Капкан для зверя - Ульяна Соболева

— Твою мать, Ник, только не говори, что ты сейчас отворачиваешься от меня. Ты это серьезно? Что значит ты пас? А о чем забочусь я? Не о семье?

— Я не знаю, о чем ты заботишься. Может, и о семье, но твой ход в корне неверный, брат. Я уже побывал в том аду, — Демон раздери эту проклятую стену. Как же хотелось схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть. — Твою мать, Влад, твоя дочь тоже там побывала. Нашей семье этого дерьма хватило по горло.

Влад сделал резкое движение вперед и оскалился, показывая клыки. Он был в ярости. По бледному лицу пробегали черные вены, глаза горели красным.

— Дьявол, Ник. Это наш шанс, наш единственный долбанный шанс избавиться от этого урода навсегда и на законных основаниях. — я покачал головой, поражаясь ходу его мыслей. — Не отворачивайся. Эй. Ник. Мать твою. Мы сколько прошли вместе этого дерьма. Демоны убили нашего отца, Лина погибла по их вине. Вспомни, сколько наших собратьев погребены под руинами проклятого банка крови? Вспомни. Он вышел сухим из воды. Ник, посмотри мне в глаза и скажи, что не пойдешь за мной. Посмотри мне, сукин ты сын, в глаза и скажи, что бросаешь меня сейчас.

Сердце сжали ледяные щупальца тоски и безысходности. Каждый из нас принял решение. Я уже знал, что не смогу его разубедить. Как знал и то, что через пару-тройку секунд жестоко разочарую своего брата. Брата, который связывал такие большие надежды со мной.

— Влад, каждое твое слово-правда. И я абсолютно согласен с тобой. И так же, как и ты я готов убить Асмодея. Я готов делать это каждый день тысячами разных способов. Мочить этого гада… Но с меня хватит. Я устал трястись в страхе за свою семью. Твои дети уже взрослые, Влад. А мои слишком малы. Я не могу, брат. Я не принимаю твой план. Мы придумаем другой способ. Не сейчас. Позже.

— Я больше не Король Братства, Ник. Позже уже не будет никогда. Только сейчас. Я возьму его за яйца и буду сжимать так сильно пока они не лопнут. Брат… — Влад покачал головой — я не верю, что ты говоришь мне это. Я не верю. Я рассчитывала на тебя. — следующие слова он практически выкрикнул мне в лицо — Я.РАСЧИТЫВАЛ. НА.ТЕБЯ. МОКАНУ.

Посмотрел ему в глаза. Так и есть. В них все еще горит надежда. Сколько раз мы оставляли все разногласия за спиной и встречали опасность вместе? Плечом к плечу. Влад имел все права требовать от меня этой поддержки. Слишком многое он когда-то сделал для меня. И понимание этого изнутри подтачивало уверенность в выборе правильного решения. Вот только я уже не имел никакого права так рисковать своими детьми и женой. Произнес медленно, не повышая голоса. Он поймет. Я надеюсь на это.

— Значит, в этот раз ты ошибся, Воронов. Я свое слово уже сказал. И это слово НЕТ.

На мгновение Воронов закрыл глаза, смиряясь с поражением. Но когда открыл их в них царила все та же решимость.

— Значит, я пойду в этот бой один, и я подниму клан без тебя, Ник.

Упрямый сукин сын.

— Какой клан, Влад? Уже нет никакого клана. Ты сам отлично знаешь, что он сейчас расколот как минимум на две части. И одна из них не поддерживает тебя. Более того, они готовы выдать тебя и всех твоих родных Асмодею, лишь бы только прекратился тот ужас, который сейчас с ними со всеми происходит. Так что ты представляешь сейчас только половину клана, — сделал паузу, обдумывая свои последующие слова. Понимая, как воспримет их он — Отдай мне вторую часть, Влад, и я постараюсь поднять ее и успокоить.

Влад резко опустил руки. В глазах явно читался шок. Этого он точно не ожидал.

— Ты… ты хочешь расколоть клан, Ник? Ты не только отворачиваешься от меня, ты хочешь разделить нас на части?

Я покачал головой.

— Нет, Влад. Он уже давно расколот. С тех самых пор, как начались мятежи. Тогда Черные львы перестали быть одним единым. И я не отворачиваюсь от тебя. Ни в коем случае. Но если я вижу, как ты ведешь нас всех к верной гибели, я сделаю все возможное, чтобы спасти стольких, скольких смогу. Зачем тебе подданные, которые будут мечтать о твоей смерти, готовые предать тебя при первой возможности? Отдай их мне.

Он медленно выдохнул, а потом усмехнулся, разглядывая мое лицо так, будто видит впервые.

— Все. Хватит. Я тебя понял. Завтра тебе пришлют по электронной почте все бумаги.

Я мог… черт… я мог быть не таким наивным идиотом, спасибо Мокану, что тыкнул меня в это дерьмо еще раз и показал мне чего ты на самом деле стоишь. Давай убирайся, трусливо поджав хвост. Я подпишу. Все это по праву твое. Забирай и катись к такой-то матери. Ты всегда хотел власти, теперь ты ее получишь.

А это больно. Когда в очередной раз тебе указывают твое место. Причем делает это некто важный и дорогой для тебя. Я понимал, как он воспримет мое требование. Понимал, что в его глазах снова стану корыстным подонком, затесавшимся в его семью. Тем не менее, я и предположить не мог, как сильно будет саднить в груди от этого презрительного тона.

— Влад. Твою мать, Влад. Посмотри на меня и хорошо запомни мои слова: если бы сейчас я был один, я бы играл на твоих условиях. Но сейчас у меня есть семья. Это же и твоя семья, Воронов. Твоя дочь и внуки. И я должен, понимаешь, должен, заботиться о них. Потому что больше некому. И моя жажда власти здесь абсолютно ни при чем. А насчет бумаг — я хочу подписать их сегодня. Завтра может и не быть для нас. Так что поторопись с этим. У меня все.

— Позаботься о моей дочери и внуках, Ник. Поклянись, что сделаешь все, чтобы они остались в живых и уведи их, когда я введу армию в твой город, пройду победным парадом по твоим улицам и рядом со мной знамя победы ты не будешь держать. Иди, Ник. Только сначала поклянись, что сделаешь все чтобы моя дочь, МОЯ семья остались живы… и иди. Это твое право. Сейчас я рад, что отец мертв, ему бы было больно, как и мне.

Вот он. Его ход конем. Знал, как задеть, да побольнее. Прикусил щеку с внутренней стороны. Только не вспыли, Мокану. Этим ты только выдашь себя. Теперь ты не имеешь права разыграть не ту карту. Я прищурился, наблюдая, как плотно сжал губы мой брат, теперь находящийся по ту сторону баррикады.

— Поверь, Влад, я как никто другой, хотел бы, чтобы твои слова оказались вещими. НО я знаю, что это не так. Клясться я не буду, потому что никогда не даю клятв.

Влад молча развернулся, даже не попрощавшись, и направился к своей машине. А я до последнего стоял у лазерного ограждения, провожая его взглядом. И только когда "Мерседес" рванул с места, а я уже садился в собственный автомобиль, мысленно прокручивая наш диалог, в голове вдруг послышался голос брата "Я больше не Король Братства, Ник…" Вот оно. Какого хрена? Как я мог пропустить эту информацию? Возможно ли, что именно это скрыл от меня глава ищеек?