В западне - Мэри Влад

Дима спешно выходит из неё, изливается на пол и придавливает Еву к столешнице, навалившись полностью. У него перед глазами всё кружится, в голове гулко ухает, но Дима всё тянет и тянет в себя Евин запах, пьянея всё больше. Пахнет она чертовски вкусно. Парфюма на ней нет, и чистый естественный аромат въедается в мозг. Дима никогда не встречал похожего запаха. А ещё Дима уверен, что теперь узнает его из тысячи. Ева пахнет его женщиной. Да, чёрт подери. Так и есть. Так и должно быть. Её аромат перемешался с его, но от этого стал только роднее и желаннее.

Дима хочет, чтобы она всегда пахла им и собой. Этот идиотский прилив нежности обескураживает, и Дмитрий резко одёргивает себя, прогоняя ванильные мысли. Какого чёрта он растёкся как влюблённая девчонка?

— Мы угробили салат, — шепчет Ева спустя несколько минут.

— Мне нужно в душ.

Дима натягивает джинсы и скрывается в коридоре.

— Конечно, — ворчит Ева, надевая трусики и поправляя рубашку. — Всё тут разворотил и скрылся в кустах. Истинный мужик. Варвар.

— Я всё слышу, — доносится из коридора.

— Рада за тебя, — бубнит Ева, начиная собирать листья салата в урну. — Поели салатик. Зашибись. Готовила Ева, готовила. Ещё бы на плите траходром устроил и кончил прямо в сковородку. Ням-ням.

Когда Дима заходит на кухню, там уже царит порядок, а Ева сидит за накрытым столом и приторно улыбается. Дмитрий чует, что в этой улыбке таится какой-то подвох, но решает не придавать этому значения. Он голоден и устал, а секс выжал из него последние соки.

— Сколько ты получаешь? — спрашивает Ева, как только Дима садится за стол.

Дмитрий глубоко вздыхает. Вот и подвох. Неужели этой женщине не говорили, что расспрашивать о чём-то голодного человека — плохая затея?

— Некорректные вопросы у тебя какие-то.

— Кто бы говорил. Так сколько? Двадцать тысяч? Сорок? Шестьдесят?

— Чуть больше, — уклончиво отвечает Дима.

— Больше? Не понимаю. Ты же опер, — специально подначивает его Ева. — Как ты можешь получать больше?

— Ешь давай, пока я тебе это жаркое силой не впихнул.

— Впихни лучше кое-что другое, — буркает Ева и прикусывает щёку, понимая, что сказала вслух.

Дима обхватывает ладонью её затылок, притягивает ближе и подаётся вперёд, соединяя их лица над столом.

— Впихну ведь, — цедит он в её губы. — По самые гланды впихну. Жри давай. Бесишь. Егоза ты мелкая.

Её взгляд говорит больше слов. Дима матерится, встаёт из-за стола, вытягивает оттуда Еву и надавливает ей на плечи, заставляя опуститься на колени. Он расстёгивает ширинку, а затем отдаёт бразды правления в руки Евы.

— Блять, — не сдерживается он, когда она берёт глубоко, чуть засасывая. — Сука…

Дима вцепляется в мягкие волосы, но не фиксирует её голову, никак не мешает ей самой контролировать темп и процесс. Лишь грязно выражается и опирается рукой о стену, чтобы не рухнуть на пол. До того сильные эмоции вызывает в нём эта девушка. С ней всё ощущается острее, будто в первый раз. И Дима уже не уверен, что захочет её отпустить.

— Вот, теперь можно и поесть, — довольно мурлыкает Ева, облизав губы, а Дима всё отдышаться никак не может. — Садись за стол, а то остынет.

Дима застёгивает джинсы, послушно опускается на стул и буравит Еву глазами. Она лишь довольно улыбается, а ему совсем не смешно. В какой момент всё пошло под откос? Где была та грань, когда он позволил этой нахалке сесть ему на шею? И вообще, с какой радости он на ней так залип?! Дима её знать не знает. Но тем не менее любуется ею, не в силах оторвать взгляд, и сам начинает глупо улыбаться.

На проверку её стряпня оказывается довольно сносной. Не шикардос, конечно, но вполне сойдёт. Ева относит тарелки в раковину, а Дима подходит к окну и выкуривает сигарету, пока Ева моет посуду.

— Чай? Кофе? Вино? Чего-нибудь покрепче? — спрашивает Ева, разобравшись с тарелками. — У тебя солидный бар, я заценила.

— Освоилась?

— Было время. Взаперти скучно, знаешь ли, — она подходит ближе, достаёт из нагрудного кармана фотографию и протягивает Диме. — Не объяснишь, опер? — фыркает Ева ему в лицо.

Он всматривается в фотоснимок, переворачивает его и вздыхает. Нужно лучше прятать личные вещи. Дима как-то не подумал о том, что Ева будет рыться в его книгах.

— А что объяснять?

— Федеральная служба безопасности? Серьёзно?

— Вполне.

— И кто ты?

— Оперуполномоченный.

— Хорош врать.

— А я и не вру. Хочешь — изучи структуру. Кто, где, зачем и так далее. Лень объяснять. Будет что-то непонятно — спросишь. Ты мне лучше вот что скажи: как так получилось, что в блоге «мАсковские сплетни» сегодня появилась статья о маньяке, а предыдущая запись была выложена утром двадцать пятого июля?

Ева краснеет и прикусывает щёку, понимая, что он поймал её. М-да… О таком подозрительном совпадении она и не подумала. Хотелось сделать хоть что-то, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки, и вот… Вляпалась.

— Ты понимаешь, что это навредит следствию?

— А если поможет? — Ева вскидывает голову и нагло смотрит Диме в глаза. — Вы же ничего не делаете.

— Так уж и ничего?

— Ну а что вы выяснили? Разве у вас есть какие-то зацепки?

— Ага, сказал я тебе. Чтоб ты накатала новую статью с утра пораньше? С этого момента никаких разговоров об этом. Можешь даже не спрашивать.

— Но это касается лично меня! — вскрикивает Ева. — Не тебя держали в подвале больше месяца! Меня! Нужно найти его, понимаешь?

Конечно, Дима понимает. Он слышал, как она кричала во сне. Видит, что Ева пытается держаться. Надо сказать, у неё это отлично получается. Однако такие события накладывают свой отпечаток. Ева не сможет спокойно жить, пока ублюдок не будет пойман. И Дима уже дал себе слово, что найдёт его и проследит, чтобы тот получил по заслугам.

— Вот чем ты сегодня занимался? — Ева ударяет Диму по груди. Он осторожно сжимает её запястья и гладит, успокаивая. — Моим делом? Или нашлось что-то поважнее? Ты ведь не простой мент. Вряд ли занимаешься обычными рядовыми делами.

— Ты права. Не занимаюсь. Сегодня мы повязали очередных пособников террористов. Твоё дело направили в районный отдел полиции. Возможно, тебя вызовут, зададут дополнительные вопросы. Возможно — нет. С завтрашнего дня этим занимается полиция.

— Значит, его не найдут.

Дима видит, как сверкают её глаза, притягивает Еву к себе и шепчет:

— Я же обещал.

— Но ты больше не ведёшь это дело.

— Личную инициативу никто не отменял. К тому же у меня будет доступ к информации. А послезавтра у меня начинается плановый отпуск. Вот и время на поиски появится. Хоть целый день ищи.