Опекун - Слава Доронина

Обняв мужчину за плечи, я коснулась губами шеи и провела влажную дорожку до уха.

— Кейт… — хрипло простонал мужчина, когда руки сами собой потянулись к вороту рубашки и расстегнули несколько верхних пуговиц, оголяя кожу.

— Я хочу, чтобы эта кабинка остановилась на самой высокой точке, — я прошептала Марку в губы своё желание. И пусть даже не пытается воззвать меня к разуму, я видела, как горели его глаза в ответном желании.

Марк немного отстранился, достал из брюк телефон, и, не разъединяя со мной зрительного контакта, кому-то позвонил.

— Остановите колесо, — меня бросило в жар от одной мысли, что мужчина и я на такой высоте, в стеклянной капсуле были совершено одни и собирались заняться любовью. Где-то глубоко внутри мышцы сжало от сладостного томления. Марк положил телефон на стол и провёл пальцами по моему подбородку. Дыхание стало неровным, а Марк уже взял всё в свои руки, оставляя лёгкий поцелуй на шее. Я склонила голову набок, чтобы предоставить ему больший простор. Мужчина стянул с меня свой пиджак и отшвырнул тот куда-то в сторону, приподнял полы платья, усадил на стол, широко раздвинув мои ноги в стороны, и встал между ними. Я с изумлением наблюдала за нашими силуэтами в отражении прозрачных стекол.

Глаза сфокусировались не на раскинувшейся под нами невесомостью. а на нас.

Платье едва прикрывало мой голый зад, Марк стремительным движением просунул руку между моих ног, отодвинул край трусиков в сторону и пальцем медленно вошёл в меня. Другой рукой крепко обнял за талию. Дыхание перехватило, и я схватилась ладонями за край столешницы. Тело забила крупная дрожь, заставляющая трепетать тело. Мужчина двигал пальцем внутри снова и снова… по кругу… и мне было нестерпимо приятно от этих сладостных мук. Я хотела дышать мужчиной, целовать… Легкая небритость на щеках щекотала кожу, но мне было всё равно, совершенно всё равно! Его пальцы во мне волновали, куда больше. В перерывах между поцелуями Марк смотрел на меня, нет не так… пожирал глазами, а таяла под этим чувственным взглядом.

— Ты мне так и не ответила… — тихо прошептал Марк, между тем вставляя в меня и другой палец. «Да сколько ещё будет продолжаться эта мука? — я чувствовала эрекцию Марка.

— Я… я думаю, — выпилила я первое, что пришло на ум. Мне одновременно хотелось, чтобы мужчина прекратил эту пытку, но тело тихонько двигалось в такт его движениям, насаживаясь на бесстыдные пальцы. — Ты любишь меня? — прошептала я в его губы.

— Да, — шепнул он в ответ, а в глазах была пропасть, бездна в которой я тонула, которая затягивала меня без какой-либо возможности выбраться. — Люблю, — и я чувствовала это, окутанная его любовью словно коконом. Наконец пытка закончилась, Марк вытащил пальцы, быстрым и решительным действием расстегнул ремень на брюках. Я потянулась руками к поясу брюк и силой потянула те вниз, прижимаясь к Марку теснее Мне было жизненно необходимо почувствовать его в себе, сейчас, немедленно. На секунду задержавшись у входа. я не дала мужчине никаких путей для отступления, бесстыдно ринувшись ему навстречу. Марк медленно двигался во мне, словно наслаждался. Расставив руки. я откинулась спиной слегка назад, голову запрокинула, а длинные волосы коснулись стола. Дыхание помимо воли участилось, когда размеренный ритм подвёл к пику наслаждения.

— Скажи мне… — с каждым движением бедёр Марка в мою сторону я была все ближе и ближе к блаженству…

— Да! — тело сотрясла дрожь, я так хорошо знала уже это ощущение. — Я согласна! — мои слова вместе с дыханием ворвались в его рот, и я почувствовала как тону в лавине счастья и блаженства. Мы одновременно пришли к пику, дыша в унисон.

Марк прижался губами к шее и всё ещё продолжал судорожно дышать, а я не чувствовала уже рук. как крепко держалась ими за стол.

— Расскажешь откуда такая растяжка? Тот танец… Всё никак не идёт с головы, — неужели мысли о мальчишнике и моём танце так взбудоражили сознание Марка? — Ты была такая… раскрепощенная… открытая…

— Хочешь повторить? — с вызовом произнесла я, перебив Марка.

— Только если буду единственным зрителем… — я рассмеялась.

— Сьюзан несколько лет не оставляла надежд сделать из меня балерину, — продолжая улыбаться, я вывернулась и захвата мужчины. — Марк отошёл, а я свела ноги и попыталась встать. Оказавшись на твёрдой поверхности, по-прежнему крепко держалась за стол. Затем одёрнула платье и села на стул. Ноги и тело до сих била приятная судорга. — А чего я ещё не знаю о тебе? Помимо того что ты прекрасно играешь на рояле, умеешь водить гидроплан, — я подняла руку вверх и начала перечислять, загибая пальцы. Марк тем временем привёл свой внешний вид в порядок.

— На самом деле не всё так уж радужно. В девяносто шестом году в Лондоне случился взрыв вблизи Канэри-Уорф. Огромное шестиэтажное здание. в котором находился первый офис отца, было полностью разрушено, погибло два человека.

Уму непостижимо что так мало, с таким размахом жертв должно быть намного больше… Но суть не в том. Тогда пришлось забыть о прежнем уровне жизни. Я оставил все занятия, в том числе и занятия с фортепиано и пошёл зарабатывать деньги на улицу, — я перевела взгляд на Марка полный недоумения и боли. представляя маленького мальчика, который вместо того, чтобы счастливо проводить своё детство должен был работать не покладая рук, чтобы помочь родителям прокормить семью.

— Почему ты никогда об этом не говорил? — Марк налил из красивого графина в стакан воды и осушил тот несколькими глотками. Я словно видела мужчину в первый раз, настолько искренни были его слова и этот взгляд…

— О чёрных днях всегда тяжело вспоминать. Наша семья в один миг лишилась всех денег и достатка, средств к существованию. Без сплочённости, любви, веры матери в отца ничего бы из того, что есть сейчас, не было, — мне бы хотелось стать для Марка именно такой опорой, чтобы он всегда мог на меня положиться, создать крепкую и дружную семью, стать частью той, что уже у него была. Я перевела взгляд на ночной город, и задумалась над словами Марка. Отчего ему вспомнились эти дни сейчас? Почему он испытывал горечь? Возможно, просто хотел поделиться со мной, как ему, маленькому мальчику, было тяжело в то время? Сердце сжалось от калейдоскопа чувств и в этот момент, я поняла, что безумно хочу сына. Нет. даже не так. Уверенность, что в животе рос маленький мальчик, пустила корни глубоко в душе.

На слабых ногах я всё же поднялась со стула и подошла к мужчине сзади. Обняла за талию и прижалась щекой к спине. Мне не хотелось ничего ему говорить, любые слова здесь были лишними. Мы стояли так какое-то время, просто обнявшись, и смотрели на город. Марк виртуозно опять перевел тему в другое русло, и казалось от печали в его глазах и тревоги в моём сердце не осталось и следа.

— Прекрасный вечер… — протянула я, высунув руку в приоткрытое окно. Поток прохладного и свежего воздуха гулял по машине, на душе было так тепло и спокойно. Мы возвращались домой, вдоволь насладившись красивым видом и обществом друг друга. — Я так устала, — Марк улыбнулся и посмотрел в мою сторону.