концов решили, что разумнее всего уложить путешествие до ранчо в пять суток.

Скучно в пути не было: осенние пейзажи прекрасны, к тому же чистый свежий воздух еще достаточно прогревало солнце. Тополя и осины стояли одетые в золото, кусты толокнянки ярко рдели, и, благодаря ясной погоде, окрестности просматривались на многие мили.

Лорд Халдейн и остальные члены его экспедиции остались в поселке Четырех Вождей, так что Адам и Флора проделали путь до ранчо вместе с Люси. Впервые они так долго были только втроем: он, она и Люси.

Когда они миновали узкий проход между холмами и впереди вдруг открылась долина Аспен, Адам радостно вскинулся, дотянулся до Флориной руки, взял ее в свою и торжественно объявил:

— Вот мы и дома. Добро пожаловать, миссис Сepp!

— Спасибо, мистер Серр, — отозвалась Флора. Как сладко было произносить эти слова. Мистер Серр принадлежит ей, она принадлежит ему, а весь мир принадлежит им. Она — дома. Она обрела дом.

— Ой, у тебя слезки в глазах! — с простодушным удивлением воскликнула Люси, которая ехала на низкорослой лошадке справа от Флоры.

— Это потому, что я счастлива, — тихо произнесла Флора.

Люси с любопытством смотрела на нее. Она впервые видела великолепную леди Флору плачущей. Затем девочка солидно заявила:

— Весенняя Лилия говорила, что теперь ты можешь стать очень плаксивой — это бывает, когда ждут ребеночка. Когда ждут ребеночка, плачут от счастья, да? Я хочу, чтобы ты родила мальчика. Мальчик не станет играть с Крошкой Ди-Ди, и мы не будем драться из-за нее. Крошка Ди-Ди тоже хочет мальчика.

Все это было сказано уверенным тоном балованного ребенка, который полагает, что его желания должны исполняться и весь мир кружится исключительно вокруг него. Но очаровательное простодушие искупает этот объяснимый детский' эгоизм.

— Ну, мы не уверены, что будет мальчик, — сказал Адам. — Решать не нам, а Аа-бадт-дадт-дее.

— Я надеюсь, что он решит правильно и будет мальчик, — непреклонно заявила Люси, обнимая свою куклу-подружку. Обращаясь уже к Крошке Ди-Ди, она добавила: — Ведь ты тоже хочешь, чтобы это был мальчик, правда? Тогда давай вместе попросим Аа-бадт-дадт-дее.

— Какая, однако, настойчивая! — рассмеялся Адам. — Флора, придется тебе учесть столь энергичное пожелание.

— Если родится девочка, мы назовем ее каким-нибудь мужским именем — Арчибальда.

— Вряд ли Крошка Ди-Ди согласится на такой компромисс. Если родится девочка, придется попробовать еще раз.

— Я не против.

— Ловлю на слове! — весело воскликнул Адам.

— Лови.

Тут он перегнулся к Флоре и сказал тихо, чтобы Люси не слышала:

— Так ты, значит, не против? Ты знаешь, как только приедем на ранчо — сразу в постель. Будем практиковаться в том, как делать мальчиков.

— Будто ты не умеешь!

— За время болезни чуточку разучился.

— Глупости! И потом — сразу в постель не удастся. Сперва ты должен поздороваться со слугами, все осмотреть.

— Много времени это не займет. Наша спальня ждет нас! Вперед!

Если бы Адам не боялся рассердить Флору, он бы тут же пустил своего коня в галоп.

Дома, наконец-то дома!